Джон Байлс - Дети Древнего Бога

— Но смогут ли они пережить это, или сломаются? — спросила Баст.

— Я не знаю, — сказал Нат-Хортат, — Сила Внешних Богов также сильна внутри нее. Теперь я понимаю пророчество гораздо лучше, я вижу, как одни и те же дети могут быть семенем, из которого может расцвести как спасение, так и проклятие. Но пока, все, что мы можем сделать, следить и ждать.

— Они в небе, направляются на юг, — сказала слепая женщина, — Все теперь в их руках.

Есть гораздо худшие способы путешествовать, чем висеть в сильных объятиях безликого гуманоида, с крыльями летучей мыши и хвостом, оканчивающимся жалом, но Аска и Тодзи не испытывали ничего подобного. Пространство было холодным, и «ветер», ощущаемый ими из-за высокой скорости движения, делал его еще холоднее. Ночные призраки молча преодолевали милю за милей, час за часом, предоставляя возможность Аске и Тодзи общаться только друг с другом.

Они закончили очередную ссору несколько часов, может даже дней, назад, и теперь летели в тишине, в свете звезд, погруженные в свои собственные мысли. Звезды казались Тодзи неправильными. Некоторые из них были на своем месте, но другие двигались так, как он не видел никогда прежде.

«Жаль в полете не показывают кино», — подумал он.

Внезапно зазвучала музыка. Возможно, она играла всегда, но он не обращал на нее внимания до этого времени. Она была плавная, но в то же время ритмичная, как барабанный бой или шум дождя на металлической крыше, как ритм вселенной. Было что-то успокаивающее в его регулярности. Вскоре, присоединились духовые и струнные инструменты.

— Ты слышишь это? — прошептала Аска.

— Да, — ответил он тихо.

— Эта мелодия, — сказала она.

— Что мелодия?

— Не знаю. Синдзи и я играли ее во время поездки в Америку, но мы не могли вспомнить, где слышали ее раньше. Она звучит здесь более сложно… но это та же самая мелодия.

Звук начал угасать и диссонировать, и ночные призраки заложили вираж налево. Постепенно, диссонанс исчез из мелодии, и она вновь зазвучала нормально. Тодзи начал:

— Как ты думаешь…?

— Возможно, это что-то вроде радара наведения для призраков, — сказала Аска неуверенно, — Но это не объясняет, как мы можем слышать эти звуки.

Далеко справа от них, появилась какая-то точка. Она постепенно увеличивалась, по мере того, как они приближались к ней, и наконец превратилась в странное искривленное создание, похожее на ящерицу, скрючившуюся в неудачной попытке достать собственный хвост своими короткими руками. Глаза на гладком лбу казались черными пустотами, отражающие свет звезд. Существо светилось желто-зеленым фосфоресцирующим светом, и было почти тысячу футов длиной, с рудиментарными крыльями и вторым небольшим хвостом, торчащим из середины спины.

Миновав это существо, Аска и Тодзи услышали слабый диссонанс, с провалом ударных и плохо настроенной скрипкой. Аска передернулась, и призраки свернул еще левее, пока диссонанс не прекратился вовсе. Существо продолжало дрейфовать, словно плыло погруженное в поток, пока не пропало из виду.

— Что за…? — наконец сказал Тодзи.

— Парень, люди из проекта SETI влюбились бы в это, — сказала Аска.

Время шло, и все больше искривленных и исковерканных существ дрейфовали мимо. Каждый раз, они слышали изменения в звучании музыки.

— Обалдеть, такое чувство, что я попал в какой-то парк аттракционов — Уроды Матери-Природы, или что-то в этом духе, — через некоторое время произнес Тодзи.

— Они, вероятно, посчитали бы нас за уродов, — сказала Аска.

— Ну, в твоем случае они были бы правы, но…

— Поцелуй меня в задницу, оруженосец, — ответила Аска.

— Поцелуй МЕНЯ в задницу, любительница сарделек, ха!

И все начиналось заново.

Альдебаран наконец показался в поле зрения. Огромная сине-белая звезда оставалась слева от них, в то время, как ночные призраки заложили вираж вправо, направляясь к четвертому из восьми кусков камня, что вращались вокруг нее. Темно-серые облака скрывали большую часть поверхности планеты, но вдоль экватора и на полюсах в просветах облаков виднелись обширные участки коричневой земли, образующей три континента. Самый большой, насколько они могли видеть, напоминал по форме полумесяц, с длинной горной грядой, тянущейся с востока на запад, как спинной хребет. Огромное черное озеро находилось вблизи линии гор, которые огибали его с севера и юга, подобно векам человеческого глаза.

В нескольких милях к западу от озера был единственный, неправильной округлой формы, участок зеленого цвета. Темно-зеленые леса на северной стороне простирались до южного края гор. На восточном берегу озера находился гигантский город, хорошо видимый даже с такой высоты.

Наступали сумерки, и по мере того, как призраки спускались, их тени ложились на землю, сливаясь с темнотой. И из тьмы, со стороны города, появилась стая Херувимов, встречая их. Ночные призраки спикировали вниз, чтобы прорваться сквозь них к зеленой области, но они не могли двигаться достаточно быстро, неся пассажиров.

— Ты знаешь, — сказал Тодзи, — Я только сейчас понял — у нас нет парашютов.

Аска выхватила пылающий меч.

— Хотите драться? ПОДХОДИТЕ И ПОЛУЧИТЕ!

Тодзи поднял щит и копье, лучшее, что он мог сделать. Он чувствовал себя еще более стесненным и зажатым, чем в течение последних часов или дней, пока их несли. Они чертовски долго были в космосе.

«Была бы такая магия, — подумал он, — чтобы пожелать пулемет вместо всего этого».

— Давайте, бесполезные ублюдки! Даже Синдзи мог бы убить вас, неудачники!

Два Херувима бросились на них. Один получил копьем в череп. Его голова лопнула, как воздушный шар, и он рухнул вниз. Другой вспыхнул и отвернул в сторону, с распоротой грудной клеткой. Аска и Тодзи перебили дюжину тварей, но к сожалению, они не могли защитить спины призраков, которые несли их. Они так и не узнали, то ли призраки просто ослабили захват, то ли погибли, но внезапно они почувствовали, что летят вниз.

— Эй, если я умру в реальном мире из-за того, что разбился здесь, я найду тебя в загробной жизни и РАЗДАВЛЮ В ЛЕПЕШКУ, Лэнгли! — Тодзи пытался заставить себя проснуться, но ничего не выходило. Он чувствовал головокружение и ему стоило больших усилий продолжать цепляться за щит и копье. Кувшин болтался на поясе.

— Хмм… Что если я встану на щит, который никогда не ломается? Может, он поглотит удар?

— Я думаю, ты окажешься размазан по его внутренней поверхности, — ответила Аска, — Но это убьет только ту часть тебя, что находится во сне. Смерть одного тела не влечет за собой гибель другого. Именно поэтому Куранес все еще жив в этом мире, хотя он давно умер в реальном мире.