Екатерина Оленева - Чародейка

Ознакомительный фрагмент

« Я домой хочу», - ныл «владелец».

- Пошли, - соглашался джин.

« Я быстро хочу!».

- Тогда побежали.

На вопрос, а нельзя ли как-нибудь, при помощи магии, перенестись из болота поближе к человеческому жилью, путники одарили Надежду выразительными взглядами. Больше ни о чем спрашивать не захотелось.

Они все шли и шли по бесконечным, казавшимся бескрайним, топям. При мысли о закате захотелось умереть сразу. Не дожидаясь очередных ужасов.

- Мы погибнем? – Уныло выдохнула Надежда в затылок Светлого Рыцаря.

За его спиной приходилось болтаться в те счастливые минуты, когда дорога позволяла ехать верхом, вместо того, чтобы ползти на четвереньках по грязи.

- Нет, - со знанием дела, уверенно ответил тот.

Надя поежилась:

- С очередной ночью придут новые монстры.

- Выживем, - усердствовал в оптимизме воин. – Недолго идти осталось.

Действительно, прежде, чем солнце погасло за горизонтам, топи остались позади.

- Хвала Свету! В лесу хотя бы плавунов и утопленников не встретим, - оживился Сурэй. – Мерзкие твари, что не говори!

- А по этому поводу никто и не возражал, кажется? – сладенько пропела Инара. - Но справедливости ради стоит заметить, что плавунов и утопленников в Проклятом лесу, конечно же, нет. Зато сколько угодно ворленов, ваклаков, нетопырей, драфров. Можно ещё встретить призраков, гулей, демонов, зомборков. И так, ещё кое-кого, - по мелочи. О Высшей Нечисти беспокоиться не стоит - она до нас не снизойдет.

Сурэй запустил пятерню в сальные волосы:

- Утешитела, мать твою!

- Что я тебе, нянька – утешать? – фыркнула Инара.

Привал устроили на опушке, что давало возможность видеть врага за добрые полсотни шагов.

Антрида, было, попыталась заставить Инару готовить ужин. Но Магичка наотрез отказалась:

- Я устала. Готовь сама.

- Я не умею.

- Чему же вас в ваших военных академиях учат? – Возмутился бельчонок. – Если солдат не в состоянии о себе элементарно позаботиться? Делай, что хочешь! Я, кстати, тоже человек.

- Давайте, я попробую, - Предложила Надежда.

Готовить она любила. Ведь приятно, когда угощаешь вкусненьким собственного приготовления. Вот только семьи, сумевшей оценить это полезное качество характера, создать не удалось. Хотя, в сложившихся обстоятельствах начинаешь думать, - оно и к лучшему.

Вопреки логике, Инара, вместо того, чтобы обрадоваться предложению и отправиться отдыхать, накинулась на выискавшуюся энтузиастку:

- Вот она, наша Трионская Волшебница-Чародейка. Любую проблему – одной левой!

- В чем готовить будем? – Спросила Надежда, игнорируя выпад. - Где кастрюли?

- Ах, какие мы кроткие да милые! – Не отставала Инара. - Мы сама прелесть! – Она подбоченилась. - Какие кастрюли?! Может тебе ещё и сковороду, и скалку, и прихватку подать?!

- Что готовить-то? – Повернулась Надежда к Антриде.

Несмотря на то, что тон Инары раздражал, злил, бесил – иным словом «заводил», -ссориться с глупой девчонкой она не собиралась.

- Крупу, - ответила Антрида, доставая из чересседельных сумок небольшой мешочек и довольно объемный ковш, которому грозило послужить котелком.

Не говоря ни слова, воительница зачерпнула им мутную воду из близлежащей лужи.

У Надежды челюсть отвисла от возмущения:

- Ты предлагаешь готовить пищу в этом?! – В ужасе отшатнулась она. – Хоть представляешь, чем мы рискуем заболеть? В кого можем обернуться?

- Магии в воде нет. – Огрызнулась Инаран. - Я – Страж первого ранга. Магию подобного рода почувствовала бы обязательно.

- А как насчет стаффилококов, прочих «кокков» и кишечных палочек? Их ты «почувствовать» способна, до того, как они начнут размножаться в твоем организме?

Женщины переглянулись.

- Кого «почувствовать»? – Протянула Инара.

- Слона в сарафане.

Пока она пыхтела со злости, проклиная грязь и антисанитарию, вода в котелке медленно закипала.

- Помочь? – Предложил Паркэс, подкравшийся, как всегда, не заметно.

- Я сама. – Не особенно дружелюбно откликнулась Надежда. - Сложностей никаких: не кулинарное чудо готовлю. Всего лишь кашу.

- Там, откуда ты пришла, все такие? - Поинтересовался лучник, присаживаясь рядом.

- Какие? – Отодвинулась Надя.

- Сильные. Для своих лет ты, Джайна, удивительно разумное существо.

Женщина одарила парня обескураженным взглядом. Может у них тут, на Ассиорте, женщины в старческий маразм начинают впадать, чуть за тридцать перевалит?

- В деревнях девчонки в пятнадцать лет совсем дети. – Продолжал развивать мысль Паркэс. -Ты же действуешь, как взрослая женщина.

- Ну, это, наверное, потому, что мне давно уже не пятнадцать. - Посмеиваясь, помешивала варево подвернувшейся под руку деревяшкой Надежда. – Грязь скрадывает как минимум половину прожитых лет. В этом её единственное, весьма сомнительное, преимущество.

После ужина, активизировав охранный круг, стали готовиться к ночлегу.

Удобно устроившись между воительницей и ведьмочкой, укутавшись теплым плащом, Надежда с удивлением думала о том, что счастлива. На небе, одна за другой, загорались звезды – большие и маленькие. Глядя в небо над Ассиортом, она впервые не только поняла, - почувствовала и поверила – это не прошлое; не параллельный мир. Это вообще не Земля.

Вот ведь как бывает, смотришь и не осознаешь, что рисунок звезд тебе куда более знаком, чем отдаешь себе в этом отчет?

***

Разбудили резкие, возбужденные голоса.

- Убери грязные лапы, Эмпар!

Как не странно, рычал не Сурэй. Это был Паркэс.

Смех, раздавшийся в ответ, глумливо-непристойный, показался Надежде издевательским и злым.

- Держи себя в руках, - вплелось в низкое рычание мужских голосов бархатное контральто Антриды. – Они нарочно провоцируют тебя. Ты же понимаешь?

Со своего места Надежда могла видеть лишь многочисленные складки черного плаща, полностью драпирующие «героя», стоявшего к ней спиной. Паркэса удерживали трое мужчин, отнимая возможность сопротивляться. Было омерзительно смотреть, как холеная бледная рука, украшенная множеством перстней, с нарочито-унижающей лаской похлопывала друга по щеке.

- Красавчик! Почти жаль тебя. Я далеко не так жесток, как гласит молва. Я способен сочувствовать и сострадать. Иногда. – Подобострастное хихиканье становилось назойливым, как комариный писк. – Жаль тех, кто, подобно тебе, слишком красив. Или, как маленькая ведьмочка, слишком глуп. Вам дали шанс. – Мужчина медленно повернулся на каблуках. – Всем. Почему вы предпочли струсить?

- Ты говоришь чушь, - голос Антриды оставался, как всегда мягким, полнозвучным и спокойным. Едва уловимая льдинка выдавала владеющий женщиной гнев. – Даже самые отчаянные храбрецы твоей своры, Чархан, никогда не называли трусом ни Сандара. Ни меня.