Белое с кровью - Кристина Робер

сегодня не будет. Ника тихо выругалась и оглядела поляну.

С приходом утра магия ведьмовского штаба рассеялась, и все вокруг казалось обычным: шатры не светились, в воздухе никто не зависал. Словно и не ведьмы здесь жили, а так, участники исторических реконструкций – только что проснулись и пытались позавтракать после бурного празднества накануне.

– Я могу помочь, – предложила Ника, наблюдая, как блондинка водружает на стол корзину с картошкой.

Ведьма окинула ее удивленным взглядом и, немного помедлив, пожала плечами и протянула нож. Ника принялась за картошку, искоса поглядывая на женщин: те делали вид, что и вовсе не замечают гостью, но нет-нет да и поглядывали в ее сторону, старательно пряча усмешки.

– Фрея, – неожиданно сказала блондинка. Она отерла руки о фартук и протянула ладонь.

– Ника, – девушка ответила на рукопожатие. Кожа у ведьмы была горячая, как хорошо прогретая батарея.

Блондинка смущенно улыбнулась и кивнула. Только сейчас Ника заметила очертания серебристых звезд на ее лице. Их было не так много, как у Асури, а может, они просто блекли при дневном свете, но сияла только одна звезда – на подбородке.

– Почему вы не используете свою магию для этого? – Ника кинула очередную очищенную картофелину в чан с водой и схватила следующую.

– На такую ерунду? – усмехнулась Фрея. – Никогда. Магию нужно беречь.

– Ты так говоришь, будто у нее есть срок годности.

Фрея снисходительно улыбнулась и бросила мимолетный взгляд на одну из сестер. Ника вздохнула и продолжила молча чистить картофель. Ни черта не понятно, что у них на уме, у этих ведьм! Одни ухмылки и загадочные переглядывания.

С картошкой девушки расправились за полчаса, водрузили чаны на металлические сооружения над кострами (Ника заключила, что тут уж без магии точно не обошлось, они ведь тяжеленные) и принялись нарезать хлеб.

– А что значат символы на твоем лице? – наконец спросила Ника.

– Я – аликуат, – ответила Фрея и, поймав растерянный взгляд, добавила: – У меня несколько жизней.

Ника замерла с ножом в руках, и блондинка звонко рассмеялась. Две ведьмы усмехнулись, разом посмотрев в их сторону.

– Чтоб вы понимали, я не знаю ни-че-го и буду счастлива, если для особо одаренных вы начнете расшифровывать свою абракадабру.

– Ты очень нервная, – фыркнула одна из женщин – высокая, с огромным лбом и яркими синими волосами. Ника скорчила гримасу.

Фрея протянула ей большой поднос с нарезанным хлебом, взяла себе такой же и кивком поманила за собой к соседнему столу, где уже дожидались свежие овощи и ароматные травы.

– Нас таких, аликуатов, очень мало. Каждая получает в распоряжение несколько жизней и, умирая, может возрождаться, пока хватает пламени звезд, – сказала блондинка, поставила поднос на стол и ткнула пальцем себе в подбородок. – Сияние – это количество жизней. У каждой из нас – разное.

– И сколько вас таких?

– Сейчас всего двое – я и Асури. И у каждой одна жизнь осталась. – Фрея перестала улыбаться, и задор в ее серых глазах угас.

– Но у Асури было больше…

– Она их подкрашивает, чтобы лишний раз не напоминать себе… Наш дар – наше проклятие. Мы невезучие, словно притягиваем смерть. Природе нужен баланс.

Факсай видел изъяны в сердце брата, но закрывал на них глаза, ибо считал, что желание сохранить на их землях магию и всех существ, в чьих душах плещутся искры, важнее чистого сердца и праведных помыслов. Но не учел Факсай, что цели Саквия уже были иными. Тот хотел абсолютной власти – стать единственным магом – и за спиной брата нещадно избавлялся от других.

Из воспоминаний Гидеона, заточённых в книгу и оставленных на хранение Стамерфильдам

Глава 4. Существа из Полосы

Terra ignis, замок Стамерфильда.

Октябрь 2018 года

Ника разложила полотно с генеалогическим древом на полу и уселась в центре. Сотни красных линий, переплетающихся между собой, и каждую венчает каллиграфическая надпись – имя члена династии Стамерфильд. В развернутом виде полотно занимало треть кабинета, но по факту информации содержало минимум: только имена, годы жизни и правления.

Ника и сама не знала, что хотела понять. За несколько месяцев в terra она отчаялась найти сведения о двойственных душах и решила, что для начала неплохо бы изучить историю земли.

Итак, основатель династии – Стамерфильд. Странно, но на древе был указан только год его смерти – 1063. Ни даты рождения, ни жены, ни полного имени. Из прочитанных историй Ника знала, что Стамерфильд выиграл войну и в возрасте тридцати пяти лет с помощью ведьм воздвиг границы отвоеванных земель, а спустя пятнадцать лет умер от заражения крови. Далее династию продолжил его единственный сын Харт. Откуда взялся Стамерфильд, кто его родители – неизвестно. В некоторых источниках отмечалось, что первый правитель terra ignis пришел из северных земель; и Ника предположила, что речь могла идти о Скандинавии.

В одной из книг встретился изображающий его набросок: статный мужчина в рубахе, с развевающимися темными волосами; одна рука сжимала рукоять меча, упертого острием в землю, другая – лежала на голове черной собаки. Эту же собаку Ника увидела еще на нескольких иллюстрациях, и везде – рядом с основателем династии.

Казалось, часть истории – о войне, появлении земель, жизни после разделения народов – канула в Лету: так мало было упоминаний в книгах, лишь обрывки и предположения. Как будто жители terra ignis не просто забыли, а никогда и не знали свою историю.

Ника перемещалась в низ полотна, бегло читая имена. В каждом поколении рождались мальчики – единственные дети либо старшие братья, – и им по наследству передавалась корона. В самом низу древа Ника увидела имя своего отца – Николаса Стамерфильда. От его имени вниз вела красная линия: «Николина Стамерфильд, 1999–2000».

– Не обновлялось с тех самых лет, – раздался голос.

Вздрогнув, Ника обернулась: в дверях стоял отец. Невысокий, коренастый, каштановые волосы с едва заметной сединой, тяжелый взгляд, простые джинсы и джемпер.

– Ты говорил, что я могу сюда приходить. – Ника поднялась с колен, одергивая толстовку.

– Конечно, сколько угодно, – Николас скованно улыбнулся и закрыл за собой дверь. – Древо обновляется автоматически, его создавали ведьмы.

– Почему тогда надпись про меня не изменилась?

– Оно отслеживает важные события из жизни наследников: рождение, смерть, обет на престол. – Николас скинул туфли и ступил на полотно. – Если бы не случилось той трагедии, здесь бы не стояла дата смерти. Оно считает, что ты… Что принцесса мертва.

– Что такое обет на престол? Коронация?

– Не совсем. – Николас подошел ближе, и Ника уловила аромат табака. Она глубоко вдохнула, убеждая себя, что просто хочет заглушить собственное желание покурить, а не запомнить этот запах. – Когда наследник достигает отрочества, он может пройти обряд посвящения и получить титул принца или принцессы. Таким образом, он дает обещание народу, что, вне зависимости от того, как сложится в дальнейшем его судьба, будет выполнять