Повелитель огня - Алексис Опсокополос

пути до ящеров, проводники остановились и принялись натягивать на своих зга́рниках выполняющие роль тетивы тросы — видимо, с этого расстояния они уже могли сделать прицельный выстрел. Влок тоже принялся готовить гро́мницу к бою: он натянул трос, а затем извлёк из сумки шар. Но не стал вкладывать его в ствол, а достал из кармана сумки небольшой бархатный мешочек, а из него — белую горошину. Такую же, как те, что мне дали в дорогу.

Дружинник повертел шар в руке, нашёл в нём небольшое отверстие и поднёс к нему горошину. Но вставлять не стал, а шёпотом обратился к проводникам:

— Я готов.

— Тогда бей сразу, как они загорятся, — сказал Долгой Влоку, после чего обратился к своему товарищу: — Мой слева. Готов?

— Да, — прошептал Любор.

— Бей!

Последнее слово Долгой произнёс довольно громко, и сразу же после этого в направлении ящеров полетели два металлических шара. С характерным свистом, заставившим мра́гонов посмотреть в нашу сторону.

Но только посмотреть они и успели. Ядра долетели до зубастых зверюг и на самом подлёте произошло то, что я уже наблюдал, когда наши парни руками бросали похожие шары в камнерога: снаряды взорвались с громким хлопком, и из них вылетела горящая сетка, накрывшая ящеров. Только шары, запускаемые из зга́рников, были больше тех, что бросали защитники города, и сетка, соответственно, тоже была больше — примерно метра полтора в диаметре, и пламя на ней было более ярким. Видимо, и поражающий эффект был больше.

Любор выстрелил идеально — он умудрился полностью накрыть горящей сеткой голову своего ящера. Бедная зверюга, испустив дикий крик, упала на траву и принялась тереться о неё головой, в надежде, что это как-то поможет. А вот Долгой выстрелил не очень удачно — его сетка лишь немного накрыла левый бок второму мраго́ну, а так как пламя за пределы краёв сетки не выходило, то был риск, что этот ящер убежит и дотянет до того момента, как огонь погаснет. Его надо было атаковать дальше и как можно быстрее.

Похоже, Влок рассуждал примерно так же, как и я. Он быстро запихал белую горошину в железный шар, после чего за какие-то доли секунду вставил снаряд в ствол, прицелился и выстрелил в того зверя, который пострадал меньше.

Дружинник был неплохим стрелком — шар взорвался у основания шеи ящера, нанеся тому множественные осколочные раны. А тут и маги уже сделали по второму выстрелу — в этот раз оба вышли удачными. За вторым — третий, и уже скоро оба ящера пылали, как два живых факела. Только один бился об траву, а второй бегал какими-то странными зигзагами. И оба дико кричали.

Не особо гуманный, конечно, способ избавления от опасных хищников, мне, как пожарному, он претил. Но стрелкового оружия в этом мире ещё не изобрели, а как-то этих монстров, вот так легко выходящих к дороге, надо было ликвидировать. В следующий раз их жертвой вполне мог стать не условный кабан, а кто-то из путников.

Влок, сделав в общей сложности пять выстрелов, отдал гро́мницу Любору, достал из ножен меч и направился к тому ящеру, что бился об траву. Подошёл к нему и добил одним ударом. После чего отправился ловить того, кто бегал. Встал у мраго́на на пути, дождался, когда тот подбежит совсем близко, и воткнул клинок ящеру прямо в грудь.

Но дружинник немного не рассчитал: сила зверя и его скорость были так велики, что мраго́н снёс Влока с ног. Однако пробежал с мечом в груди ящер совсем немного и в итоге рухнул в траву. А дружинник быстро поднялся, подошёл к зверю, извлёк из того клинок, нанёс ещё один удар — контрольный, после чего направился к нам.

— Ты ранен? — спросил у Влока, когда он подошёл, Долгой. — Обгорел?

— Нет, всё нормально, — отмахнулся дружинник. — Порты, правда, мне эта зараза когтем порвала сильно, но ничего, зашью.

— Новые купишь, — сказал проводник. — Тебе за помощь в уничтожении мраго́нов на дороге положено хорошее вознаграждение. Я доложу об этом, когда вернёмся.

— Не откажусь, если положено, — спокойно произнёс Влок, достал из кармана кусок ткани и принялся вытирать с клинка кровь ящеров. — Хорошо, что мы на мраго́нов наткнулись, а не кто-то другой. Откуда они, вообще, здесь взялись? Их в наших краях отродясь не было.

— Не отродясь, конечно, но лет сорок точно, — уточнил Долгой. — Но после прошлогоднего землетряса и потопа, когда чарова́л разрушился, и река южные княжества затопила, кто только не перебрался на нашу сторону. У вас здесь хоть мраго́ны, да и то мало, а Крепинские вообще плачут, у них каких тварей только нет: и камнероги зашли, и мрако́ты, и глуби́нники. Даже дробаре́й в дальних лесах видели. Мы, конечно, ловим их, гнёзда уничтожаем, но чтобы всех извести, много времени потребуется.

За этим разговором мы вернулись к нашей повозке. Из двух других за всё время стоянки никто даже носу не показал.

Послушники, внимательно следившие за уничтожением опасных хищников, готовые в любой момент сорваться за помощью, уставились на Долгоя, как только мы подошли.

— Едем дальше, — ответил на их немой вопрос главный проводник и взобрался на своего коня.

Когда повозка тронулась, я откинулся на сидении и задумался об удивительной фауне этого мира. И первую очередь о динозаврах.

В том, что на одной из копий Земли — а я не сомневался, что попал именно в такое место — выжили динозавры, не было ничего необычного. Ну выжили да выжили. Может, метеорит мимо пролетел или чуть по-другому пошла эволюция. Или магия условия жизни на планете немного изменила. Меня удивляло другое: как в таком мире появились люди?

Я могу предположить, как они выжили: возможно, при помощи магии смогли защищаться от огромных хищных ящеров. Но как они появились? Человекоподобным приматам на их ранней ступени развития магия явна была недоступна. Но люди в этом мире вполне себе были. И динозавры тоже. И как-то до сих пор уживались.

Судя по словам проводников, местным жителям удалось отгородиться от особо опасных хищников каким-то чаровалом. Но время от времени он разрушался, и ящеры прорывались на территорию людей. Интересно, есть среди них настоящие монстры типа тираннозавров или гиганотозавров? Если есть, то, конечно, весело здесь живётся.

А ещё мне было интересно, почему мне дали так много белых горошин, но не дали ни оружия под них, ни чего-либо ещё,