Уровень 2 - Глеб Леонидович Кащеев

– Так давайте сходим и узнаем, – тихо произнес Дин.

Снежана вздрогнула и резко повернула к нему голову, так, как будто он не еле пробормотал, а из пистолета выстрелил.

– Думаешь там нам будет лучше думаться? – снисходительно ухмыльнулся Илья.

– Я имею в виду у двери узнаем. Я возьмусь за ручку и увижу. Кто-то ее же в прошлом или будущем открывал.

– Блин, – тихо сказала Дана.

– Ты гений. А я идиот, – согласился Илья, – бегом!

Все гуськом спустились обратно в подвал. Дин в очередной раз снял перчатку, с опаской покосился на остальных и взялся за ручку таинственной двери.

Дин

Больше всего Дин боялся опять сплоховать. Он уже подвел ребят, когда не понял какая из версий Даны осталась с ними. Если и сейчас ничем не поможет, то будет совсем стыдно.

Больше всего он не выносил ощущения собственной ненужности, которое и так преследовало его всю жизнь.

Ручка обожгла ладонь неожиданно холодным металлом, как будто за ней находилась морозильная камера.

Щелк, первый кадр: старик берется за ту же ручку. Он стоит с закрытыми глазами и крайне сосредоточен. Брови нахмурены, на лбу морщины. Одет странно – в бесформенную черную мантию. Он был бы похож на попа, если бы не шитье серебром в виде тонких ветвей дерева. Можно было бы подумать, что он просто собирается открыть дверь, если бы не напряженная поза, да и странная рябь по краям дверной коробки намекала, что все тут не так просто.

Второй кадр: Двери нет. Вместо нее находится проем как будто завешенный мутной полупрозрачной тканью. Воздух вибрирует словно поверхность разбавленного водой молока, куда только что упала капля. Фигура волшебника – почему-то Дин решил называть его именно так – наполовину прошла через пелену, но видно, что рукой он вытаскивает кого-то еще с той стороны. Пока видно только ногу выходящего, но очевидно, что это молодой модно одетый человек, потому что наружу торчали недешёвые лофферы и брюки с подворотом.

Третий кадр. Тот же волшебник, но уже почему-то в обычном современном сером костюме выходит через дверь с той стороны в подвал. Никакой пелены на этот раз нет, а только темный дверной проем, в котором смутно угадывается длинный коридор.

Четвертый кадр. Практически тот же момент, только волшебник с той стороны открытой двери устанавливает какой-то прибор. Дин не разбирался в охранных приспособлениях, но больше всего это походило на фотоэлемент. Одна часть располагалась на левой стороне дверной коробки, вторая, чуть больше, с какой-то зловещей черной емкостью, напротив.

Пятый кадр. Потрясающей красоты черноволосая женщина со светящимися золотыми глазами стоит напротив запертой двери. Судя по блестящему шикарному вечернему платью, она только что сбежала с красной дорожки каннского фестиваля, не иначе. Дин видит ее в профиль. Красавица хмурится, но не так, как старик на первой картинке. Тот был напряжен, словно поднимал какую-то тяжесть, а эта девушка расстроена и разъярена. Дин предположил, что она очень хотела бы войти в дверь, но почему-то не может этого сделать.

Шестой кадр. Все тот же подвал и закрытая дверь, но рядом лежит труп: тот самый парень в брюках с подворотом и лофферах. Вопреки ожиданиям Дина, бородки у молодого человека не оказалось, зато присутствовали модные и дорогие очки, да еще золотистый айфон валялся рядом с телом. Парень смотрел в пустоту остекленевшим взглядом, а на лице застыло очень обиженное и растерянное выражение, как у малыша, у которого внезапно отняли вкусную конфету.

Седьмой кадр. В подвале прибавилось пыли. Возле двери стоит фигура в черном балахоне. Это не мантия волшебника, а современная вещь из готической моды. Такие из Китая привозят за пару тысяч рублей. Плащ с глубоким, скрывающим лицо капюшоном, тот самый, что потом висел заляпанный кровью на вешалке. Рост фигуры определить сложно, но Дину показалось, что человек не выше него самого. Самое поразительное, что на полу в пыли нет следов, как будто неизвестный возник прямо тут, у двери или вышел из нее.

Восьмой кадр. Надя входит в подвал через стальную дверь. На полу отпечатки следов человека в капюшоне, ведущие к лестнице. Следы настолько четкие, что совершенно очевидно: таинственный незнакомец в черной хламиде прошел тут совсем недавно до появления Нади.

Девятый кадр. На полу у двери лежат шесть трупов. Дин тут же впился глазами в себя. Лицо у его мертвого двойника было какое-то синюшное, глаза неестественно широко открыты, а язык некрасиво вывалился. Ощущение от покойника было такое, как будто он утонул, но при этом остался сухим. Остальные выглядели не лучше.

Дин дернулся и вернулся в реальность:

– Все! – выдохнул он.

– Ну? И что видел? Прошлое или будущее? – не выдержал Илья.

– Впервые в жизни и то и то, – Дин тяжело дышал, как после забега на сто метров, так что говорил отрывочными быстрыми фразами, – и прошлое и будущее. Наверное. Или я ничего не понимаю.

– Да не юли ты! Говори! – вспылил Семен.

– Видел, как открывают дверь с этой стороны и как выходят с той. Видел труп парня, что пытался войти до нас. И в самом конце нас. Мертвыми. Вот этого не могу понять. Я никогда не наблюдал и прошлое, и будущее одновременно. Но не могли же мы тут уже умереть раньше.

– Это что, значит мы тут все-таки подохнем? – нахмурился Семен.

Дана поморщилась:

– На листочке же сказано, что мы должны оставить после себя свои мертвые тела. Так что трупы здесь будут лежать в любом случае. И если откроем дверь, и если не справимся.

– Так, давай по порядку. Медленно и в деталях, – потребовал Илья.

Дин максимально подробно пересказал все девять картинок. По ходу рассказа он наблюдал за реакцией остальных и с удивлением заметил, что Снежана делает то же самое. Она как будто и не слушала его вовсе, а внимательно следила как реагируют на рассказ Дана, Семен, Илья и Надя. Заметив любопытство во взгляде Дина, Снежана слегка смутилась и тут же превратилась во внимательную слушательницу.

Дин чувствовал, что они со Снежаной явно были похожи. И дело даже не в том, что у них обоих, как Дин уже понял, были сербские корни. Ему все больше нравилась эта невысокая светловолосая девушка. Мало того, что потрясающе красивая, так еще и явно умнее остальных. Не такая, как эта выскочка Дана или снисходящий до простых смертных Илья, что постоянно выпячивают свое мнение. Снежана молчит и слушает. Только изредка подправляет, но делает это очень точно, вовремя и исключительно тогда, когда вся компания заходит в тупик.

Девушка опять пристально посмотрела в глаза Дину и тот все-таки смутился