Препод от бога - Сергей Александрович Плотников

во время совместных снов чем-то еще занимаемся, что она наяву делать не может, не только любовью.

— А с Рагной, наверное, все еще постельный период? — проницательно спросила Леу. — Раз вы только раз в месяц с ней…

— У нее самой спроси, — твердо сказал я.

— Она смущается и молчит! То есть вроде как этак иронично улыбается и молчит, но я-то знаю, что смущается!

— Ну тогда тем более я не буду рассказывать. За кого ты меня принимаешь?

В общем, так мы и устроились. Лиихна вскоре вернулась из конюшни, отрапортовала, что с лошадьми все хорошо, а с Ночкой как всегда. Потом они начали распаковывать вещи по своим комнатам. Минимум мебели в спальнях имелся: кровати, комоды… Но не более того! Драконица и орчанка начали увлеченно обсуждать, где лучше купить остальное: пробежаться по рынку, поглядеть, не продают ли что готовое, или, может, лучше сразу у плотника заказать? Или, кто знает, вдруг преподу из запасников что-то выдадут?

Леу даже сказала:

— А может, Андрей нам что-нибудь смастерит?

— Ну, если найдем, где купить доски, гвозди, пилу, молоток, лак для дерева… — начал перечислять я.

— Ты ж некромант… — начала Леу — и тут же, осекшись, звонко расхохоталась.

Лиихна тоже хмыкнула, но куда более сдержанно.

— Спасибо за веру в меня! — я прижал руку к сердцу и поклонился девушкам.

— Блин, серьезно! — и моя жена действительно посерьезнела. — Как же ты будешь преподавать⁈

— Математика и этикет меня не пугают, — отмахнулся я. — Классное руководство — тоже. По сути самое сложное — основы некромантии. Подготовлю лекции заранее и попрошу Рагну во сне проверить. Мне же все равно читать литературу по ее списку. Вот и буду готовиться.

— Мне нравится твоя уверенность! — воскликнула Леу, действительно с восхищением. — Уж на что я думала, что я авантюристка!

— Просто с тобой мне ничего не страшно! — Я привлек ее к себе.

На самом деле мне действительно было безумно страшно! Я лет тридцать уже не входил в классную комнату с намерением провести урок. Когда-то у меня это очень неплохо получалось, но как-то будет теперь? Удастся ли удержать внимание малышни? Не расколют ли меня как самозванца? Впрочем, если расколют, моя совесть чиста — я пытался отказаться! А у меня даже диплом никто не спросил.

Но в данный момент все эти страхи отодвинулись на задний план, потому что на переднем остался только самый большой и главный страх, ледяной и неизбежный, как лавина, несущаяся на меня с горы.

Страх стать вдовцом в третий раз.

Парой часов назад я вкратце изложил заинтересованному Эйбрахту мою и Ночки историю.

— Удивительно! — воскликнул мастер-артефактор, снова поправляя пенсне. — Жертвенный голем, с которым получилось заключить брак именем богини Любви? Вы ничего не путаете, молодой человек?.. То есть, прошу прощения, мессир Вяз.

— Зовите как хотите, — махнул я рукой. — Нет, не путаю. Это исключено. Она начала меня слушаться и… в общем, я ощущаю, что она моя жена. И сама богиня подтвердила.

— Ну, если сама богиня… — с сомнением произнес Эйбрахт. — Я, конечно, могу попробовать. Хотя мой опыт говорит, что даже после пятидесяти-шестидесяти лет в виде голема от человеческой души уже мало что остается! А вы говорите, двести лет…

— Точно неизвестно, но минимум столько, — кивнул я. — Паладин Света Мишель Аню всегда очень ответственно подходит к сбору материалов, я ему доверяю.

— Все же я бы на вашем месте перепроверил. Какая-то очень маловероятная история. Двести лет назад я не припомню сколько-нибудь стоящей заварушки, которая бы оправдала появление огромного голема в лесах герцогства Рилет! Там вообще относительная глухомань… Но допустим. Я о другом хочу вас предупредить, — тут его тон изменился, стал очень строгим. — Вы же понимаете, что, как только я освобожу душу женщины, которую вы считаете своей женой, она сразу же уйдет на перерождение?

Вот тут меня как обухом по голове ударили. Нет, я этого не понимал! Более того, я думал…

— А если в филактерий?.. — начал я.

— В филактерий нельзя переселить из другого филактерия, — приподнял брови артефактор. — Вы же некромант, сами должны знать. В данном случае тело голема как раз филактерием и выступает, это стык артефакторики и некромантии.

— Да, как-то не подумал… — пробормотал я, вспомнив задним числом, что Рагна тоже об этом говорила.

— Душа уйдет на перерождение, — повторил артефактор. — Возможно, появится призрак, и у вас будет несколько мгновений на то, чтобы попрощаться. Возможно, нет. Даже скорее нет, если жертвенный ритуал был проведен давно и душа успела забыть свой прижизненный облик. Голем после этого станет обычной грудой камня. И в следующий раз вы встретитесь с вашей женой только в конце времен, когда все души соберутся воедино. Вас устраивает такой вариант?

Глава 6

Начало работы

На первом курсе факультета Нежизни оказалось двенадцать ребят. Самому старшему из них исполнилось четырнадцать, самой младшей была моя старая знакомая Аня Монт, в которой я подозревал восьмилетку. Плюс все эти дети происходили из разных социальных слоев и имели разный уровень начальных знаний. Закачаешься.

Впрочем, на первой же планерке — а они тут тоже имелись, назывались «совещанием факультета», и отличались от привычных мне только тем, что проходили не в учительской и не в кабинете завуча, а в отдельном «зале для совещаний» с роскошными люстрами, высокими стрельчатыми окнами и обтянутой сукном мебелью — мне обозначили мою программу-максимум, и она была на удивление скромной.

— Значит, смотрите, чего мы от вас ждем, — сказал мне заместитель декана: сухой, немного сутулый тип с очень загорелым и каким-то слегка изможденным лицом, будто он все время на лечебном голодании. Таким тощим мужикам положено природой быть высокими, как каланчи, но он отличался скромным ростом — больше чем на голову меня ниже! Звали его мессир Антонио Вилья. — Мы ждем, что естественная убыль учеников к концу первого года обучения не превысит одного-двух студентов. Для этого вам не возбраняется посещать их сны, проверяя их психологическое состояние, а в случае необходимости даже перехватывать контроль над нервной системой. Но все такие случаи просьба протоколировать, чтобы мы потом могли аргументированно отвечать опекунам детей или им самим по достижению возраста совершеннолетия, в случае отсутствия таковых