А Эльстер - Вниз и влево (СИ)

С модификацией эльзиного организма дело шло куда лучше, чем с чтением фолиантов. Постепенно восприятие ее так изменилось, что она действительно увидела весь мир явлений единообразно: все теперь выглядело для нее, как огромный механизм. Она почти утратила свое человеческое зрение, и его заменил «Третий глаз». Не замечая больше красоту мира, она научилась различать иное. Она могла теперь отслеживать, как взаимодействуют различные «искажения среды», порождаемые людьми и не только, — следы мыслей, энергетические отпечатки касаний, взаимосвязи привязанностей. Порой она цинично шутила, что полдела сделано: сиддхи, — то есть, магические способности Просветленных, они уже добыли, — и чем их наука после этого не сакральная? Дело за малым: добыть само Просветление. Тогда, может быть, отпадет необходимость ей глотать таблетки и зелья, чтобы поддерживать работу изуродованного тела.

Эльза и ее коллеги работали все время, что могли этому уделить. Когда Отто не был занят на службе, Вальтер — с пациентами, а сама она не была прикована к постели, они могли сутки напролет проводить в ее башне.

Надо сказать, что не только Эльза пользовалась плодами своей теории. Их ученая троица освоила огромную прикладную область, — и это касалось не только особых законов, порождаемых Контрактом, но и самой обыкновенной земной физики. Вальтер использовал их совместные открытия в медицине, а Отто с позволения Эльзы конструировал устройства военного назначения для нужд отряда. Эльза дала добро на это, но не вникала в подробности.

Как конструктор, Отто Штальберг опередил свое время лет на семьдесят — в том, что касалось «обычной» техники. Но порой из его рук выходила и другая: «особое оборудование», что задействовало эффекты эльзиного Контракта. Правда, тут приходилось считаться с кое-какими условиями.

Во-первых, работало оно только тогда, когда Эльза была подключена к своей установке, а защитное напряжение, что сдерживало демона, было снижено. Притом имело значение, насколько далеко от поместья Лейденбергер все это использовать. Во-вторых, полноценно управлять такими устройствами могли лишь те, на кого распространялось влияние Контракта.

Но эти возможности были нужны Отто, поэтому он попросил и его «усовершенствовать» хотя бы отчасти так же, как Эльзу. В конечном итоге, это означало, что и он был «подключен» к ее установке. На слишком тяжелые операции он пойти не мог, потому что был нужен в отряде. Правда, была и еще одна причина, о которой он молчал: Отто боялся боли после всего, что ему довелось пережить. Ему стоило немалых усилий пойти и на частичную «переделку». Он держался только за мысль, что это ради барона.

Когда Отто снял одежду перед первой операцией, повисла неловкая пауза. Все его тело было в жутких шрамах от ожогов и не только, на плечах были вырезаны звезды, со спины, похоже, кожу снимали полосами. В полной тишине Отто буркнул, что в детстве упал с лестницы, и вопросов не последовало…

Так прошло три года. Эльза провела их почти отшельницей, видясь только с коллегами, дедом и слугами.

Ах, да: Лотта Леманн почти год прожила в поместье, изводя ее своей навязчивостью и безнадежной математической тупостью. В итоге Эльза все-таки не выдержала, несмотря на ходатайство дедушки. Как-то раз «ненароком» она зашла вместе с Вальтером в соседнюю от лоттиной комнату и достаточно громко спросила, не в силах ли он вкрутить той в лобные доли мозга такую-то и такую железки, чтобы она освоила хотя бы дифференцирование, ибо Лотте это необходимо. Вальтер, в принципе, уже был согласен вкрутить в лобные доли что угодно любому, кто попросит. За чаем Эльза радостно сказала, что, кажется, нашла для Лотты способ достичь научного прорыва. Они допьют чай и приступят к делу. Только Лотта почему-то довольно быстро засобиралась, и вскоре покинула гостеприимное поместье Лейденбергер, пообещав заходить на чай.

ГЛАВА ШЕСТАЯ,

в которой Эльза находит, наконец, нужную книгу

Наступил 1927 год, и в этом году произошло знаменательное для Эльзы событие. Профессор Эванс-Венц перевел на английский язык «Бардо Тодол», Тибетскую Книгу Мертвых, — ту самую книгу, которую еще при первой встрече упоминал демон, когда объяснял, в чем заключается плата за Контракт.

Ее написали тибетские аскеты, что заглядывали за порог смерти. Книга и впрямь адресована была мертвым — вернее, тем, кто умер только что. Это был своеобразный «путеводитель» по загробному миру. Там говорилось, что Дух умершего сначала попадает в высшую область этого мира — Чокай Бардо, где может получить абсолютное Просветление; если он с этим не справится, то он опустится в область среднюю — Чониид Бардо, где тоже открываются возможности довольно высокого рождения в будущей жизни. Там повстречает он множество божественных пар — богов и богинь, и каждая из них на свой лад будет символизировать брак двух мировых начал, — Духа и Материи, Отца и Матери, Пуруша и Пракрити. Как Эльза уже знала, эти начала образуют в мире все, — в том числе и людей; поэтому человек должен, сохраняя спокойствие, приблизиться к богам, которых выберет, и они откроют ему Врата его новой жизни. Ну а если уж и тут он оплошает, то ему предстоит спускаться сквозь уровни Бардо все ниже и ниже, где ему будут открываться возможности все менее почтенных рождений, — в Сидпа Бардо, в миры Гневных Божеств и демонов. Увы, в следующем воплощении это будет посредственный, слабый и, прежде всего, трусливый человек. Трусливый — потому, что главный враг на путях Бардо — это страх.

Заполучив книгу, Эльза прямо-таки в нее впилась. Ведь это было так логично — поискать подсказку именно там! Для тибетского демона это книга описывала мироустройство, а сам демон входил в их с Эльзой закон Контракта.

Читая, она узнавала пейзажи нижних уровней Бардо, не по наслышке ей знакомые. Но главное было не это! Главное — она, наконец, поняла, где искать тот предел, к которому она стремилась.

«…Дух, покинув тело, первым делом может увидеть Блеск Предвечного Света Просветленной Яви, — читала Эльза, — Сознание, не заполненное отражениями внешних феноменов, зрит само себя, что и есть настоящая Реальность. Такое сознание само есть Вечный Свет — Будда Амитаба. Это встреча впрямую с последней истиной — Законом, Дхарма-Кайя. Если суметь распознать ее, то можно стать тем, что есть на самом деле. Тот, кому это удастся, познает тайну, морок Жизни и Смерти. А удастся это или нет — зависит от развития души. Если смертный охватит этот страшный Свет своим сознанием в момент смерти, крикнет ему: «Ты — это я!», то вмиг цепи Сансары спадут, и Спящий очнется в единственной яви…»