Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Корчевский Юрий Григорьевич

Политотделы дивизий и армий спохватились. Были проведены беседы с военнослужащими, в которых разъяснялось, что советские войска пришли в Германию не для того, чтобы под корень вывести немецкий народ, а уничтожить фашизм как зло. Вовсю развернулись органы СМЕРШа. Насильников и мародеров отлавливали и отдавали под трибунал. А после нескольких случаев расстрелов на глазах у рот и батальонов число бесчинств значительно уменьшилось, хотя полностью ликвидировать их не удалось. Руки у СМЕРШа доходили только до расследования вопиющих фактов.

Например, двое бойцов, ворвавшись в немецкий дом, изнасиловали мать и дочь-подростка, а потом, расстреляв их обеих и старика-отца за компанию, забрали ценные вещи, а дом подожгли, чтобы скрыть следы преступления. Солдат нашли, трибуналом приговорили к расстрелу и привели приговор в исполнение перед строем роты.

Сил СМЕРШа не хватало. По ночам в занятых Советской Армией городах немцы стреляли в советских военнослужащих, бросали гранаты в окна домов, где квартировали солдаты. Действовали как фанатики-одиночки, так и группы разбитых немецких частей, попавших в окружение, и немецкие диверсанты из числа мирных жителей, обученных и объединенных подпольной организацией «Вервольф» – оборотни. Вот и занимались оперативники СМЕРШа поиском диверсантов-одиночек и советских солдат, совершивших преступления.

Немного выручало то, что Сергей все-таки забрал к себе, в СМЕРШ, рядового Самойлова. Парень был сообразительный, наблюдательный, и иногда видел то, мимо чего другие проходили. И стрелял навскидку не хуже снайпера – качество на фронте просто незаменимое на десяток других достоинств. Числился он не в СМЕРШе, а за воинской частью, потому как спецподготовки не имел, как и офицерского звания. Вот и мотались с ним по городкам и деревням на мотоцикле с коляской. За рулем Сергей, в коляске – Самойлов, поскольку водить не умел. И едва они успевали вернуться с одного задания, как звонил телефон, и они мчались на новое.

Так и сегодня. По телефону сообщили, что в городишке Витц кто-то выстрелил из фаустпатрона по грузовику с обмундированием.

Они выехали на место. Трясущийся от контузии, уцелевший водитель, заикаясь, рассказал, что ехал по улице, как вдруг раздался хлопок, и следом – взрыв. Откуда стреляли, он не заметил.

Для начала Сергей с Самойловым осмотрели сгоревший грузовик. Попадание было в левый борт, и это сужало поиски. Они проверили здания напротив грузовика, потом стали осматривать дома немного дальше против хода машины. Ведь грузовик какое-то время после взрыва шел по инерции.

У окна одного из подвалов нашли пусковую трубу от фаустпатрона.

Зайдя с другой стороны дома, в подъезд, они спустились в подвал. Там было темновато, пыльно, и на пыли видны све-

жие следы. Что самое интересное – следы были маленькие, судя по отпечаткам – размер 37–38.

Странно. У солдата или фольксштурмовца обувь должна быть 40–42-го даже 43-го размера. Что за недомерок тут был? Не подросток ли?

Они пошли по квартирам. Стучали в двери, где открывали – осматривали. Там, где не отпирали, просто выбивали двери ногами и прикладами.

За одной такой дверью они обнаружили в ванной комнате спрятавшегося подростка лет четырнадцати – худого, со злобно посверкивавшими глазенками.

Сергей сразу кинулся в прихожую – обувь осматривать. А ботиночки-то – вот они: и размер подходит, и рисунок подошв тот же, и сами подошвы пыльные. Похоже – вот он, стрелок из фаустпатрона. Только где его родители?

– Где… мутер? – едва подобрал немецкое слово Сергей.

– Найн.

Нет – это и без перевода понятно. Вышла куда-нибудь? А вернется когда? Или забрать отсюда этого недоумка в СМЕРШ, и пусть трибунал разбирается?

– Самойлов, обыщи квартиру.

– Что искать?

– Оружие. А ты что хотел найти? Колбасу копченую?

– Я бы не отказался.

Из-под кровати в дальней комнате вытащили еще один фаустпатрон и карабин «маузер» без патронов. Оружие, скорее всего, парень нашел на улице. При отступлении немецких войск подобного смертоносного железа хватало.

– Собирайся!

Парень не понял.

– Ауф штейн! Ком!

Понятнее Сергей выразиться не мог – не хватало словарного запаса. Однако на этот раз парень понял. Он подошел в прихожей к вешалке, накинул курточку, натянул туфли. И вдруг выхватил из кармана маленький, гражданского образца пистолетик «маузер». Хлопнул выстрел, а через мгновение прозвучала автоматная очередь. Это Самойлов стрелял в парня.

Скошенный очередью в упор подросток упал. Он сам выбрал свою судьбу, видно, ведомство Геббельса слишком сильно вбило в его голову нацистские идеи. Не зря же на доме белой краской было выведено: «Победа или Сибирь!»

У Самойлова на рукаве появилось и стало расплываться кровавое пятно.

– Виктор, ты ранен?

– Зацепил, гаденыш!

Сергей завернул рукав гимнастерки Самойлова. Пуля прошла через мышцы предплечья левой руки. Они перебинтовали руку индивидуальным пакетом.

Вообще-то Сергей допустил ошибку и теперь корил себя за беспечность. Обманулся он возрастом подростка, не ожидал от него такой прыти. А надо было проверить его одежду, самого обыскать. Ведь будь на месте подростка взрослый, он не допустил бы промашки. А если бы у него был пистолет военного образца – вроде «Вальтера Р-38» или «парабеллума», ранение могло быть не таким легким.

Забрав из квартиры оружие, они погрузили его в мотоцикл. За их действиями с испугом смотрели из окон жильцы дома. Как же, сейчас начнут говорить, что эти страшные русские убивают детей.

Сергей вернулся к дому.

– Кто говорит по-русски? – крикнул он во дворе.

Из подъезда вышел старик.

– Я, герр офицер.

– Объясни жителям, за что был расстрелян гражданин из семнадцатой квартиры. Он уничтожил грузовик на улице, стрелял в моего солдата. В квартире найдено оружие. Переведи всем. Пусть знают, что хранить оружие дома нельзя, по советским законам за это следует строгое наказание.

– Слушаюсь, герр офицер.

– Откуда ты знаешь русский?

– В пятнадцатом году я попал в русский плен и провел там три года.

– Понятно. А где его родители?

– Отец на Восточном фронте погиб, мать погибла при бомбежке.

– Похороните его.

Сергей ехал в отдел и размышлял. Ну зачем этот подросток за фаустпатрон взялся? Ему бы жить да жить. Ведь немцам уже понятно, что война проиграна и сопротивление только увеличит количество жертв и разрушений. Не все же они фанатики, как в войсках СС? Или как члены НСДАП?

По ночам города патрулировали наши солдаты, пытаясь пресечь мародерство и грабежи.

А по приезде в отдел оперативников собрал начальник СМЕРШа дивизии.

Получен приказ – выделить оперсостав для специальной операции. Командовать спецгруппой от фронта будет замнач ОКР СМЕРШа полковник Глина. Завтра с утра, к десяти ноль-ноль, приказываю прибыть к нему следующим офицерам…

И начальник зачитал список. В него попал и Сергей. Дело было важным, приказ он обязан выполнить и утром в числе других офицеров он прибыл в ОКР СМЕРШа. Там были оперативники из других дивизий.

Народу собралось много, человек тридцать. Совещание проводили в небольшом школьном зале. Предстоящая операция была серьезной, но удивила всех. Еще шла война, только что пал Будапешт, части 1-го Украинского фронта, где служил Колесников, под командованием И. С. Конева взяли с боем Гронберг, Зоммерфельд и Зорау. То есть до взятия Берлина было еще далеко, насколько помнил Сергей – еще два месяца. А членам спецгруппы раздали карты Берлина.

– Ваша задача – изучить на карте городские районы Бух и Каров. После падения города войти в него сразу за передовыми частями. Каждому из вас будет определен участок, закреплено отделение солдат и грузовик. Необходимо в кратчайшие сроки обследовать государственные учреждения Германии, попадающие в сектор вашей ответственности, и вывезти документацию. При необходимости, если объем ее будет велик, не позволить уничтожить и обеспечить охраной. Кроме того, вам будут приданы товарищи из числа немцев-антифашистов, которые проживали в городе. Они будут работать как опознаватели. В городе останется много партийных функционеров, переодетых офицеров. И потому ваша вторая задача – выявить их и задержать. Более подробную информацию – каждый по своему сектору – получите позже. Разойдись!