Ночные Сорсиеры - Лана Краон

возвращаешься? Еще раз, – грозно пригрозила она пальцем, – и я не посмотрю на твой герб Совета на пиджаке, отшлепаю и поставлю в угол, как маленького.

Пока она вытирала накатившие слезы, Аим подарил ей цветы.

– Я понял, – ответил он. – Больше мне туда не надо.

– Пионы, мои любимые.

– Красивые цветы для прекрасной женщины.

– Зачем же ты. – Бетс приняла цветы. – Пойдем посидим, чай попьем, и ты расскажешь о своих планах.

Они прошли на крохотную, но такую уютную кухню. Окна выходили на восточную часть, из-за чего помещение купалось в солнечных лучах. Бетс поставила цветы в изумрудно-зеленую вазу, пока Аим присаживался за маленький круглый стол.

Аим достал мешочки с травами.

– Я принес тебе их из туманного леса. Ты упоминала про дефицит.

Бетс поставила две кружки чая и только потом пригляделась к растениям. Она раскрыла каждый мешочек и заглянула внутрь. По пути Аим собирал не только травы из списка, но и другие, которые пригодятся Бетс.

– И вот еще, – продолжил он. – Яд Баку. Его нашла Энн для Ревэ и одолжила мне одну колбочку.

– Яд Баку, – повторила Бетс. Она взяла сосуд из рук Аима. – Это же такая редкость.

– Можешь делать с ним, что хочешь: оставить себе или продать.

Бетс не шибко нуждалась в деньгах, она хорошо зарабатывала на продаже трав, которые ей бесплатно присылает давняя подруга из ковена Стеллэр. Да и ее платья немного продавались. Визарды, которые покупали у нее травы, иногда брали и одежду. Не из-за необходимости, скорее, чтобы не обижать хозяйку. Поэтому Аим больше склонялся к тому, что она оставит яд Баку у себя на всякий случай.

– Продать? Такое не продают, а хранят на всякий пожарный случай. Как Энн, такой хрупкой девушке, удалось поймать Баку?

– Я бы тоже на это посмотрел, – хмыкнул Аим и отпил сладкий чай цвета солнца.

– А ты где был? – в ее голосе послышалось возмущение.

«Боролся с темным духом на пути к реке».

– Я… с Розали… мы… мы искали что-то. Смутно припоминаю. А! Мы ходили за травой веритас, – ответил он, упустив лишние детали.

– И оставили Энн одну?

– Она была не одна. С ней были Жулли, Дуайт и Коум.

– И Розали не осталась с сестрами? – заподозрила она неладное.

– Это был ее выбор, – пожал он плечами. – Ты помнишь ее, верно? Она заходила к тебе.

– Такое не забудешь.

– И как она тебе?

– Она Нуар, – пожала Бетс плечами.

Такая фамилия никогда не упоминалась в световом сообществе в хорошем смысле.

– Она Дютэ, – поправил Аим.

– Одного поля ягода, – отмахнулась Бетс.

– Разве?

– А ты не видишь? Одна семья, одна кровь, одни дары и одна судьба.

– Что визарды говорят об их возвращении?

Бетс всегда была в курсе всех слухов в Мажиенне. Постоянные покупатели часто болтали с ней за чашечкой чая.

– Световые взбешены. Мнения ночных разделились: одни рады их возвращению, другие нет.

– Как я и думал.

– Я бы тебе по-прежнему советовала держаться от них подальше. Какие у тебя планы? Все закончилось для тебя?

Конечно, нет. Бетс знала ответ на этот вопрос, как и Аим. Впереди – завоевание ковена Краон.

– Если теперь я буду больше общаться с ночными… ммм нет, не так… Если я поменяю масть, как ты отнесешься?

– Аим. Не надо.

Бетс сидела, не шелохнувшись, затаив дыхание.

– От этого практически ничего не изменится.

– Ты изменишься.

– Я поеду в ковен Стеллэр, они мне помогут с этим. И больше я никогда не получу нож в спину. Я буду знать о всех действиях отца заранее. Предки или другие мертвые будут доносить мне.

– Ты же несерьезно?

– Я буду на несколько шагов впереди.

– Ты не был рожден ночным, ты призван следить за жизнью.

– Могу приспособиться и к миру мертвых.

– Кто захочет стать падальщиком?! – возмутилась она, употребив оскорбительное для ночных слово. Так обычно их обзывали люди, настроенные к ним враждебно. – Ты же Ламарэ-Краон! Наследник светового дара и сын лидера самого большого ковена световых.

– Я давно не причисляю себя к той семейке.

Бетс знала это, но не теряла надежды переубедить Аима.

– Это Розали тебя надоумила?

– Нет, ей, я думаю, и в голову такое не приходило.

– Тогда в чем дело?

Это и правда была не совсем его затея. Предки не оставили ему выбора, когда сказали, что он не может быть с Розали из-за типа своей магии. Но он и не возражал. Аим увидел плюсы ночных, которые раньше никогда не замечал.

– Я больше не хочу быть световым, – соврал он.

Аим поднял на Бетс глаза, чтобы увидеть реакцию.

– Только этой беды не хватало. Мало того, что станешь ночным, так еще и жизнь свяжешь с обладателями ночных даров. К ним световые и на милю не подходят без нужды.

– Стану первым.

– А что с твоим местом в Совете? Ты подумал об этом?

– Им без разницы. Так будет даже лучше, раз я буду иметь дело с ночными из ковена Стеллэр.

– Поверить не могу.

«Я тоже». Но Розали – его свет, он не был готов отпустить ее.

Аим попытался отвлечь Бетс другими разговорами. Не расставаться же им было на такой ноте. Он и дальше будет посещать ее, даже чаще, чем раньше, но это – последний раз в обличии светового визарда.

Через некоторое время он вышел из бутика. Бетс так и не дала свое благословение и вдогонку сказала: «Надеюсь, ты одумаешься». Но нет, он не одумается. Аим направился в сторону центра, где работал раньше его дядя Редманд Ламарэ-Краон. Пора была навестить отца и поболтать. По пути он поймал такси. Когда он подъехал к стеклянному зданию, то зачесал волосы в стиле Адриана. Не наверх, как было у Аима, а слева направо. Он снял пиджак и понес его в руках.

Расслабленной походкой и с улыбкой на лице он вошел в офис. На этот раз у него был пропуск. Он взял один, когда ворвался в дом отца, чтобы поменять Розали и остальным соперников в первом этапе. Миновав пропускной пункт, он прошел мимо охраны, которая поздоровалась с «Адрианом», и поднялся на лифте на шестидесятый этаж. Затем прошел мимо другой охраны. Они тоже поприветствовали «Адриана». «Бестолочи», – подумал он.

Аим зашел в кабинет отца. Обычно Вольф работал дома, но по вторникам сидел здесь. В офисе никого не оказалось. «Наверное, отошел». В здании стояла защита от магии, так что использовать ее в этих стенах было нельзя. Осколок света прошелся по просторному, идеально вычищенному кабинету. Офис был в серых тонах с коричневой мебелью. И ничего, чтобы