Алла Вологжанина - На тропе Луны

Ознакомительный фрагмент

– Вообще-то, – задумчиво ответила сестра, – Высокий совет и без артефакта понимает, что еще одного омертвения мир не выдержит. А значит, Волчью карту искать пока не обязательно. Сколько сейчас может существовать волчат? Волчонок-другой рождаются примерно раз в тридцать лет. Жизнь любого детеныша сейчас бесценна.

– Ты можешь вытащить ее в Трилунье и использовать, чтобы освободить меня. Чего ты хочешь взамен?

– Кроме чувства счастья от того, что мой брат свободен? – горько усмехнулась Эррен. – Это моя родная племянница, Мебиус тебя перекрути! Я хочу участвовать в ее воспитании. Ты отправишь ее учиться в Академию четырехмерников, и она шагу не ступит в ваш чертов замок, где Кларисса правит бал и держит свою школу. Даже если по знаккерской направленности девочка окажется ритуалистом.

– Думаешь, Кларисса убьет детеныша? Сомневаюсь.

– Кларисса, хм. Твоего детеныша от другой женщины, возможно, обретя при этом бессмертие? Проверить хочешь? На собственном ребенке? – Эррен почти кокетливо повернулась к брату той частью лица, которую пересекал шрам.

– Не жеманничай, сестренка, ты разукрасила мою жену гораздо серьезнее. Она, в отличие от тебя, все силы бросила на то, чтобы избавиться от последствий вашей милой беседы. Правда, мало чего добилась, поверь мне… – Евгений замолчал на полуслове, словно понял, что сболтнул лишнего.

– Да не собираюсь я о твоей полоумной супруге сплетничать, – отозвалась Эррен. – И об ее сестрах тоже. Меня волнует детеныш. Ладно, мрак с ней, с Волчьей картой. Если не принимать в расчет тех волчат, которые, вероятно, родились за этот период, может ли твой детеныш действительно быть последним волком Трилунья?

Евгений пожал плечами:

– Если не считать Дирке Эрремара, то да, я полагаю. Как ты собираешься искать девчонку? Я же тебе говорил про эффект логова…

Эррен нетерпеливо дернула плечом.

– Плевала я на этот эффект. Мне незачем заходить в ее дом. Третий город луны связан тропой с одним-единственным местом. Это крошечный городишко, затерянный в лесах на Земле, возле которого твой идиот Резанов и разместил лабораторию. Лунные тропы сейчас закрыты, но если волк появился здесь, значит, он начал протаптывать их заново, случайно или намеренно. И если это первое появление волка у нас (а я уверена, что оно первое; что бы ты ни говорил о Кру, от него ничего не ускользнет), то волк мог прийти исключительно из этого города. Там и поищем. Да и вообще, как я ее найду – мои проблемы. А ты позволишь мне поселить ее в нашем родовом замке и заняться ее образованием, и дело с концом.

– Договорились.

– Как ее зовут?

– Карина. Имя, подходящее для обоих витков нашего мира. Как у всей их семейки. Ты же знаешь, они поколениями живут между Землей и Трилуньем. Точно так же, как земные маги свободно жили на два мира до полного закрытия троп.

– Евгений! Пока ты носился со своей романтической идеей мирового господства, «Сравнительную наукологию витков» Даниела Корамелла начали изучать в школе. Гм… В моей Академии, во всяком случае. Дети нынче грезят путешествиями в действительно иные миры, за пределы соседнего обитаемого витка.

– Эрр, мрак побери, я ритуалист и всегда им был. Если я и представляю, что мир несколько… просторнее, чем просто трехмерное пространство, то это еще не значит, что я готов развивать эти навыки, как крестьянин, надеющийся оторваться от плуга…

– Крестьяне давно не пашут плугами, чудо мое. Что еще ты помнишь о своей дочери?

– Она рыжая, как и мы. Вернее, красная, переливается от светло-желтого до багрового, почти черного. Как все прекрасные дамы семейства Радовых. Совсем на мать не похожа.

Эррен по-девчоночьи хихикнула, крутанула на палец локон, который из апельсинового стал коралловым.

– Надеюсь, от нашей семейки она унаследовала больше твоих черт, тогда будет красавицей.

Брат усмехнулся тоже:

– Тут бы мне и обидеться. Неуч, безумец… Неужели я, кроме всего прочего, похож на красивую девочку?

– Ты не в том положении, чтобы обижаться на сестренку. Вытащим тебя на свободу – с тебя пирушка. Потом можем и подраться. А сейчас, извини, мне пора. Отправлю за девочкой кого-нибудь из стадиентов, дети лучше смогут договориться между собой. Мне же надо присутствовать на Совете и начинать торговаться за твою свободу.

Евгений поцеловал сестру в лоб.

– Спасибо, что не оставляешь меня, Эрр, – тихо сказал он.

– Ты же мой единственный брат, – отозвалась та. Вынула из кармана конька, поставила его на вершину книжной пирамиды и сквозь каменную плиту вернулась в мастерскую.

В последний момент оглянулась.

– Не грусти, великолепный Евгений Радов! Мы еще станцуем наш коронный вальс на Празднике пилигримовых яблок.

Евгений посмотрел сестре вслед.

– Хватит прятаться, выходи, – бросил он куда-то в сторону. – Давно ты здесь?

От стены отделилась высокая тонкая фигура в темной накидке.

– Она «не собирается сплетничать о твоей полоумной супруге», – прошипела Кларисса. – С этого момента я здесь! Ты что, своей сестре не мог рот заткнуть, Евгений? Я ее убью однажды. Скормлю пустынным драконоидам, они вечно жрут всякую пакость. О Вечность, Евгений! У тебя точно одна сестра лишняя, и мне плевать, что она у тебя всего одна. Если ее послушать, я сплю и вижу, как убить этого ребенка. О нет, дорогой, я не в восторге от того, что мне придется воспитывать твою незаконную дочь. Но Эррен ее не получит. Прямо или косвенно, с помощью девчонки мы обретем бессмертие, и у нас будет запас времени, чтобы найти Волчью карту, дождаться рождения новых волчат… И править этим витком мира.

– Тихо, дорогая, – Евгений притянул к себе жену, поцеловал в макушку, – я не мог не подыграть сестре. Мне все еще нужна ее помощь.

Кларисса на секунду замерла в его объятиях, но затем нехотя отстранилась. Она была высока ростом и тонка, как плеть. Белокожая, с иссиня-черными волосами и редкого сиреневого оттенка глазами, – просто изумительная красавица. Впечатление портил только ее высокий, пронзительный голос, неожиданно срывающийся на хрип. К сожалению, она этого не осознавала, поэтому к молчанию была не склонна.

– В замке тебя ждут ванна, ужин и вино. Мой ученик весьма преуспел в строительстве глубинных коридоров внутри Трилунья, скоро сможет соединять нас с Однолунной Землей, – продолжила Кларисса. – К сожалению, ему приходится делить свое время между моей школой и Академией твоей невыносимой сестры.

Она поправила складку накидки, словно невзначай демонстрируя супругу воздушный наряд из лилового шелка. От Евгения этот жест не укрылся, но он решил не реагировать. Кларисса в таких случаях очень забавно злилась.