Ли Брэкетт - Сага о Скэйте

— Они всегда бегут перед песчаными смерчами, — говорил Элдерик, — но никогда не бегут им навстречу. Мы можем вести их, куда захотим. Ветер послужит нам хлыстом…

До сих пор они так и делали. Как только Бегуны пробовали повернуть обратно и рассыпаться, перед ними возникал песчаный занавес, и они снова поворачивались, чтобы оказаться спиной к нему.

Элдерик подъехал к Старку и сказал:

— Взгляни-ка на них, они чуют мясо.

Действительно, Бегуны пустились бежать быстрее, забыв о собаках. Некоторые старые самцы испускали дикие крики.

— А если они кинутся на наших? — спросил Старк.

— Не беспокойся, — ответил Элдерик. — Готовься со своими собаками и отойди с нашей дороги.

Два тарфа возвращались бегом, вздымая облако пыли.

— За ближайшим холмом, господин, мы видели, как шевелится огромное оранжевое пятно.

— Я погляжу сам, — сказал Элдерик.

Один из тарфов подхватил его поводья. Он вытянулся со скрипом и тяжело поднялся в воздух. Не очень высоко, но достаточно, чтобы видеть дальше, чем с земли. Он пролетел короткое расстояние и поспешно вернулся.

— Пора! — сказал он Старку. — Армия Илдана недалеко от тебя, через два холма.

За дюнами раздались хриплые, низкие звуки военных рогов. Фалларины выстроились широким полумесяцем, острия которого охватывали Бегунов. Старк отъехал в сторону. Он видел, как фалларины развернули крылья, и услышал, как они запели страшную песню грозы. Крылья размеренно хлопали в такт песне.

Собаки рычали.

Внутри полумесяца с ревом возник ветер и поднял песок, ослепляющий людей. Стая Бегунов заторопилась, узкие тела вытянулись вперед, ноги их передвигались с немыслимой скоростью.

Песок скрыл их. Ветер и песчаные тучи бесновались. Старк пришпорил животное. Собаки бежали с двух сторон рядом. Он перевалил первую дюну и нырнул в долину позади нее. Он услышал грохот, звуки военных рогов, взрывы криков и рычания, покрываемые ревом ветра. Поднявшись на вершину второго холма, он увидел, что происходит внизу.

Илдан собрал свои силы на плоском и широком месте. Очары атаковали вершину холма между двумя флангами, чтобы окружить меньшего по численности врага.

Песчаная буря фалларинов с несколькими сотнями Бегунов впереди хлынула на левое крыло очаров, когда оно было на полпути к цели. Оранжевая масса рассыпалась в прибое песка и бегущих тел. В этом смерче раздались ужасные крики. Бегуны рвали, пожирали, умирали.

Выли военные рога, рычали люди. Давление очаров ослабло. Но оранжевая линия пыталась объединиться снова. Правое крыло и центр в едином порыве спускались по холму. С двух сторон дождем сыпались стрелы. Люди Илдана стреляли не столько с большой точностью, сколько с диким энтузиазмом. Пурпурные и коричневые плащи подверглись такому приступу, что попятились, в то время как красные плащи Клефа пришпоривали своих животных, чтобы вклиниться между центром очаров и его полностью деморализованным левым крылом.

Сражались хорошо, однако Старк трепетал каждый раз, когда видел плотную оранжевую стену, все время встающую перед ними.

Он поскакал к месту сражения.

Песок больше не летел. Слипшаяся масса людей и животных, где были и мертвые, и умирающие, слабо шевелилась. Внезапно в тылу очаров захрустел песок — поднялся смерч. Оранжевые плащи посыпались, как сухие листья. Фалларины вновь взялись за дело. Ряды очаров дрогнули.

Подняв копье, Старк вступил в сражение. Рычащие собаки окружили его. Он был без капюшона, так что его узнали сразу. Красные плащи выкрикивали его имя. Собаки пробивали ему проход в оранжевой стене к тому месту, где над схваткой, напротив центра Илдана, развевался штандарт Ромека.

В обоих лагерях многие сражались теперь пешими. Песок был усеян плащами и пыльными телами убитых и раненых. Над ревом сражения слышался рев крутящихся ветров, они танцевали свой демонический балет, срывая одежду с людей, колотя их, ослепляя, играя с ними, как с хлебными колосьями, приводя в ужас.

Очары дрогнули, атакованные со всех сторон. Они начали отступать, их изводили ветры. Люди Малых Очагов яростно бросались на отступающие оранжевые плащи.

Штандарт Ромека развевался по-прежнему. Ромека окружали люди его клана. Их было не меньше сотни, и у них еще не было потерь. Ромек увидел Старка во главе пурпурных. Подняв штандарт, он выкрикнул приказ, и его люди напали на центр Илдана, а сам Ромек стал пробиваться прямо к Старку.

Отдохните, — сказал Старк собакам. — Следите за своей безопасностью.

И он бросился на Хранителя Очагов очаров.

В первом столкновении копья сломались о маленькие круглые щиты, и они оба оказались выбитыми из седла. Вытащив клинки, они стали сражаться пешими, окруженные пурпурными и оранжевыми плащами, а над ними раздавалось страшное рычание ветра. Ромек представлял из себя комок холодной злобы: он презирал смерть, но при условии, что захватит с собой и Старка.

Убить? — спросил Джерд, царапая землю, — Убить, Н’Чака?

Нет, он мой.

Постепенно Старк понял, что бьется с Ромеком в полной тишине: слышались только звяканье клинков и тяжелое дыхание бойцов. Их окружили пурпурные плащи.

Ромек, словно сделанный из стали и дубленой кожи, неутомимо крутил саблей, но в конце концов и его рука устала. Старк двигался как призрак. Свет Старого солнца отражался в его бледных глазах. В них читалось такое устрашающее терпение, каким могло быть терпение самого времени.

Мягкие сапоги Ромека погружались в истоптанный песок. Он сделал ложный выпад. Старк отскочил. Ромек снова напал, но Старк резко повернулся, как поворачивается кошка в прыжке. Клинок Ромека просвистел рядом с ним. Рука Старка опустилась, и его оружие прошло между плечом и подбородком Ромека рубящим ударом.

Джерд понюхал отрубленную голову и лизнул руку Старка.

Илдан в разорванном и окровавленном плаще потрясал своей шпагой.

— Где очары? Где гордость Пришедших Первыми?

Поднялись дикие крики. Люди охотно понесли бы Старка на руках, но что-то останавливало их — и не только присутствие собак.

Старк погрузил свой клинок в песок, чтобы очистить его. Сражение было закончено, происходили лишь последние мелкие стычки. Смерчи плясали на дюнах и хлестали оставшихся в живых очаров, пытавшихся убежать.

— Где мои спутники? — спросил Старк Илдана.

— Там, за холмом, мы их оставили с нашими вьючными животными и под сильной охраной.

— А ты, случайно, не видел… не было ли с Ромеком чужака?

— Бендсмена? Нет, не видел.