Скверные Земли - Стейси Мэри Браун

Ознакомительный фрагмент

простое движение вызвало желание снова лечь в постель. Заманчиво, но мне нужно было поговорить с Андрисом. Нам так много необходимо обсудить.

– Ты в порядке? – Маленькая ручка Опи погладила мою.

Вздрогнув, я кивнула, стараясь дышать сквозь боль. Во сне мне не было покоя. Крики и смерть преследовали меня, разрывая душу на куски. Я ни на мгновение не могла забыть о том, что произошло прошлой ночью. Слишком много погибших. Смерть Киллиана душила меня. Слезы подступили к глазам. Это казалось невозможным. Только не он…

Но смерть забрала не только души, одна из моих потерь не давала мне дышать. Ранило слишком глубоко. Он. Его уход казался хуже смерти. Я запрятала эти мысли в коробку, которую заперла.

Изолировала.

– Есть запах или его нет, ты все равно наша семья, рыбка. У тебя всегда есть мы.

В горле встал ком, я смотрела в искренние глаза Опи.

– Да, Битз? – Опи взглянул на беса, кивнув головой на меня.

Битзи закатила свои огромные глаза, сжав губы.

– Да-а-а? – с напряжением повторил вопрос Опи.

Писк. Видимо, соскучившись, она показала мне средние пальцы, я улыбнулась в ответ.

– Спасибо, – прохрипела я.

– Предупреждаю, еда здесь плохая и скудная. Здесь даже нет печенья к чаю или пакетиков с сахаром. Что это за заведение, где нет печенья к чаю? – Опи вскинул руки. – Будто мы снова в тюрьме.

– Я посмотрю, что можно с этим сделать.

Фыркнув, я поднялась. Голова закружилась, и я покачнулась. Мне пришлось облокотиться на стену.

– Думаю, тебе тоже не помешает печенье, рыбка, – добавил Опи.

Я была обезвожена и голодна, хотя мысль о том, чтобы поесть, вызывала тошноту. Даже принять душ казалось чересчур. Тело болело, сердце обливалось кровью, душа кричала.

Глубоко вдохнув, я сосредоточилась и, прихрамывая, поплелась к двери. Остановившись на секунду, я оглянулась на своих друзей, с моих губ сорвался вопрос еще до того, как я успела подумать.

– Он исчез? Мой запах?

Опи наклонил голову, в глазах его стояла печаль, он прекрасно понял, о чем я спрашивала. Опи тяжело вздохнул.

Я скрипнула зубами, жгучие слезы выступили на глазах. Я не ценила свой дар, пока он не пропал, и теперь я ощущала пустоту в душе.

– Навсегда?

– Не знаю, рыбка.

Я знала ответ, но все равно чувствовала отчаяние. Я страстно желала, чтобы кто-нибудь сказал мне, что все будет хорошо. Что я вновь стану целой. Не в состоянии произнести и слова, я кивнула и вышла за дверь, желая сбежать. Мне необходимо было что-то – кто-то, – поэтому все возвращалось на круги своя.

«Долг превыше всего, Брекс».

Это единственное спасение от боли. Сосредоточиться на задании, делать что-нибудь, сражаться. Потому что то, что находилось снаружи, было важнее меня.

Баланс между жизнью и смертью.

Жители привели в порядок большую часть базы и относительно упокоились. Бойцы относили лекарства в лазарет, там лежало много раненых. Целители работали почти в темноте, кроватей было мало, так же как и припасов. Небольшие группы сидели в столовой, где стояли несколько столов, стулья и один раскладной столик с едой и напитками.

База еще не была готова к заселению. Не успели подключить воду, электричество работало не везде. Все, кто был дееспособен, старались привести это место в рабочее состояние.

Компьютерный зал – важный пункт по соображениям безопасности. Именно там я нашла своего дядю и Лин, пытающихся наладить работу станции.

Они так и не переоделись – не было возможности привести себя в порядок, – сомневаюсь, что они даже ложились спать. Я понятия не имела, который час.

– Брексли. – Взгляд Андриса смягчился при виде меня, в его глазах мелькнула тревога. – Ты ранена.

Я взглянула на раны, украшающие мое тело, из которых все еще сочилась кровь, казалось, они насмехались над всем тем, что я потеряла. И тем, что уничтожила себя.

– Все хорошо.

У меня перехватило дыхание. Какой же слепой я была раньше. Слишком уверенная в своих навыках и возможностях регенерации тела. Считала себя неприкасаемой.

Падать с пьедестала оказалось больно и тяжело.

Андрис шагнул ко мне и коснулся рукой моей щеки, его густые брови сошлись на переносице.

– Что?

– Не знаю. Что-то поменялось.

Моя грудь вздымалась, я открыла рот. Я не могла произнести это вслух, страх лишил меня голоса.

– Не смог уснуть, а когда задремал… – В замешательстве Андрис прервал свою речь. – Видел тебя. Твои глаза… и я резко проснулся.

Его подсознание все знало и пыталось ему все рассказать о том, что он, вероятно, считал невозможным даже для меня.

Я спасла ему жизнь.

– Нам нужно поговорить.

Я сглотнула.

Андрис кивнул и, убрав от меня руку, повернулся к Лин.

– Милая, все хорошо? Я хочу поговорить с Брексли.

Лин перевела на нас настороженный и проницательный взгляд. Казалось, она видит меня насквозь с того дня, как мы встретились с ней в Халалхазе. То, что она тогда сказала мне, было правдой.

«Опасность и насилие преследуют тебя. Все это витает вокруг тебя. И ты приветствуешь это».

Ее взгляд смягчился, и она коротко кивнула, прежде чем вернуться к своему рабочему месту.

Андрис отвел меня в свой небольшой офис. Здесь стояли лишь два стула и письменный стол.

– Садись.

Он указал на один из стульев, устраиваясь за столом. Андрис откинулся на спинку и потер лицо. Он выглядел измученным. Его глаза налились кровью, под ними появились темные круги, но на коже не было ни царапины.

Ни одной.

На мужчину упала бетонная плита.

Я смотрела на него с благоговением и думала, что вчера совершила правильный поступок. Если бы я этого не сделала, то не смотрела бы сейчас на него. Оплакивала бы его смерть. Человек, которого я всю жизнь считала своим дядей, последний из моей семьи, сидел напротив меня. Живой.

Я изо всех сил уцепилась за эту мысль, позволив себе почувствовать радость. Слеза скатилась по моей щеке.

– Drágám[7]. – Он взял мою ладонь в свою руку. – Все хорошо?

– Ты все еще у меня есть. – Еще одна слеза покатилась по щеке. – Не знаю, что делала бы, если бы потеряла тебя.

– Я жив. И здесь. – Он сжал мои пальцы, пытаясь успокоить. Из меня вырвался тихий крик. – Я в порядке, drágám. На удивление, чувствую себя великолепно, правда, немного устал. Мэддокс и Уэсли продолжают убеждать меня в том, что видели меня мертвым, но я считаю, что мое время просто еще не пришло. У меня есть незаконченные дела.

– Из-за меня твое время еще не пришло. – Я высвободила руку, вытерев щеки и нос. – Я не