Жуткая история. Кот - Ксения Горькая

я воскресил тебя, я забрал тебя в наш мир, и все воспоминания о тебе в мире обычных людей исчезли.

Хёну безразлично смотрел на него.

– Зна… ешь. Пока я был там сегодня, мне показалось, что так даже луч… ше для них. Они теперь счастливее, что ли… Так что, думаю, мне стоит по… благодарить тебя за это.

– Не пори чушь. Они были твоей семьей и любили тебя.

– Я и не… сомневаюсь. Но иногда люди могли бы быть сча… стливее, если бы в их жизни не было друг друга. Даже если… они любят. Понимаешь?

– Да. Но лучше бы я слушал твои упреки, чем это бессильное смирение.

Хёну слабо пожал плечами.

– Забери свою душу, я не собираюсь таскаться с ней. Она влияет на меня, и мне это не нравится.

Тот криво улыбнулся.

– Думаю, так… даже лучше.

– Гребаное эгоистичное ссыкло, – Кай простонал, – давай-ка повторим сегодняшнее утро.

Глаза Хёну расширились, он попытался оттолкнуть Кая, но был не в том состоянии и просто мазнул кровавой пятерней по его кофте.

Кай схватил его за ворот рубашки и грубо поцеловал. Кажется, его совсем не смущала кровь.

– Вспоминай! Я знаю, ты прочитал меня, и тебе понравилось. Вспомни, как это было на вкус, и верни свои силы.

Он не давал ему поблажек и, как только закончил говорить, поцеловал снова. Он слизал кровь с его губ, а потом сам же их укусил.

Воспоминания Хёну оживали против его воли. Энергия Кая чуть не испепелила его тогда – он задыхался, когда она наполняла его и выжигала все мысли.

В пальцах начало покалывать.

– А хочешь знать, какая твоя? Думаю, я чувствую энергию души почти так же, как ты, когда воскрешаю.

Хёну поднял на него осторожный взгляд.

– Упорная, любопытная, самоотверженная. Наивная и энергичная. Без притворства. Она словно живая, постоянно меняющаяся мелодия, которая играет для каждого, кто захочет слушать.

Он перевел дыхание, облизнув губы.

– Представляешь, каково было мое удивление, когда я очнулся с твоей душой внутри. А потом понял, что ты ушел.

Хёну потупил взгляд.

– Но я пра… вда не хочу воз… вращать эти силы.

– Ты вернул меня к жизни с помощью своих сил. Когда до тебя уже дойдет, что мы с тобой не так уж сильно отличаемся? Твоя сила не определяет тебя, в отличие от души. С этой силой ты мог бы помогать другим, если бы захотел, но тебе слишком страшно брать на себя ответственность.

Он снова поцеловал его, в этот раз мягче, и Хёну слабо ответил.

– Давай же, Хёну, у тебя осталось совсем мало времени.

Он колебался, но все же поднял ладонь к лицу Кая и чуть потянулся к нему. Кай поддержал его спину, наклонился и прикоснулся губами снова. Нежно, совсем как утром. Хёну ощущал мягкость и тепло его губ, но и только.

Кай шепнул ему на ухо:

– Ты не навредишь мне сейчас, не бойся.

Он сжал его ладонь. Там, где соприкасалась их кожа, возник тонкий, почти невесомый поток.

– Этого недостаточно, – Кай оттянул пальцами ворот его рубашки и дернул вниз, пуговицы звонко рассыпались по бетону. Вторая его ладонь легла на обнаженную грудь, туда, где за ребрами билось сердце. Хёну прошил разряд тока, словно цепь замкнулась.

– Ха-а-а, – он распахнул глаза, часто дыша, кожа покрылась мурашками.

Кай пару секунд задумчиво смотрел на него, а потом подался вперед, накрывая его губы.

Это было так странно. Их энергия смешивалась. Сначала Хёну даже растерялся, он не ощущал в этом потоке ничего своего, казалось, все принадлежало человеку напротив. Но Кай как будто понял, о чем он беспокоится, и откинул свою энергию назад. Он углубил поцелуй, и Хёну почувствовал ее на кончике его языка. Он простонал в поцелуй и прижался к Каю, боясь потерять это чувство. Его сердце билось как ненормальное, пока эта энергия понемногу заполняла пустоту внутри. Звуки стали громче – у него как будто разложило уши – эмоции становились пугающе интенсивными и нахлынули все разом, застилая глаза слезами. Все ощущения стали острее. Прикосновения Кая отпечатывались где-то глубоко внутри, минуя кожу. Хёну попытался отстраниться, но Кай не позволил, прошептав ему в губы:

– Потерпи еще чуть-чуть, тебе нужно восстановиться.

И Хёну терпел. Боль в груди уходила по мере того, как поцелуй становился все более глубоким, а выдохи – рваными. Когда удерживать себя в реальности стало слишком сложно, он все же отстранился от Кая.

– Я думаю, этого достаточно, – тяжело произнес он, пытаясь восстановить дыхание.

Кай смотрел на него, рассеянно облизывая припухшие губы.

– Интересно.

– Я опять забрал много? – Хёну поднял вопрошающий взгляд к его лицу. – Почему ты не сказал мне прекратить?

– Нет. Все в порядке, – он покачал головой, усмехнувшись. – Я не думаю, что могу заставить тебя прекратить.

Хёну был несколько ошарашен этим внезапным откровением.

– Но почему?

– Ты, видимо, очень слабо себе представляешь, как твоя сила действует на других, – Кай усмехнулся, – кстати, ты не потерял контроль.

– Ты же сказал, что я не смогу навредить тебе сейчас?

Кай насмешливо приподнял брови.

– Я соврал.

Нестыковки

Кай помог ему подняться и довел до машины.

– Мы поедем обратно? – Хёну даже примерно не мог предположить, какое наказание он получит за нападение и побег.

– Да, там сейчас безопасней всего. Вот только, – он скептически оглядел разорванную окровавленную рубашку, которую Хёну придерживал рукой на груди, – заедем ко мне, тебе надо переодеться.

– К тебе? – почему-то его удивил тот факт, что у них могут быть отдельные квартиры.

– Ну да, я не все время нахожусь в кампусе. Это бывшее здание университета, – пояснил он, заметив приподнятую бровь Хёну, – оно не использовалось несколько лет, пока мы не нашли его.

– Неужели можно просто прийти в пустое здание и жить там?

– Нет, если у тебя нет кучи магических фокусов и некоторых полезных связей.

Его квартира оказалась небольшой стильной студией на восемнадцатом этаже ничем не примечательной новостройки – одной из многих в этом жилом комплексе. Вся мебель была выдержана в простой палитре: белый, серый и светлое дерево. Пока Кай искал одежду в маленькой гардеробной, Хёну, ерзая на диване, разглядывал комнату. Даже беглый взгляд отмечал полное отсутствие личных вещей – квартира не выглядела так, словно в ней кто-то жил. Единственная деталь, которая выбивалась, – две пустые алюминиевые миски под барной стойкой.

– У тебя есть животные? – спросил он, когда Кай показался со стопкой одежды в одной руке и полотенцем в другой.

Кай проследил за его взглядом, указывающим