Придворный Медик. Том 2 - Алексей Аржанов

Аристарх Иванович прошёл в кабинет руководителя охраны, отвечающего за безопасность во всём императорском дворе. Крепкий седовласый мужчина, чей правый глаз прикрывала повязка, приветственно кивнул Аристарху и указал взглядом единственного зрячего глаза на стул.

Ох, как же Аристарху хотелось взглянуть на то, что скрывается под этой повязкой… Шрам у графа Бондарева, конечно, не такой занимательный, как у Павла Булгакова, но Биркина всё равно разбирало любопытство. Уж больно он любил изучать чужие увечья.

— Информация по допросу Дубкова готова, Игорь Станиславович, — пролепетал Биркин, усаживаясь напротив руководителя охраны. — На этот раз рассказывать особо нечего. Сплошная скука!

— Правда? Поразительно, — хмыкнул Бондарев. — Совсем на вас не похоже. Не смогли вытащить из Дубкова всю информацию? Теряете хватку!

— Ошибаетесь, признание я из него вытянул. Просто оказалось оно донельзя скучным, — произнёс Биркин. — Эдуард Дмитриевич обижен на Григорьева. Стражник чем-то его оскорбил, а потому Дубков решил ему отомстить. Для этого он и нанял санитара Елисеева.

— Вы хотите сказать, что здесь не замешаны другие дворяне? — удивился Бондарев. — Странно… Очень странно. Я был уверен, что кто-то из дворца подкупил Дубкова. Вы уверены, что пленник сказал правду?

— Конечно. Когда я вас обманывал? — пожал плечами Биркин.

Всегда.

Аристарх часто пользовался доверием Бондарева и утаивал самые страшные тайны, чтобы сделать из них в дальнейшем информационное оружие.

Теперь Дубкова закроют в тюрьме, а Григорьев, скорее всего, покинет двор. Люди Шолохова уже заплатили ему огромную сумму за молчание. Хорошо, что Виктор Петрович не додумался сделать это с самого начала. Тогда бы Биркин не получил бы на Шолохова влияние! А теперь барон у него на крючке. Ведь Аристарх, в отличие от других жителей двора, прекрасно знает, что случилось на самом деле.

— Ладно, значит, с этим подонком Дубковым мы разобрались, — заключил Бондарев. — А что насчёт слуги Шолоховых? Мне сообщили, что он доставлен в вашу пыточную камеру.

— Ничего особенного. Всё как всегда. Этот паразит распространял нелестные слухи о нашем императоре. Завтра я выбью из него признание, — ответил Биркин.

На деле же слуга — это лишь игрушка, которую Аристарх выпросил взамен за помощь Шолохову. Хотя признание из него он всё равно достанет. По его опыту, даже невиновный человек быстро раскалывается, если знать, куда надавить.

— А про Павла Булгакова что вы можете мне рассказать? — неожиданно спросил Бондарев.

— А? — у Биркина аж глаз задёргался.

А при чём тут Булгаков? Нет… Зачем ему Булгаков⁈ Аристарх предпринял все меры, чтобы Павел Андреевич был в безопасности. Он не фигурировал ни в одном из протоколов. С чего это вдруг Бондарев им заинтересовался?

— Павел Андреевич привлёк внимание многих людей, в том числе и меня, — произнёс Бондарев. — Командир западного квадранта Коршунов нелестно о нём отзывается. Убийца, который недавно проник в покои Громовых, признался, что уже совершал покушение на семью Булгаковых. И самого Дубкова задержал именно Павел Андреевич. С тех пор, как он появился в императорской клинике, во дворе стало как никогда беспокойно. Полагаете, это простое совпадение?

Нет… Только не это. Если сам Бондарев начнёт копать под Булгакова, он точно что-нибудь да найдёт. Аристарх Иванович не мог с этим смириться. На Павла Андреевича у него свои планы. Нельзя, чтобы кто-то другой всё испортил!

— Игорь Станиславович, я бы на вашем месте словам Коршунова не верил. Он тот ещё параноик. Да, за Булгаковым явно кто-то ведёт охоту, но сам он вряд ли причастен к плетущимся во дворе заговорам, — произнёс Биркин.

— Надо же… Теперь мне вдвойне интересно. Впервые слышу, чтобы вы кого-то защищали, господин Биркин. Это на вас очень непохоже. Кроме того, вы сболтнули очень большую глупость. Обозвали Коршунова параноиком. А этому человеку я очень доверяю. Фактически в таком случае вы и меня параноиком назвали.

— Да нет же! — воскликнул Аристарх. — Простите, если я неправильно выразился, господин Бондарев. Я просто поделился своим мнением.

Ещё и извиняться вынудил! Аристарх злорадствовал над тем, в каком настроении вышли лекари, но теперь он и сам уже не рад общению с командиром. Аж за второй его глаз взяться захотелось!

— Благодарю за отчёт, господин Биркин. Вы можете быть свободны, — подытожил Игорь Станиславович.

— А… А что вы всё-таки решили насчёт Булгакова? — решил поинтересоваться Аристарх Иванович.

— А чего тут решать? Павла Андреевича я одарю пристальным вниманием. Свою награду за поимку Дубкова он получит, но в остальном этому человеку предстоит пройти большой путь, прежде чем я начну ему доверять. Скоро я его испытаю.

* * *

Мот потратил куда больше сил, чем я думал. В итоге он не проснулся даже после моего возвращения. И утром, когда я оставлял коту обещанную рыбу, он всё ещё спал. На всякий случай я перепроверил его состояние и убедился, что моему питомцу ничего не угрожает. Похоже, он переборщил с количеством превращений. Видимо, его организм работает точно так же, как организм любого мага. При излишнем усердии есть риск перегреть свои магические каналы.

Я оставил Мота и направился на последний рабочий день в роли помощника Гаврилова. Постарался всех недоведённых до конца пациентов записать на эту пятницу, чтобы решить все проблемы разом. Всё-таки с большей частью этих людей мне уже не удастся увидеться. Мне дадут новый набор пациентов. Лишь некоторые уже привыкшие ко мне будут проситься заглянуть ко мне на приём. А я, разумеется, отказывать не собираюсь.

— О! Евгений Кириллович! — зайдя в кабинет, воскликнул я. — Вы сегодня несказанно рано. В честь какого праздника?

— В честь того, что вы согласились на авантюру господина Преображенского! — нахмурился он. — Сижу ломаю голову, как нам организовать работу дневного стационара. Пока что даже представить себе не могу, что нам с вами теперь делать. Объём работы сумасшедший! Не знаю, как мы с этим справимся.

— Да успокойтесь вы, Евгений Кириллович, план у меня уже есть, — произнёс я.

— А чего же молчите⁈ Поделитесь им! Почему я один тут голову ломаю? — воскликнул Гаврилов.

Я уже начал привыкать к его вечной раздражённости. Он не столько агрессивный, сколько вечно напуганный. А страх часто приводит к агрессии.

Виной всему гормоны. Норадреналин и адреналин. Один вызывает чувство страха, а второй принуждает к действию. На деле всё работает ещё сложнее, но если