Один раз - не вампир. Книга 1 - Владимир Анатольевич Васильев

но я не растерялся, выхватил ведро воды из рук поильца лошадей и с размаху выплеснул на паршивку. Та с пронзительным визгом отскочила назад, а я проорал:

— Сама такая!

Но мой голос потонул в громовом хохоте толпы. Ну да… Даже бродячие артисты здесь такого представления не устраивали. Особенно с учетом того, что одежда девушки хоть и была довольно плотной, но в мокром виде сразу облепила ладную фигурку.

Девчонка развернулась и молча ринулась куда-то в переулок. А затем и пожилой инквизитор покачал головой и двинулся следом. Только кинул укоризненный взгляд, но не на меня и не на своих учеников, а на красную как помидор Гердину, которая уже почти вылезла из своего переулка.

Ну да… Операция не удалась, чему я был несказанно рад. А она совершенно точно не удалась, потому что и остальная делегация потекла прочь. Только стражники проходя мимо меня вытирали слезы от смеха, и один из них похлопал меня по плечу.

Но моя радость быстро увяла. Хоть на меня и смотрели с восхищением куча дам, но я дальше играть в эти игры под носом инквизиции опасался. Так что просто встал и двинулся к воротам города. И только уже выйдя на дорогу вспомнил, что забыл в трактире топор. Но возвращаться не стал. Жрать я хотел просто неимоверно, а в двадцати километрах на запад отсюда есть еще город, и я надеялся еще до вечера успеть дойти до него и там уже найти… Найти себе жертву.

Глава 8

Шагал я по пыльной дороге очень быстро и обращал мало внимания на что-либо вокруг. Все мысли были только о крови. Точнее не так. Об энергии. Я надеялся, что сдержусь и ни на кого не нападу, но встречных крестьян на повозках рассматривал как бурдюки с несколькими литрами безумно, невероятно вкусной крови.

И я только теперь по настоящему понял, что имела в виду Селена, говоря что я не выдержу и наброшусь на нее. Пока мне везло, и я обходился просто… просто энергией, но увы. Сдерживаться теперь становилось все труднее и труднее.

И именно по этой причине я прозевал нападение. Дорога в этом месте шла среди леса, и на меня неожиданно выехали двое богато одетых парней на конях. Я поначалу не обратил на них внимание, да я почти ни на что сейчас не реагировал, а потом стало поздно, когда один закричал:

— Совсем охамел смерд! Ату его!

И на меня кинулись четыре крупные охотничьи собаки, которых я сначала не видел за высоким подлеском. Но среагировал мгновенно. Выхватил нож, а дальше за считанные секунды разменял четыре укуса на четыре смертельных удара, да таких, что получив укол под дых, собаки с предсмертным визгом взлетали на метр, а то и два, после чего затихали.

Я на кровь собак никак не реагировал, но обернувшись к всадникам понял, что все очень плохо. Те дико визжали, смотря на меня. А я почувствовал, что верхней губе что-то мешает, и проведя рукой нащупал длинные клыки, которые непонятно когда выросли из моей верхней челюсти. А бросив взгляд на руку, сжимающую окровавленный нож, и сантиметровые когти разглядел.

Один всадник, не переставая панически вопить, разворачивал коня, а другой уже рванул мимо меня, но врезался башкой в нависавшую над дорогой ветку и слетел на землю. Этот от меня никуда не уйдет, так что я кинулся за первым. В три прыжка догнал лошадь и запрыгнул на круп позади всадника, в последний момент отчетливо поняв, что если я сейчас пущу ему кровь, то уже не удержусь и начну пить.

Так что отшвырнул нож и одним движением свернул гаду тощую шею. Затем спрыгнул с коня и побежал к хрипящему от ужаса второму, который возился в траве. И бескровно убивать этого оказалось особенно противно, потому что он отчаянно вонял, напоследок опорожнив кишечник.

Я с минуту стоял на дороге, постепенно успокаиваясь, убирая клыки с когтями и оглядывая содеянное. Ну что ж… Два благородных придурка выехали на охоту, но встретили простолюдина, который не кинулся им кланяться. И даже то, что тот был в костюме барда, их не остановило. Простолюдин, и простолюдин. Вот и решили потравит его собаками. Так что никакого сожаления я не чувствовал, кроме сожаления об испорченной только сегодня купленной одежде. Впрочем на ней оказались только четыре небольшие прорехи от зубов собак, да пятна моей крови.

Я обыскал тела, собрал кинжалы и довольно убогие украшения. Бедные какие-то дворянчики. Да и мечи на охоту не взяли. И денег только на полтора золотых у обоих. Но не так уж плохо.

Одежда очень приметная и брать такую мне никак нельзя, как и коней. Еще я подумал, что по этой дороге мне идти дальше точно не стоит, так что рванул прямо в лес. Убийцу благородных отпрысков конечно будут искать, и в ближайших городах в первую очередь.

А километрах в сорока на юг, судя по рассказам бродячих артистов, должен быть большой город, и уже в соседнем королевстве. И я именно бежал, потому что отчетливо понял, что если я не добуду энергию до темноты, то потом уже точно слечу с катушек и кого-нибудь сожру. И именно человека. Нет, выпью кровь, конечно, но сути это не меняет.

Я и так был очень голоден, а еще и на регенерацию укусов собак потратил остатки какой-то вампирьей энергии. Правда я хоть и спешил, но остановился у первого же ручья и по быстрому отстирал с одежды следы крови. Иначе в город войти будет проблематично.

Через час быстрого бега я миновал стороной очередную деревню, вылетел на маленькую полянку и оторопел. На самом краю свободного пространства сидела на пеньке совершенно голая девушка. И как-то так картинно сидела. Нижняя часть оказалась прикрыта поджатыми ногами, а грудь спряталась под длинными волосами.

А главное… Главное, я её не чувствовал. Не чувствовал её кровь. Когда же пару раз моргнул и присмотрелся, то заметил, что заманчивая фигурка девушки стала полупрозрачной, а на пеньке стоял какой-то хрен. Человечек ростом сантиметров двадцать, в зеленом костюме и высокой шляпе. Он довольно улыбался и потирал маленькие ручонки.

А как бы девушка тем временем сказала:

— О, благородный путник! Не желаешь ли сыграть со мной? Ставка всего один золотой, а выиграть можно целый горшочек золота. Золота лепрекона.

Она показала рукой на лист лопуха, лежавший рядом