Возвращение демонического мастера. Книга 1 - Антон Романович Агафонов

востоке, и даже с помощью техники мы бы туда добирались больше дня. Поэтому я и не навещала вас раньше, а сейчас у меня появилась такая возможность.

Тут она не соврала, сестра стала чаще нас навещать. Ненадолго, буквально на полдня, но старается заглядывать.

— А далеко Руханское?

— С техникой часах в двух пути от Дайварда.

Сестра вдоволь напилась и протянула бурдюк мне. Отказываться не стал, как раз чувствовал легкую жажду.

— По правде сказать, мы туда и идем. Напрямую до Варандера мы будем добираться не одну неделю, но в Руханском отделении есть переходные врата, ведущие в штаб.

— У багрового возмездия есть собственные врата?

— Да, около десятка разбросаны по всей провинции.

— И нам разрешат ими воспользоваться? — заинтересовался я.

— Буду надеяться. Мой учитель на месяц покинул региональное отделение, а я не хочу показывать тебя кому-то другому, так что буду требовать открытия их в столицу.

— А, хочешь, чтобы именно вы “открыли гения”?

— Да, ты определенно слишком умен для пятилетки.

— Мне почти шесть, — напомнил я. — Без трех недель.

И сам чуть не рассмеялся, понимая, насколько нелепо это звучит. Это всё скверное влияние Хлои, которая постоянно сравнивает себя с другими детьми, основываясь на возрасте.

— Да-а-а-а, это определенно мно-о-о-о-огое меняет, — улыбнулась Мия, убирая бурдюк. — Ну что, ты готов? Продолжим путь.

Вздохнув, я вернулся к ней на спину. Не нравилось мне быть “рюкзаком”, но ничего не поделаешь. Сам я техниками шагов в нынешнем виде не владею, у меня даже ни одного узла силы не открыло, чтобы применять техники. Всё, что мне пока дает сосредоточие, это возможность усиления тела, полное или частичное, а также ускорение заживления ран. Пока не очень большое, но чем сильнее станет мое сосредоточие, чем больше меридиан я сумею создать в теле, тем сильнее будет эффект.

Мастер Мирион как-то хвастался, что если бы до того, как у него выжгли меридианы и сосредоточие, его ударил мечом простой человек, то он бы этого даже не заметил. Каким бы острым не было оружие, оно не пробьет кожу.

Сейчас мне до такого далеко.

Сестрица, пока я размышлял об этом взяла разгон, но не прошло и пары минут, как она резко затормозила, потому что на дорогу с криками выскочило несколько людей.

Что происходит?

Сестра быстро затормозила, а перепуганные люди бросились к ней. Лишь сейчас я заметил, что на них кровь.

— О, хвала лордам! Багровое возмездие тут! Пожалуйста, помогите! — кричала одна дородная женщина, заливаясь слезами.

— Помогите нам! Там… Там!..

Мия опустила меня на землю и попыталась успокоить взволнованных людей. Я тоже пытался понять, что они говорят, но чего-то кроме “там”, “мертвы”, “скорее” и “спасите” от них добиться было сложно. Но в конце-концов из кустов выскочил ещё один, худой жилистый старикашка, и вот он смог объяснить уже обстоятельно.

Полчаса назад на их небольшую деревню в полукилометре от дороги напали. Кто? Пока непонятно, но судя по куцым описаниям, группа кровавых сектантов.

— Я видел синего ворона над деревней.

— Люди альянса мясников? — удивилась Мия. — Откуда они тут, так близко от столицы?!

Но откуда крестьянам знать такое. Они лишь молили практика помочь, ведь в деревне осталось много женщин и детей.

— Нейт, извини. Тебе придется остаться с этими людьми.

Мия побледнела, но несмотря на страх старалась сохранять невозмутимый вид перед этими испуганными людьми. Она достала из пространственного кольца маленькую алую трубку, дернула за торчавшую снизу веревку, а через миг та хлопнула, и в небо устремился огненный шарик и, поднявшись высоко, расцвел множеством огней.

— Я позвала на помощь, сюда точно кто-нибудь должен явиться, а я… — теперь в её руке появился одноручный обоюдоострый меч. — Я должна отправиться туда.

— Брось! Ты же одна! — воскликнул я, понимая, насколько это опасный поступок. Среди сектантов точно будут практики, и в лучшем случае они будут с девушкой примерно на одном уровне.

— Не волнуйся, — улыбнулась сестра. — Они тоже видели сигнал и уже собираются бежать. Мое появление лишь сильнее их напугает, так что не волнуйся. Да и твоя сестрица сильная, разве я тебе не говорила?

“Ты говорила, что одна из худших в классе…” — подумал я.

— Присмотрите за моим младшим братом, пожалуйста, — поклонилась она, уперев кулак в ладонь.

— Да, конечно, конечно… — забормотал один из крестьян, хватая меня за плечо и пытаясь прижать к себе.

Бросив на меня короткий, немного обеспокоенный взгляд, сестрица кивнула и, развернувшись, скрылась в лесу. Я смотрел ей вслед и не сразу уловил разговоры, что шли между моими новыми “опекунами”.

— Да что она может в одиночку?

— А вдруг она великий мастер?

— Да откуда ученице быть великим мастером.

— Но она может спугнуть культистов.

— Да-да!

— Даже если умрет, то выиграет время пока не придут другие.

— Надо спрятаться и переж…

Услышав “даже если умрет”, я сбросил со своего плеча руку и отступил, сердито взглянув на сказавшего это. И меня возмутило не столько то, что он сказал, а как это было сказано. Небрежно, неважно. Он говорил о жизни моей сестры, спешащей спасать людей, рискуя столкнуться с более сильным противником, как о какой-то мелочи.

— Спрятаться и переждать? Трус! — прорычал я, смотря прямо ему в глаза. — Ты бросил своих близких и знакомых, спасая свою шкуру, и смеешь так уничижительно относиться к тому, кто храбрее тебя? Тому, кто идет на смерть ради незнакомых людей?!

— Мальчик, ты…

— Заткнись! Мне тошно смотреть на отбросов вроде вас. Бегите, прячьтесь и надейтесь, что рядом окажется тот, кто вас спасет. В следующий раз рядом может никого не оказаться.

Мужчина вновь хотел возразить, но тут же заткнулся, втянув голову в плечи, а позади полная женщина испуганно зашептала.

— Его глаза светятся… Светятся…

Плюнув им под ноги, я развернулся и последовал за Мией.

Необдуманный поступок с моей стороны. У меня только-только открылось сосредоточие, я не могу использовать ни одну из известных техник, так на что я рассчитываю, ввязываясь в этот безнадежный бой?

На то, что моя сестра останется в живых!

Я прошел через два столетия лет ада не для того, чтобы бросать своих родных на произвол судьбы. Или чем я буду лучше тех крестьян, что бросили всех и бежали прочь вместо того,