Убить топа (СИ) - Изотов Александр

Чтобы я чувствовал какие-то угрызения совести по поводу друга, то тут все сложно. Это все-таки он у меня ее увел. Или она от меня ушла к нему. Да и то, что я теперь ее, бывает, в киношки таскаю, ну никак нельзя назвать изменой. Скорее, в этой ситуации лузер — только я, у которого всегда найдутся денежки ей на билет.

Ну, любит Каролинка кино, и любит вспоминать, как хорошо было, когда мы вместе ходили в кино.

Пишу:

«Давай в кафешке посидим, кофе попьем».

Через минуту тренькнуло, гляжу на пучеглазый смайлик, типа удивлена:

«Ну давай».

Быстренько отвечаю, ведь это же я мужчина, который должен принимать решения:

«Давай к 11 в Кофе-Зомби».

Быстро присылает ответ со счастливым смайликом:

«Ок».

Ну да, с ней я всегда принимаю мужские решения, куда нам сходить. И, как мужчина, оплачиваю ее заказы. Тьфу ты, даже противен стал сам себе.

Гляжу на плакат. Антхант был другим, это я после того турнира стал таким тряпкой. А был тру-папкой! Надо срочно тебя возвращать, дружище.

Почему-то мысли все время нет-нет, да и возвращались к Мираж. Плавает на задворках сознания, кинжальчиком поигрывает. Интересно, какая она?

***

Кофе тут был вкусный, как всегда. Да и чизкейк не подкачал.

— Сережка вообще какой-то задумчивый стал. Ходит угрюмый…

Смотрю на Каролину, смешливую крашеную блондинку, при этом в игре она Клеопатра. А та явно не светлая была, как мне помнится. Каролина специально покрасилась, говорит, чтобы наивнее выглядеть.

Сидим уже, наверное, минут двадцать, а она все про Лаккера рассказывает, как ему трудно. Раньше я как-то активнее участвовал в таких разговорах, а сегодня на меня это навевает тоску. Я вообще-то надеялся, что хорошее утреннее настроение будет со мной весь день.

Хорошо, хоть кофе вкусный.

— Он про клан думает все время, поднимает Парящих, а я ему помогаю…

Ага, поднимает, как же. Как болтаетесь уже пару месяцев в своем Вертозе, так выше двухсотой строчки рейтинга и не поднимались. И что он так привязался к этому городу, ведь все ребята уже посваливали из бывшей команды. Еще Макс вот вчера.

— Ты же на осаде будешь сегодня?

Киваю. Конечно, куда же без меня. В роли наемника, правда, но все же.

— Сережке очень сложно одному, все на себе тащит. Хорошо, ты вот поручения всякие выполняешь, хоть чуть-чуть помогаешь. Я, конечно, тоже руковожу, управляю…

Гляжу, как уплетает она свой кусок Праги, и думаю. Вот только совсем не о Парящих, и не о Сереге, а как я докатился до жизни такой…

Наконец вставляю слово:

— А что же он заместителей хороших не назначит, соруководителей?

Она чуть не поперхнулась:

— Так я же сорук.

Удерживаюсь, чтобы не усмехнуться, борюсь с уголками губ. Девчонки, они все тонко подмечают, мимику читают даже через стенку.

Ага, сорук она. Ни мозгов, ни скилла, уж простите. Помнится, когда я был лидером нашей киберкоманды, она меня все время упрашивала взять в состав. Серега сразу в клан ее взял потом, соруком назначил, хотя и натолкнулся на непонимание со стороны остальных.

Но сейчас этих остальных-то уже нет, а те, кто есть, уже и не знают Парящих без Лаккера и Клеопатры. Они истории клана-то не знают, с чего все пошло.

Спрашиваю:

— А Макс что? Они с Серегой вчера поругались.

Вздыхает, а потом начинает трясти вилкой:

— Да он, этот Макс, козел он! Сбежал в Гидру, прикинь? К врагам!

Качаю головой, делаю удивленные глаза, будто для меня это тот еще шок.

— Сережа очень расстроился, из-за козла этого! Он для них все делает, для всех, на всем готовеньком сидят, а им мало. Вертоз взяли, а это не захолустье же какое…

Ага, думаю, не захолустье. Вот только не по размеру вам Вертоз, еле держитесь, развиваться не можете. Другие кланы хозяйничают на земле Парящих, ганкеров куча, а сил у Лаккера нету гонять их. Я сколько за ними бегал, всех не успеваешь отловить.

В общем, нубы недовольны, у них не кач, а пытка, голосуют против Парящих, даже «местные» ропщут… Если бы на Вертоз почти каждую неделю не нападали другие кланы, сама система игры Патриам уже давно бы сбросила хозяев с города. Какое-нибудь нашествие нежити или степной орды из Неизведанных Земель.

Если город долго не осаждают, и против клана много голосуют, система все решает просто. Первый раз отобьют нашествие, второй раз оно будет сильнее. Хотя игроки подозревают, что разрабы лично участвуют в игровой политике, и сами решают, кому быть, а кого скинуть. Я этого тоже не отрицаю.

Как Лаккеру удается так отбивать атаки, для меня еще тот вопрос. Но к каждой осаде у них топовая алхимия, чары на осадную технику, да и саму технику все время развивают. И как он это делает, если Парящие в рейды-то почти не ходят? Тут Лаккер, конечно, молодец, как-то же крутится.

— А Сережа вообще молодец, он все крутится, старается! — почти в унисон с моими мыслями сказала Клеопатра.

Блин, почему сегодня Каролинка меня так раздражает? Это все равно как с ней в катакомбы какие сходить, от нее помощи ноль, а шуму больше всех. А ведь так хорошо утро начиналось!

Снова вспомнил про Мираж. Она, я заметил, не такая болтливая. Язва, конечно, не без этого.

Как вспомнил про кинжальщицу, так находиться здесь стало невмоготу, и я выдавил из себя:

— Слушай, Клео. Что-то мне не очень, башка трещит…

— Ой, у Сережки тоже все время голова болит, он все думает про стратегии всякие…

Блин, ну все. Не могу больше. Не сегодня.

Я встал, сказав:

— Извини, я пойду. Оплачу на кассе.

Смотрю, надула губы. Ну нет, сегодня меня этим не проймешь. Хоть бы раз спросила, как у меня дела? Почему я так светился, когда пришел?

Да что же со мной такого случилось, раньше сразу бы обратно за стол вернулся, стал бы спрашивать, что случилось. Извинялся бы.

Она пробурчала обиженно «ну-у-у-у…», еще хотела что-то сказать, но я развернулся, почесал быстро к кассе. Оплатил, и выбежал из Кофе-Зомби на улицу, как будто из преисподней вырвался.

Честно, я бы лучше еще раз с Мираж закусился, чем вот так… Все, хватит быть на вторых ролях, надо думать над заданием Вестника. Надо решать, как мне быть с Парящими Волками.

Надо возвращать Антханта…

Каролинка догнала меня у выхода, когда я был уже на крыльце.

— Антош, ты что, так меня и бросишь?

Поворачиваюсь:

— В смысле?

— Ну я… Хотела сказать… Ну, может, в кино? А то скучно.

Я начинаю злиться:

— Я же сказал, не могу!

— Ты какой-то другой сегодня.

— Какой?

— Ну, пришел, сначала улыбался, а сейчас неприятный такой…

Я чувствую, ещё чуть-чуть, и скажу что-нибудь, о чем потом буду жалеть. Махнув рукой, сбегаю по трем единственным ступенькам:

— Все, я побегу, некогда.

— Ну стой!

— Слушай, звони Серёге, раз тебе скучно.

— Сережа не может, он же сам сказал, тебя позвать.

Я резко останавливаюсь:

— Что?

Она тоже встала, даже не успела сойти с крыльца.

— Ой… — и замолчала.

— Стой, Серёга знает, что мы с тобой в кино ходим?

Она молчит, потом будто срывается:

— А ты что, думаешь, я от него все в секрете держу?

Для меня это прозвучало как гром среди ясного неба, и тут уже я бормочу беспомощно,

— Я же думал…

Она замолчала, видимо почувствовала, что совсем лишнего наговорила. Нет, не так. Сболтнула лишнего, на меня-то ей, кажется, наплевать.

До меня начинает немного доходить:

— А он, Серёга, где сейчас? А Патриаме?

По глазам вижу, что в точку попал. И что я должен думать, если он свою подругу посылает развлечься со мной, пока сам зависает в Патриаме? Это она, как соруководитель, по делу клана с Антшотом возится? Поручение такое?

Теперь я вообще ничего не понимаю. Что вокруг творится-то?

Каролина стоит, молчит, я вижу, что пытается подобрать слова.

— Так, все, я побежал, — машу рукой, и перехожу на свой фирменный спринтерский шаг. Клео что-то кричит за спиной, но я не слушаю. Точнее, не слышу уже. Дыхалка ни к черту, быстро запыхался.