Дэвид Эддингс - Вор и Книга Демона

— Ты об отношениях между девочками-мальчиками? — спросил Гер, скорчив презрительную мину.

— Да, и это тоже, но есть и сугубо военные причины. Креутер нам понадобится впоследствии, а он очень беспокоится о своей племяннице. Если она будет в безопасности, он станет свободен; если же нет — он тоже будет занят.

— Я не вижу к этому никаких особых препятствий, дорогой, — согласилась Двейя, когда Альтал за ужином изложил ей свое дело.

— Никаких возражений? — спросил он удивленно. — Никакого шипения и взъерошенного хвоста? Тебе это кажется забавой, Эм.

— Это разумно, Альтал, и я могу устроить все так, что племянница Креутера не узнает слишком много о нашем Доме. Насколько я понимаю, вождь Альброн собирается прийти сюда вместе с ней?

— Судя по тому, что я видел, тебе вряд ли удастся оттащить его от нее больше чем на десять шагов даже с помощью воловьей упряжки, Эмми, — сказал Элиар. — Похоже, у него тяжелый случай отношений мальчиков-девочек.

— Прекрасно, — промурлыкала она.

— Я могу попросить тебя об одном одолжении, Двейя? — вдруг спросил Бхейд.

— А ты хорошо себя вел сегодня?

— Я очень старался. Конечно, трудновато вести себя хорошо, когда у тебя на плече сидят целых три девушки. — Бхейд задумчиво посмотрел на потолок. — Раз уж мы открываем здесь кое для кого двери, я хотел бы узнать, нельзя ли привести сюда и Салкана. Мне хотелось бы подольше поговорить с этим пареньком. Я чувствую, что в нем заложены огромные возможности, и не хотел бы, чтобы он их растрачивал зря. Пасти овец — это, я думаю, дело хорошее, но вряд ли оно требует от Салкана больших усилий.

— Мы что, набираем новых священников, брат Бхейд? — спросила его Лейта, приподнимая бровь.

— Это вбито в нас со времен нашего послушничества, Лейта, — ответил он. — Поиски и раскрытие талантов — одна из наших первых обязанностей.

— А в какую именно религию ты хотел бы обратить этого молодого человека, Бхейд? — лукаво спросила Двейя.

— Я еще не знаю, — признался он, — но, по-моему, мы не должны упускать его.

— В общем и целом все идет неплохо, — подвел итог седоволосый Дрейгон на следующее утро, когда генералы вместе с Элиаром и Альталом собрались в большой палатке неподалеку от входа в пещеру.

— Не считая того, что мне пришлось покинуть свои окопы, — мрачно заметил Гебхель.

— Перестань жаловаться, Гебхель, — сказал ему Халор. — Эта гора оказалась даже лучше, чем твои окопы.

— Мои люди затратили огромные усилия, чтобы вырыть окопы.

— Но им заплатили, разве нет?

— Халор, сколько времени займет дорога до того дома, куда отправятся вождь Альброн с моей племянницей? — спросил Креутер.

— Примерно неделю, — уклончиво ответил Халор. — Я пошлю вместе с ними отряд, чтобы удостовериться, что они добрались благополучно, и гарантирую, что твой племянник никогда не сможет найти это место.

— Хорошо. Итак, ты упоминал об еще одном военном походе. Что происходит и где? Халор пожал плечами.

— Опять в Треборее разгорается война. Именно туда нас изначально нанимали воевать. Та война, с которой мы вчера покончили здесь, была лишь отвлекающим ударом. Будем смотреть правде в глаза, джентльмены. Никто из нас не принимал ее всерьез. Здесь требовалась некоторая стратегическая комбинация, но не больше.

— Значит, это все одна и та же война? — спросил Креутер.

— Один и тот же враг, — согласился Халор, — во всяком случае, командование. Главный зачинщик находится в Неквере. Полагаю, в конце концов нам придется пойти туда и положить конец его подстрекательству.

— И остаться после этого без работы? — фыркнул Гебхель. — Не будь дураком, Халор. Война в Треборее — это продолжение тех раздоров между Кантоном и Остосом?

— Почти.

— В прошлый раз ты воевал на стороне Кантона, а? Мы снова будем воевать на той же стороне?

— Нет, Гебхель. Мы перешли на другую сторону. Эрайя Остоса предложила лучшую цену.

— Это по мне, — сказал Креутер. — Я работаю за деньги, а не ради забавы. Намечается ли там что-нибудь необычное?

— Вероятно, нет, — сказал Халор. — Все, что я узнал до сих пор, не выходит за рамки привычного. Но в одном я уверен: мне понадобится больше всадников.

— Я могу об этом позаботиться, — заверил его Креутер. — Я вернусь в Плаканд и найму еще людей и лошадей. — Он взглянул на Альтала. — Но мне понадобятся еще несколько бочонков твоего золота.

Альтал пожал плечами.

— Я в некотором смысле ожидал, что такой вопрос возникнет.

— За деньги и кобыла пойдет, — процитировал Креутер.

— А овса ей недостаточно?

— Ей, может, и достаточно, а мне — нет.

Халор откинулся в кресле, задумчиво глядя на крышу палатки.

— В последнее время я не следил за ситуацией в Треборее, — сказал он им, — но, если все обойдется без сюрпризов, расклад будет вполне обычным. У меня есть связи с окрестными кланами, так что я смогу их привлечь на начальных этапах войны. Если вы, джентльмены, выступите в направлении Остоса, впоследствии вы сможете присоединиться к нам. Сокровищница Остоса полна до краев, так что денег хватит на всех. Полагаю, к тому времени, когда вы туда придете, положение станет более или менее стабильным, и, явившись туда, вы просто решите исход дела.

— Думаю, я мог бы привлечь тех пастухов, — сказал Дрейгон.

— Постой-ка, — запротестовал Гебхель. — Эти стрелки мои.

— Я думал, у тебя нет желания участвовать в игре на этот раз, — сказал Халор. Гебхель пожал плечами.

— И все же я буду настаивать и нисколько не сомневаюсь, что Гуити захочет принять участие в войне. — Он улыбнулся. — Кроме того, если я приду туда достаточно поздно, мне не придется высиживать долгие и скучные осады. Я приду тебе на помощь, Халор, так что после того, как я вытащу из огня твою задницу, ты сможешь проявить свою благодарность и щедрость по отношению ко мне.

— А кем тебе приходится вождь Гуити, Гебхель? — подозрительно спросил Халор.

— Мы дальние родственники, — признался Гебхель.

— Я предполагал нечто подобное. Кое-какие свойства характера являются семейной чертой.

— Деньги любят все, Халор. Просто в моей семье их любят немного больше, вот и все.

— Будет не так-то просто получить разрешение Юдона, чтобы взять из Векти Салкана и его молодцов, — предупредил Бхейд.

— Разрешение я беру на себя, — небрежно бросил Гебхель. — Я просто предложу им золото, и они убегут от своей пастушеской жизни, как от чумы.

— Тогда, полагаю, мне придется предложить им больше денег, — вздохнул Дрейгон.

— Не надо! — воскликнул Гебхель.

— Посмотри на меня, — сказал Дрейгон, расплываясь в улыбке.