Джеффри Лорд - Мятежник (Странствие 20)

У странника были некоторые догадки на сей счет, однако он прикинулся озадаченным.

— Я тебя испытывала. Уж если усталый и раненый ты превзошел все мои ожидания…

— …то какие чудеса я совершу в лучшее время, — закончил за нее Блейд с улыбкой.

— Не насмехайся над собой! — Мир-Каза шутливым жестом шлепнула его по губам. — Нрис-Пол даже в лучшие времена не был так хорош, а теперь ему уже не представится случая блеснуть. Отныне ты будешь Рукой Власти в Башне Змеи!

Странник кивнул:

— И что мне придется делать? Ну, сверх того, чем мы уже занимались…

Королеву разобрал смех:

— О, не волнуйся! Я всегда найду применение твоим способностям… Твоему замечательному дару… Надеюсь, ты не глуп и сумеешь это доказать. Я люблю разнообразие, но, увы, давно лишена его.

— Тебе не придется больше скучать и томиться, — пообещал Блейд. — Имея такой источник вдохновения, я превзойду себя!

Детские ямочки снова проступили на смуглых щеках, но голос прозвучал мрачно:

— Это лишь часть твоих обязанностей. Самая приятная и очевидная для всех. Но будет и другая часть. Она куда важней и должна оставаться тайной, потому что скрывает в себе немалую опасность. Зато победа принесет небывалые плоды…

Глава десятая

Завоевав благосклонность королевы, Блейд обзавелся и смертельным врагом в лице низложенного Нрис-Пола. Впрочем, странник мог понять обиду мелнонца — кому приятно в одночасье лишиться тепленького места при дворе? Лишиться с позором, выслушав хлесткую отповедь перед Мудрейшими… Еще неприятней сознавать, что твое место занял безродный чужак, пролаза, явившийся невесть откуда и тут же зачисленный в герои. Но хуже всего — слышать, как королева расточает похвалы выскочке.

Отдавая дань приличиям, Мир-Каза, конечно, ни словом не обмолвилась об истинной подоплеке отставки, но любой из ее подданных понимал, почему Нрис-Пола турнули из королевских покоев. Новичок оказался первым не только на поле брани.

Опальный фаворит, заносчивый и буйный, после такой пощечины рассвирепел не на шутку. Но что он мог? Только скрежетать зубами в досаде, беситься и распускать злые сплетни. Законы, традиции и здравый смысл признавали за королевой право избирать приближенных по своему вкусу и менять их когда вздумается. В особенности это касалось претендентов на титул Руки Власти.

В прежние времена Рукой Власти именовали придворного, который, как сенешаль у древних франков, надзирал за порядком в королевских покоях, вел счет расходам, распекал нерадивых слуг. Позже к этим обязанностям прибавилась еще одна — греть королевскую постель, и постелено сей почетный долг заслонил все остальное. Когда-то он почитался необременительным, однако Мир-Каза заставляла своих сенешалей в поте лица отрабатывать свои милости, и тут ее каприз ставился выше закона. Совет Мудрейших не заслуживал бы своего названия, пойди он против королевской воли.

Итак, Нрис-Пола публично объявили неспособным утолять аппетиты правительницы, однако он не лишился способности строить козни. С его подачи стали поговаривать, будто Блейд и королева намерены выплатить возмещение семье казненной рабыни.

Поначалу странник только посмеивался. Ну кто поверит в подобную нелепость? Однако ему стало не до смеха, когда со всех сторон посыпались вопросы и упреки. Откуда он узнает, кому платить? Всем известно, что Низшие спариваются, как скоты. У них нет настоящих семей, да и быть не может. Виданное ли дело — платить Низшим! Жуткая чепуха! Опасная затея!

Блейд уже не отшучивался. Уставя в лицо собеседнику тяжелый немигающий взгляд, он цедил сквозь зубы, что у него и в мыслях не было опекать семьи преступников. Уж не считают ли его дураком? Тут и самые настырные прикусывали язык, но лишь до поры.

В конце концов новоиспеченный сенешаль решил переговорить с королевой. Он даже обрадовался поводу разведать побольше о Мелноне. Все его познания, отрывочные и пестрые, касались только Башни Змеи, между тем в каждой из шести других башен шла своя жизнь и водились свои порядки, особенно в Башне Леопарда.

Конечно, Мир-Каза была последним человеком, которого стоило расспрашивать об этом, но странник надеялся, что в беседе сами собой всплывут любопытные детали. Против ожидания королева весьма охотно дала вовлечь себя в разговор.

— Ну, разумеется, я и не думала никому платить. Эта девчонка была распущенной и непокорной, она совершенно не годилась для моих планов в отношении Низших.

Блейд не посмел спросить, что это за планы. Он уже попробовал один раз, но лишь нарвался на отповедь. «Ты все узнаешь… в свое время, — объявила королева с ледяной вежливостью. — Пожалуйста, больше не заговаривай об этом!»

— К тому же, — продолжала Мир-Каза, — Низшие и в самом деле спариваются как скоты. Ты и не представляешь, что творится на Нижних Уровнях!

— Ты уверена, что это — их вина? — рискнул вставить странник.

Королева воззрилась на Блейда с ужасом, словно у него, лицо пошло зелеными пятнами:

— Ты говоришь совсем как Бриг-Ноз… Он всегда заступался за Низших. Уверял, будто мы сами превращаем их в скотов, заставляя жить по-скотски. Ради собственного блага и моего спокойствия не вздумай вести такие речи! Низшие ничтожны и бесполезны. Мы решим, как с ними поступить… в свое время.

Брезгливо поджатые губы и холодный блеск в глазах яснее всяких слов сказали страннику, что «в свое время» Низшие пожалеют о том, что на свет родились. Какие бы замыслы ни вынашивала Мир-Каза, она не станет хлопотать о всеобщем благоденствии; скорей уж спишет со счетов всех «ничтожных и бесполезных».

Похоже, королеву никогда не посещала мысль о том, что каждый человек заслуживает, самое меньшее, свободы. Она жаждет одного — власти, безраздельной власти над Башней Змеи, а потом и над всем Мелноном.

Дальнейший ход разговора утвердил Блейда в этом мнении.

— Скажи, — поинтересовался он, — почему тут, наверху, все подпрыгивают и вопят словно ошпаренные, едва речь заходит о снисхождении к Низшим?

— Как почему? В башнях Мелнона этого отродья впятеро больше, чем Высших, и только у Леопардов все иначе. Мы не имеем никакого оружия, кроме мечей и Жезлов Устрашения — так повелевает Мудрость Войны, притом на десяток воинов приходится лишь один жезл. Стоит Низшим вообразить, что мы почитаем их равными себе или боимся, и все пропало! Разве они согласятся жить по-старому? Конечно же, нет! Они попробуют захватить Верхние Уровни, и нам придется перебить этот сброд, пока не перебили нас.

— Понимаю.

— В самом деле? Иногда я в этом сомневаюсь. Впрочем, мне нет дела до твоих мыслей, пока ты послушен. Просто держи их при себе!