Последний дракон - Том Белл

Ознакомительный фрагмент

Тот ответил не сразу. Вождь драккара наблюдал за суетившейся командой, как варяги занимают места на лавках и берутся за весла. Моряки погрузили их в воду и начали грести, продвигая корабль все дальше в покрытое льдом море.

Убедившись, что судно выбрало нужный курс, Трор наконец посмотрел на отца. На его посеревшем лице застыла тревога.

– Позволь мне сказать честно, ярл, – вполголоса начал юноша. – Меня беспокоит то, что ты решил узнать мое мнение только сейчас.

– О чем ты, сын? – спросил Сив, навалившись на борт.

– Ты знаешь, – прошипел Трор сквозь стиснутые зубы. – О твоей новой склоке с дедом. В очередной раз ты полез выше головы, и выступил не только против Верховного конунга наших кланов, но и старейшего из наших богородных в одном лице.

Отец в ответ на его слова лишь рассмеялся. Он хлопнул сына по плечу и закатил глаза.

– Ты слишком юн, Трор, чтобы понять все это! Старик Рунволд может и владеет силой Бога Свальда, но это не делает его ни самым сильным, ни самым мудрым. Он слишком уж засиделся на троне, и многие из Совета конунгов предпочтут увидеть во главе меня, а не этого старого упрямца.

Трор промолчал и отвернулся от отца. Рассматривая обледенелое море, он размышлял о том, во что его втянули на этот раз. В свои шестнадцать лет юноша прекрасно понимал, что тягаться с его дедом, конунгом Рунволдом, могучим богородным, что правил островами не первую сотню лет, не по силам никому из варягов. Тем более его болезненному отцу.

Их род увядал, и фамильный знак в виде драконьей головы, что когда-то вселял во врагов ужас и трепет, ныне растерял былую славу. Многие смеялись над выходцами из их клана. И винить в этом Трор мог только одного человека.

Но ему приходилось держать язык за зубами и терпеть.

– Зачем мы плывем в Согни? – нарушил молчание вождь драккара. – В этой деревушке нет ничего, кроме паломников с островов и страждущих скитальцев.

Сив посерьезнел и потемнел лицом.

– И куда же идут все эти паломники, сын? Что манит всех обездоленных бродяг к этому месту?

Трор снова промолчал. На этот вопрос не нужно было отвечать. В узкой долине между скалистой береговой линией и Краесветными горами разместился небольшой варяжский городок, названный в честь одного из фьордов – Согни. Жили там, в основном, странники, которые прибывали из самых разных земель, дабы получить благословение волхвов и посетить Ветреный пик, древнюю обитель Бога Ветра и Бури Свальда. Священное для всех островитян и северян место. Каждый варяг начинал жизненный путь, умывшись в снегах Ветреного пика. Лишь поднявшись по самой крутой тропе на заснеженную треглавую вершину и принеся дары алтарю Свальда, юноша становился мужчиной и получал свой первый топор и щит. В тот момент он превращался в воина, способного защищать родной дом, отправляться в набеги и владеть землей и женой. Таков был уклад. Такова жизнь на островах. Вечная борьба с природой. Друг с другом.

И с самим собой.

Но ярл Сив вел свой клан в святилище старого Бога явно не за благословением. Трор опасался, что разгневанный недавним поражением в битве с дедом отец решил совершить очередную глупость.

– Что ты задумал, ярл? – шепотом спросил Трор. – Зачем мы идем туда?

Сив ухмыльнулся и покачал головой.

– Скоро узнаешь.

2

Зима 925 года, месяц Солнцеворота

Запись вторая

День выдался тяжелым. Как и вся последняя неделя с момента нашего отплытия. Ребята в конец вымотались, сражаясь с ледяной стихией. Наш путь до фьорда занял больше дней, чем мы рассчитывали и почти все запасы воды и солонины закончились.

Проклятый лед.

Волхв не унимался и пророчил нам всем скорую смерть. Ярл не выдержал и налетел на него, не оставив на старике и живого места. Не думаю, что тот сдюжит до прибытия в город.

Благо, что лед наконец-то кончился, и к ночи, на канун зимнего солнцеворота, мы доберемся до Согни. И я, и вся команда утомились этим бесцельным походом. Жаль, в этот раз с нами нету весельчака Тана. Тяжелый год выдался для его племени, посему мой друг нынче убыл в Охочий лог. Охотник сумел бы поднять настроение всей команде своими заковыристыми словечками. Мне же едва удается сдерживать недовольный ропот братьев. Надеюсь, ярл сможет усмирить их негодование.

И мою тревогу.

Вождь драккара «Младший Дракон» Трор Унве.

Ветер давно затих и над водной гладью медленно растекся туман. Пропали все звуки. Только плеск погружаемых в воду весел да утомленные вздохи варягов нарушали повисшее безмолвие.

– Ты все шкрябаешь свои мерзкие каракули?

Трор поднял глаза к подошедшему отцу и отложил рукописи.

– Это судовой журнал, – ответил он, потирая замерзшие руки. – Я записываю все события, что происходят на корабле.

– Побери Пучина старого Рунволда, за то, что научил тебя грамоте! – плюясь слюной, выпалил Сив. – Пустая трата времени! Накой ты тратишь время на это занятие южных варваров?

– Чтобы помнить, – покосился на него Трор.

Ему не хотелось оправдываться перед отцом и вступать в очередную перепалку. Ярл скривился и хотел сказать что-то еще, но его перевал крик дозорного:

– Вижу огни! Мы добрались до Согни!

– Слава Богам, – донеслось ликующее перешептывание команды.

Радость от скорого завершения морского перехода придала варягам сил. Моряки налегли на весла и направили судно сквозь туман к поселению. Все ожидали, что город встретит гостей знатной пирушкой и весельем, ведь утром наступал священный праздник – день зимнего солнцеворота. По традиции варягов, в течение трех дней устраивались народные гуляния. Жители каждого дома вносили свою лепту в подготовку к этому знаменательному событию. Бабы пекли угощения на всю деревню, а мужики сооружали места для игрищ. Когда последние лучи осеннего солнца гасли за горным хребтом, все собирались вокруг кострища, где староста или вождь, одевшись в медвежьи шкуры, устраивал «комоедицу» – рассказывал страшные истории и былины. Так проходила самая длинная ночь в году. Все ели, пили и плясали, пока лик уже зимнего светила не появлялся на востоке.

Команда «Младшего дракона» с упоением ждала прибытия в город, дабы принять участие в празднествах. Но, к удивлению всех, вместо переполненной пристани, их встретила пустота. В скромном порту, который представлял собой длинный деревянный настил, выстланный вдоль береговой линии, на волнах покачивался один-единственный драккар. Старинный и потемневший от времени, он сливался с вечерними красками. Его очертания в сумраке выдавали лишь разноцветные круглые щиты в человеческий рост, закрепленные вдоль бортов корабля. Лихо загнутую носовую часть украшала оскаленная волчья пасть, вырезанная из рога и костей.

Трор знал, кто ходит под парусом этого судна. Знал и его отец.

– Треклятый Твольв со своим сбродом, – прошипел Сив. – Он-то чего здесь забыл?

– Отец, – шепнул Трор, не сводя глаз с волчьего лика, – давай обойдемся без лишнего кровопролития. Сделаем то, что ты