Лоуренс Уотт-Эванс - За Василиском - Лоуренс Уотт-Эванс

безбородым, а волосы - чёрными, как и грива самого Овермана, - прямая грива длиной до плеч. Гарт не заметил ни меча, ни какого-либо другого оружия; поскольку ни один стражник не может быть безоружным, этот странный человек явно не был обычным привратником.

Призрак на стене заговорил первым.

- Приветствую тебя, Оверман. Голос был глубоким и звонким, с оттенком веселья.

- Приветствую тебя, Человек. Я пришёл с миром. Могу ли я войти в город как друг?

- Так ты пришёл с миром? Мирно ли это - втыкать своё оружие в мою дверь, взламывать оборону моего города?

- Прошу прощения, Человек, но я не получил ответа на свой призыв.

- Ты мог бы смириться с тем, что тебе не рады, и отправиться своей дорогой?

- У меня есть дела в Морморете.

- У тебя нет никаких дел в Морморете, как и ни у кого, кроме меня.

- Я сожалею, что противоречу вам, но у меня есть дело внутри, выполнение поставленной передо мной задачи.

- А, задача! Чего ради? Голос теперь был явно насмешливым.

- Я хочу поймать первое живое существо, которое встретится мне в криптах под городом.

Дальнейшее объяснение было встречено смехом. - Сделай милость, скажи, кто и ради чего поставил перед тобой эту невыполнимую задачу? Неужели ты добиваешься руки какой-нибудь Принцессы? Но нет, это не соответствовало бы природе Овермана. Тогда богатство? Неужели ты выполняешь это поручение ради золота?

- У меня есть свои причины.

- О, приплыли! Кто послал тебя сюда?

- Я служу тому, кого называют Забытым Королём, живущим в Скеллете.

Долгое время стояла абсолютная тишина; затем, помедлив, человек спросил, убрав из голоса всё показную весёлость: - Ты служишь Забытому Королю?

- Так он себя называет.

- Опиши его.

Хотя он и недоумевал, зачем этот человек, который, судя по его упоминаниям о “Моём городе”, был самим Шангом, спрашивает о подобном, Гарт постарался ответить. - Это старик, одетый в жёлтые лохмотья. Я не видел его волос и глаз, когда разговаривал с ним, поэтому не знаю их цвета, но у него длинная белая борода. Он высокий и худой, для человека, с…

- Хватит! Окрик был резким, как будто говорящий подавлял гнев. - Оверман, ты поступаешь неразумно. Откажись от этого похода и не имей больше ничего общего с этим… этим так называемым Королём.

- Я заключил сделку.

- Послушай, Оверман, ты не знаешь, что делаешь. Хотя я не испытываю любви ни к тебе, ни к твоему роду, я предупреждаю тебя, даю тебе слово, что служение этому человеку может привести только к гибели.

- Я дал слово, что буду служить ему. Хотя голос Гарта не выдавал никаких эмоций, слова Шанга встревожили его: он задался вопросом, какие цели преследует Забытый Король.

- Значит, доводы о вероломстве твоего господина не поколеблют тебя? Тогда позволь предупредить, что твоя задача невыполнима. В криптах есть только одно живое существо - королевская ящерица, известная как василиск.

Гарт никогда не слышал этого слова. Он спросил: - Что же это за зверь такой - василиск, что поймать его невозможно?

- Ах, я забыл; Оверманы мало что знают о человеческих легендах. Василиск - не природный зверь, а повелитель рептилий, самое ядовитое существо, известное науке и магии. Его дыхание убивает мгновенно; его прикосновение - это смерть; встретить его взгляд - значит превратиться из человека - или сверхчеловека - в камень. Если кто-то каким-то образом приблизится к нему на расстояние удара мечом или копьём, его яд потечёт по лезвию или древку и убьёт владельца прежде, чем он сможет пробить его бронированную шкуру. Он существует лишь как результат самой чёрной магии и служит самому Богу Смерти. Нет, Оверман, ты не сможешь схватить это чудовище и унести его с собой, а попытка может оказаться смертельной.

- Тем не менее, я поклялся сделать это.

- Глупец! Почему? Какой смысл в том, чтобы отдать свою жизнь, служа человеку, не принадлежащему даже к твоему роду?

- Я заключил сделку.

- Но… Оверман, что ты получишь взамен? Я сам могущественный маг; возможно, мы могли бы заключить более выгодную сделку.

- Доверенный Оракул направил меня к тому, кому я служу; и хотя твои слова звучат искренне, я не могу доверять тебе больше, чем Оракулу. Гарт искренне сожалел о правдивости своего заявления; очевидная озабоченность Шанга способствовала его собственному растущему дискомфорту.

- Прекрасно… Глупец, но я позволю тебе искать свою погибель. Но учти, Оверман, если тебе удастся это сделать, я сам тебя убью. Ни я, ни кто-либо другой не может позволить так называемому Забытому Королю получить яд василиска; он мог бы использовать этот яд для колдовства, подобного которому не знали уже много веков; он мог бы причинить безграничные разрушения. Большая часть моей собственной магии происходит от соскобов с полов, по которым ходил василиск. Отдавать само чудовище Королю в жёлтом - полное безумие.

- Не моё дело, что он с ним сделает; я лишь должен доставить его ему.

- Тогда умри, как дурак, при попытке. Я не стану ни помогать, ни препятствовать тебе. Хотя в обычном случае я убил бы тебя только за то, что ты вторгся в мою долину, я не хочу быть причастным к твоей гибели. Если Забытый Король действительно послал тебя сюда на смерть, я не стану помогать ему, убивая тебя.

- Как хочешь; тогда открой ворота, чтобы я мог попытаться.

- О нет; я только что сказал, что не стану помогать тебе в твоей гибели.

Гарт зарычал от досады; опять задержка. Он поднял топор и снова ударил по воротам, когда Шанг исчез с вершины стены. Полетели щепки, он наносил всё новые и новые удары, пока наконец не прорубил достаточно большую дыру, чтобы протиснуться внутрь.

Он сделал это и, оказавшись внутри, отпер прорубленные ворота, чтобы впустить Короса; зверь бесстрастно стоял на протяжении всего штурма портала, а теперь вошёл в город своей обычной плавной и грациозной походкой.

Положив топор на место в подседельную сумку, Гарт размял руки, чтобы снять напряжение, и оглядел город Морморет. Он и его зверь стояли на небольшой площади - перекрестке в сотню футов в поперечнике, по бокам которого располагались лавки торговцев; четвёртая дорога проходила через оставшиеся за спиной ворота. Торговые лавки были такими же пустыми и безлюдными, как и фермы, которые Гарт проезжал за городом, и три улицы тоже были