На краю мира - Райан Кирк

Рю терял терпение. Если Акира знал, что происходит, он должен был поделиться с ними.

– Акира, хватит игр.

Лорд поднял голову и покачал головой.

– Ты не поверишь в то, что я скажу. Я сам себе не верю. Рю, либо это величайший розыгрыш в истории, либо кошмар становится явью.

Ярость вспыхнула в Рю, уничтожая весь его самоконтроль. Он шагнул вперед и одним движением поднял Акиру с земли. Лорд потянулся за мечом, но Рю отбил его руку и приблизил лицо Акиры к своему.

– Это не шутка. – Он посмотрел на Морико. – Она чуть не погибла, и мне нужны ответы.

Акира был потрясен как артефактами, которые принес Рю, так и столь грубым обращением. Рю почти сочувствовал ему. Акира был одним из трех самых могущественных людей в Трех Королевствах – нечасто ему вот так угрожали.

– Ладно, успокойся. Я расскажу тебе, что знаю.

Рю резко отпустил Акиру, и тот, споткнувшись, отступил назад.

– Когда я был молод, я учился у своего отца. Он считал, что я обязан знать не только о Трех Королевствах, но и о мире за их пределами. Нам известно не так уж много, поскольку мы всегда были изолированы – такое уж расположение у этих земель. Единственные люди, с которыми мы регулярно общались, были азарийцы, и то только во время войны на перевале. Между нашими народами никогда не велась торговля. В любом случае те предметы, что ты принес, – азарийские. Но их просто не должно существовать.

Рю снова начал терять терпение, но Акира поднял руку.

– Нет, ты должен знать. В Азарии есть легенда, очень похожая на легенду о Клинках Ночи и Дня, известную здесь, в Трех Королевствах. Азарийцы называют их Охотниками, но все, что я узнал, говорит о том, что это не более чем легенда. Сейчас их не существует. А может, их никогда и не было. За более чем шестьдесят циклов сражений на перевале мы ни разу не встретили ни одного Охотника, и я никогда не верил, что они реальны. Легенды говорят, что эти Охотники – воины, чьи способности превосходят способности обычных смертных. Но это всего лишь сказки на ночь, которыми пугают юных азарийцев, подобно тому как Клинками Ночи пугают наших детей. Какое же это имеет отношение к делу?

Акира сделал паузу и принялся излагать историю, в которую не верил:

– Легенда гласит, что, когда азарийские Охотники встречают свой десятый цикл, их отсылают прочь из деревни. Они отправляются на свою первую охоту, вооруженные лишь ножом да собственными руками. Это первое из их испытаний. Их добычей становится большая кошка, считающаяся одним из самых опасных животных в Азарии. Есть только один способ пройти испытание. Они должны вернуться в деревню со шкурой кошки через плечо. Если они попытаются вернуться без шкуры, их убьют.

Рю прислушивался к каждому слову, а Акира продолжал:

– Если они справляются, им дают зуб этой кошки, чтобы они всегда носили его при себе. Он должен принести им удачу в будущих начинаниях. На нем вырезают надпись – как и на этом зубе.

Рю не смог скрыть своего неверия:

– Это хорошая история, но между легендой об азарийцах и нападением на нас есть разница. Не думаю, что я когда-либо общался с азарийцами.

Он посмотрел на Морико, та отрицательно покачала головой – она тоже никогда не встречалась с жителями Азарии.

– Верно, но меч доказывает обратное. Его выковали азарийцы. Я видел сотни таких на поле боя. Их носят некоторые представители сильнейших кланов Азарии. Это опасное оружие.

Рю был готов взорваться.

– Но это ничего не объясняет. Ты рассказал нам лишь легенду!

Акира язвительно посмотрел на него.

– Десять циклов назад я бы сказал то же самое о тебе. Но вот ты здесь. С тех пор как вы пришли сюда, мир изменился вновь.

Это было правдой, и Рю замер. Его учили быть открытым ко всему. Было глупо отвергать что-то только потому, что он в это не верит. Факты лежали перед ним.

– Почему армии уходят?

Акира удивился резкой смене темы.

– Я думал, ты знаешь. Все должны знать. Западное королевство вторглось в Южное.

Рю не смог скрыть шока.

– Это невозможно.

Акира хотел рассмеяться, но вместо этого издал резкий хрип.

– Как и ты. Но вот мы здесь, идем на первую за сотни циклов настоящую войну между королевствами. – Он встал и вернулся к изучению своих карт.

Рю переглянулся с Морико. Она, как и он, не знала, что делать. В комнате воцарилась тишина, и Рю постарался не выдать своего разочарования. Он не думал, что Акира будет ответственен за нападение на них, но полагал, что, придя сюда, они наконец поймут, что делать дальше. Вместо этого они лишь узнали, что на них напало мифическое существо из страны, к которой они никогда не приближались.

Акира резко повернулся и посмотрел на них.

– Не останетесь ли вы здесь на ночь? Мне нужно еще кое-что вам рассказать, но нужно все обдумать. Мы можем встретиться завтра вечером?

Рю кивнул. Других идей у него не было.

Акира подошел к двери своей палатки и позвал солдат. Вошли двое и чуть не выпрыгнули из своих мундиров, когда увидели внутри Морико и Рю. Акира успокоил их.

– Не бойтесь. Это два моих лучших шпиона. – В его глазах появился намек на веселье. – Вы ничего не смогли бы сделать, чтобы остановить их. Им нужна палатка, первое кольцо.

Солдаты отчеканили ответ – приказ они поняли – и повели двух Клинков Ночи к свободной палатке неподалеку.

Морико посмотрела на Рю с тревогой.

– Что происходит? Кажется, мир сходит с ума.

Рю покачал головой и уставился в потолок палатки, желая, чтобы она не была так права.

Рю спал плохо. Для него было неестественно сдерживать свой дар, но в окружении стольких людей он не мог по-другому. Если бы он отпустил свое чувство, то на его разум обрушилось бы ошеломляющее количество информации. Но он не доверял Акире настолько, чтобы ослабить бдительность. Вместо этого он ворочался всю ночь, но в конце концов решил помедитировать.

У Морико, похоже, не было такой проблемы. Рю не знал, как ей это удается. Она была таким же параноиком, как и он, но каким-то образом ей удавалось спокойно спать.

Их палатка была достаточно просторной, и Рю занялся своей обычной утренней тренировкой. К тому времени, как он закончил, Морико уже проснулась и молча наблюдала за ним. Он лег рядом и обнял ее, солнце поднималось, а они лежали в тишине вдвоем. Рю наслаждался ощущением того, как его кожа прижимается к ее. Он был расслаблен, доволен. И хотелось ему только одного – жить вечно, рядом с