Дмитрий Дворкин - Страж ворот смерти

Голос пропал, вслед за этим немного прояснилось в голове, но до конца боль не пропала. Теперь она вся собралась в левом виске, вокруг вживленного датчика, и оттуда, пульсируя, выбрасывала короткие уколы-молнии. Блейд с трудом поднял налитые тяжестью веки. Собрать все силы, что еще остались! Мозг истощен. Если он не справится с предстоящей задачей — мозг ему больше не понадобится.

Процессия остановилась в каких-нибудь трехстах метрах от него. Спешившиеся воины бросили на землю связанного пленника. От всадников отделился Эргай и поскакал к Блейду. Тот направил коня ему навстречу. Забудь про боль, забудь и соберись!

Асан был мрачен, его узкие глаза смотрели враждебно.

— Ты появился очень вовремя, еще немного — и преступник был бы казнен!

— Мы договорились, Эргай! Ты дал слово.

Правитель с большим трудом сдерживался.

— Я приказал развязать Дону ноги, чтобы он мог идти. Прежде чем его снова свалили, он со связанными руками успел искалечить двух сильных воинов. Только расположение к тебе удержало меня от того, чтобы убить его сразу.

Он заметил сверток у седла.

— Что это, Дик?

— Этот предмет мне необходим для совершения казни. Я готов, Эргай!

— Готов? Я вижу, ты задумал какую-то хитрость. Не надеешься ли…

Нарушая этикет, Ричард Блейд перебил асана.

— Я надеюсь только на наш с тобой уговор! Вспомни обо всем, что я сделал для тебя и твоего народа! Не будь неблагодарным, это не красит великого правителя. Куда мне деться из кольца твоих воинов? Разве ты видишь у меня за спиной крылья? Когда мне грозила смертельная опасность, разве хоть раз я полагался на что-нибудь, кроме своих рук и головы? Нет, Эргай, потому что я вовсе не колдун, а воин. Выполни свое обещание, а я выполню свое!

Как ломит висок! Какого труда стоит уверенно говорить, да и просто думать!

— Хорошо, — сдался Эргай, — я выполню свое слово. Но смотри, Дик, если старейшины заметят какой-нибудь подвох, — тебя убьют несмотря на все заслуги. Закон есть закон.

Все участники представления уже спешились, и слуга отвели лошадей в сторону. Теперь старейшины и воины расположились по кругу и в несколько рядов вокруг лежащего Дона. Блейд отвязал от седла сверток и вступил в круг. Вперед вышел плешивый старик с редкой бородкой. Разведчик узнал Гичина, блюстителя закона предков. Старик требовательно протянул руку.

— Сними пояс с мечом, северянин! И нож не забудь! Блейд медленно отстегнул ножны и протянул старейшине.

— Нож я должен оставить — иначе не смогу совершить казнь.

Гичин непреклонно мотнул головой.

— Для этого есть другое оружие. Отдай нож!

Блейд повиновался, отчаянно ругаясь про себя. Старик повелительно махнул рукой, и слуга протянул разведчику тонкий четырехгранный кинжал, заточенный только на конце и вовсе не имеющий острого лезвия. Да, неглупо. Для того, чтобы проткнуть связанному пленнику горло, достаточно и этой игрушки, но драться против настоящего оружия с ней бесполезно.

Блейд вышел на середину круга и опустил сверток на землю рядом с жертвой. Стоящее в зените солнце палило беспощадно, боль стучала в виске. Держись, держись! Он огляделся. Зрители стояли чересчур близко, метрах в десяти. Блейд повернулся к Эргаю.

— Вели воинам отойти на несколько шагов, асан! Плешивый Гичин визгливо выкрикнул:

— Не слушай его, повелитель! Он хочет обмануть нас, я чувствую это!

Черные круги плыли перед глазами, пульсируя в такт ударам сердца. Превозмогая дурноту, Блейд повысил голос:

— Горе тому, кто окажется слишком близко, когда боги придут забирать свою жертву!

Эргай взмахнул руками, и шаг за шагом круг раздвинулся. Так, теперь они метрах в пятнадцати. Если говорить тихо — никто ничего не услышит. Порядок. Только бы хоть немного ослабла боль!

Блейд встал на колени рядом с Доном. Голубые глаза смотрели с ненавистью и презрением.

— Слушай меня… — начал Блейд, но пленник перебил:

— Если собрался убить меня — убивай, не трать зря времени!

— Заткнись, идиот! — прошипел Блейд. — Я сказал: слушай, а не болтай!

Он вложил в эти слова столько чувства, что Дон и вправду замолчал, хотя взгляд его не выражал ничего, кроме злости.

— Видишь всех этих людей вокруг? Каждый из них почтет за счастье нашинковать тебя, как кочан капусты. Единственный твой шанс остаться в живых, это делать все, что я скажу. Понял?

В глазах Дона блеснуло что-то, напоминающее внимание, но он по-прежнему молчал.

— Сейчас я привяжу к тебе вот эту штуку, — Блейд указал взглядом на сверток, — и дам выпить глоток травяного отвара.

— Я не… — начал Дон.

— Слушай, ты, кретин рыжий! Я не для того рискую жизнью, чтобы слушать твою дурацкую болтовню. У тебя что, есть другие варианты спасения? Что, по-твоему, мне мешает воткнуть эту штуковину тебе в горло без долгих разговоров? Ты потерял память, когда грохнулся с обрыва, но не все же мозги ты себе отшиб! Подумай, у тебя была какая-то жизнь до этого падения. Ты ее не помнишь, но она же была!

Голубые глаза широко открылись и впились отчаянным взглядом в лицо говорившему. Блейд прижал руку к виску, пытаясь унять боль.

— Я твой друг из этой прежней жизни. У тебя нет другого выхода, как просто поверить мне. Ты сейчас выпьешь этот отвар и уснешь. Только тогда я смогу попытаться вытащить нас обоих отсюда. Давай парень, не будь ослом!

По окружающей их толпе пронесся шум. Загомонили старейшины. Блейд поднял сверток, осторожно положил его на грудь Дону и крепко стянул петли. Каждое движение отдавалось в голове серией тяжелых ударов. Дон молчал и не сопротивлялся, переваривая услышанное.

Блейд вытащил из-за пояса крохотную глиняную фляжку и, вынув пробку, поднес к губам друга. Секунду тот пристально смотрел разведчику в глаза, а потом одним глотком выпил содержимое.

Пронзительный крик разорвал напряженную тишину.

— Повелитель! Старейшины! Посмотрите, что делает чужеземец! Он поит преступника колдовским зельем, чтобы тот исчез или превратился в птицу! Он обманул нас, смерть ему!

Не дожидаясь ответа, кричавший выбежал в круг, вытаскивая на ходу саблю. Вот он уже в нескольких шагах. Черная борода, хищный нос, по-волчьи оскаленные зубы — Газа, бывший телохранитель Сунжи. Дождался-таки своего часа, ублюдок!

Как всегда в минуты опасности, рефлексы работали быстрее мыслей. У разведчика было в руках одно-единственное оружие — им он и воспользовался. Острый четырехгранный кинжал свистнул в воздухе и точно вошел в мягкую ямку под кадыком в сантиметре над воротом кольчуги. Газа повалился вбок, хрипя и судорожно загребая ногами, и только тут Блейд осознал случившееся. Все пропало, теперь не успеть. Сейчас десятки клинков превратят их с Доном в кровавый фарш. Он рванулся было, чтобы схватить выпавшую из руки убитого саблю, но тут же застыл.