Николай Грошев - Файл ТМ1 (СИ)

Вот как можно было изгадить такое прекрасное место? Убил бы, знай я тогда, какой чинуша решил что парк содержать дороговато для бюджета. Наверняка, деньги, раньше тратившиеся на содержание парка, пустили на что-то полезное — не спорю, всё может быть. А вот высотки в районах ранее для них заповедных? Тут вряд ли денежки были перечислены в сиротские приюты. Просто так в моей родной стране, даже вполне законные сооружения возводить без мзды в пользу соответствующему муниципальному чиновнику было невозможно, что уж говорить о зелёных зонах. Финансирование урезали, парк приходит в упадок, но его не сносят. Потихоньку режут на куски прилегающую территорию и отдают эти куски под застройку. Кончатся они — останки парка сровняют с землёй, а пока, некогда прекраснейшее место города, потихоньку вязнет в человеческих отбросах.

Эх…, что Россия, в мире из более чем двухсот стран, что Федерация, в мире сотен планет и миллионов звёзд — везде одно и тоже…, несколько столетий ничему нас не научили. Лория, небольшая планета земной группы в системе Альфа-9, тоже ведь зелёным раем когда-то была. И что? Всего два десятилетия потребовалось, что бы Лория преобразилась. Даже открытый бунт поселенцев не сумел изменить ситуации. Кого перебели в столкновениях с внутренними войсками Федерации, а кого просто переселили на другие планеты. Никого из бунтовщиков естественно не арестовали, им даже денег на обустройство дали, только что бы они заткнулись, и не пришлось с ними поступать, как с остальными. Звёздная, даже увязнув в грязи, старается вести себя цивилизованно, сохранить лицо. И вот Лорианцы, пережившие конфликт, кончившийся их полным поражением, сейчас живут, в общем-то, припеваючи…, хм. А вот в России 21-ого века их бы всех пересадили, а то и похоронили. Может, всё-таки чему-то и научились люди — пора бы уже, с деревьев-то слезли чёртову тучу лет назад, а всё как макаки…

Что-то я снова отвлёкся.

Деревья на нож попробовали очень разные представители рода человечьего. В этом я убедился самолично, прочитав большую часть надписей на ближайшем толстенном тополе. Довольно сильный контраст получился. На них и раньше писали — влюблённые изредка оставляли о себе такую память. Вырежут сердечко, стрелу и имена. Или просто инициалы в сердечке. Все эти старые художества почти стёрлись, были едва заметны на шершавой коре. И контраста не создавали. Он получался из свежих надписей с сердечками, пронзёнными стрелами Амура и соседствующих им надписей совсем иного порядка. Вот, к примеру, в самом низу, некие Настя и Антон, два имени в центре сердечка. Правда криво вырезанного — скорее всего, вырезал Антон, и, вероятно, в тот момент прекрасный был сильно не трезв. А рядышком некто изобразил более любопытную фразу: «Тута Лёха Кажан тусил и петуху Техе табло расхреначил». Примерно таких надписей хватало. Были и попроще, из трёх букв, из пяти вот, часто попадались. Ну, а венчала сей летописный стяг рукотворный эпитафия некоему Стасу. Дословно если: «Стас, мы отомстили за тебя, твои убийцы, повешены на этом дереве, покойся с миром братан». Вот так.

Даже если этот парк приведут в порядок, даже если сотрут все надписи — память-то о них останется. А кому захочется гулять иль подругу тискать на лавочке, под деревом на котором кого-то повесили? Парк был обречён. В тот момент я это осознал чётко. И странно — будто всё моё прошлое, детство, юность, дни, когда прибегал сюда забыть о проблемах, послушать ветер и листву, будто их кто-то стёр одним махом. Обидно было. Очень. Такое место загубили, черти…

Я тогда даже вверх, на ветки посмотрел, под деревом тем. У меня глаза в блюдца превратились. На ветках до сих пор раскачиваясь от слабо ветра, висели два обрывка старой пеньковой верёвки. Надпись-то не просто так сделали. На том дереве и, правда, когда-то висели два трупа с посиневшими лицами и прокушенными языками. Да, увы, смерть от удушья, вещь долгая и трупы потерпевших выглядят всегда кошмарно. Другое дело если повешенного скинут с высоты, тогда у него просто ломается шея и в петле он висит ладненький, будто живой. Ни тебе выпученных глаз, ни синего языка на плече — настоящий киношный удавленник. Да…, меня передёрнуло тогда так, что едва не упал. Вечерело всё-таки, а как представил трупы эти в петлях и даже тихий шелест листвы стал казаться скрипом кладбищенской калитки.

Вот в тот момент я и понял — посещение зелёной зоны пора сворачивать. Прошлое похоронили под грудой мусора и других человеческих отбросов. Так что, я решил повернуть назад. Решить-то решил, но, сам не знаю почему, не сделал этого. Я пошёл дальше, к пруду, в центре парка. О чём пожалел довольно быстро. Едва добравшись до места, я, не пытаясь сдержаться в полный голос обложил самым смачным матом, какой только знал и власти наши и местных, испоганивших то, что брошено без присмотра и город и до кучи сам парк.

Некогда прозрачный как самое чистое стекло, пруд, обратился помойной ямой, заполненной тягучей, чернильно-чёрной водой. Вместо лебедей в нём теперь плавали обрывки газет, пластиковые бутылки и другой хлам разного вида и цвета. К тому же от маленького озерца теперь тянуло какой-то сладковатой тухлятиной. Вот так. Место, где я оставлял грусть, тоску и обиды юности, место, где я всегда находил утешение и покой, где впервые поцеловал девушку (целовал и раньше, но тогда было свидание, а это совсем другое дело), превратили в выгребную яму. Даже хуже — в свалку. Настоящую, дипломированную, помойную яму. Вот так.

Кстати, касательно девушек. Как-то из головы вылетело. У меня до службы была любовь, практически всей жизни. Незадолго до отправки в места служебные, моя ласточка призналась мне, что у неё очень сложный характер и страшная аллергия на воздержание. А посему, ждать меня из армии она никак не может. Пришлось мне тогда уезжать с разбитым сердцем. Ну, я был уверен, что так оно и есть. Помнится, интересовался у друзей, как себя обычно чувствуют люди в такой ситуации. С моими ощущениями, это отчего-то не сильно совпадало, но я всё равно был уверен, что получил тяжёлую душевную травму. Андрею вот повезло меньше, ему такую травму с почтампа принесли. На трёх листах. Мелким почерком. Так что он травму получил с отягчающими — очень жестоко с ним девушка поступила. Нет бы, написать: прости, у меня другой. Ясно и понятно. А она на три листа, да с двух сторон! Садистка.

Подойти к пруду поближе я не рискнул. Присел на корточки у дорожки, за кустиком, достал сигарету, прикурил. Как-то не заметил даже как выкурил её. Нахлынули воспоминания. Я вновь видел этот пруд, чистым, полным красивых белых птиц. Грустно это всё было.

Сколько так просидел даже не знаю. Пока ноги не затекли, витал где-то там, в воспоминаниях, а потом поднялся, повернулся и двинул прочь. К чёрту такие пейзажи.