Прозрение. Том 2 (СИ) - Бэд Кристиан

Хэд бы его побрал, этого командующего. Его, наверное, даже хатты боятся.

— Переговоры с Севером придётся вести мне, потому я должен успеть своими глазами посмотреть, что у нас на планетах ближнего ряда. Делай что делаешь в пределах своих полномочий. Вопросов с хаттами не касайся. Там всё не так просто, как тебе могло показаться. У хаттов нет единой социальной и политической системы. Мы работаем пока только с одной лояльно настроенной группой. Но даже с этими нужно держать ухо востро. Я возил на Землю мальчишку, кровного брата Анджея. Ему показали то, что нам пока необходимо знать о Земле. Я отдал парня Виллиму, он создаст необходимую утечку слухов. Всё остальное гораздо сложнее, чем может быть в играх с Империей. Так что ты мне нужен деятельный и бодрый. И мне нужен порядок в крыле. Плюнь на имперцев, займись границами. Империя подождёт. Не так долго, как нам хотелось бы, но многим — хватит.

История пятидесятая. «Ковен теней» (Окончание)

Кьясна. Храмовая община. 48 недель спустя

Они прибыли на Кьясну за полчаса до восхода Ареды. На этом настоял комкрыла, и более старшие неожиданно согласились.

Эрцог Сиби, Эзерберт Аний Локьё, эрцог Ильмариина, Синайс Баккет Симелин лорд Эргот, и неудавшийся регент дома Паска, Ингвас Агосдел Имэ, приземлились раньше прочих.

Следом прибыл действительный регент Паска, аттерахатт Эльген Реге Линнервальд.

Линнервальд был моложе ожидавших его, однако в ранг аттерахатта — советника по науке — его возвели вполне заслуженно.

Линнервальд обладал воистину холодным разумом, неистощимым терпением ледяных лордов и живой мальчишеской фантазией. Его не интересовали интриги, не грела возможная месть за учинённое Ингвасом Имэ надругательство над традициями дома Аметиста.

Линнервальд не стоял над моралью, скорее, где-нибудь справа или слева, что позволяло ему видеть в дяде не только предателя, но и одного из сильнейших истников своего времени.

Гости тихо высадились возле реки, рядом с храмовым садом. Абэлису было неуютно в такой родовитой компании, и он держался поодаль, делая вид, что наблюдает за особистами, изображающими неровности грунта.

Локьё запретил ставить палатки и хоть как-то обустраивать местность. Он бродил у реки, наслаждаясь просыпающимся восходом и тишиной.

Эрцог Симелин потребовал себе кресло и уселся в него. Имэ и Линнервальд стояли рядом.

Локьё бродил, остальные ждали. В военные времена первое слово — слово командующего.

Ареда лизнула кромку дальнего леса. Локьё поманил генерала Абэлиса, и они пару минут вместе смотрели на разгорающийся восход.

Берег всё ещё был тих. Храмовая община спала. А те, кто проснулся, не спешили беспокоить высоких гостей.

Когда Локьё подошёл, Симелин развернулся к нему вместе с креслом, Линнервальд слегка кивнул, подтверждая, что готов выслушать совет самого старшего.

Имэ, понимая, что речь пойдёт о нём, разглядывал крупный жёлтый песок под ногами.

— Думаю, он достаточно посидел в изоляции, — сказал эрцог Сиби. — Я предлагаю Э-лай. Нам необходим человек, который постоянно будет держать алайцев в тонусе, иначе генерал Мерис обратит крокодилов в свою веру и начнёт строить там церкви имени капитана Пайела.

Зелёный эрцог поморщился, Линнервальд улыбнулся. Они стояли друг против друга, и, казалось, смотрели в кривое зеркало, так они были похожи и не похожи друг на друга.

— Сколько ты дашь Югу, Агос? — прищурился на недорегента Локьё.

— А ты? — Имэ поморщился, скривил губы и уставился на полосу леса, ещё пылающую от восхода.

— Лет сто я бы дал, — задумчиво бросил Локьё.

— Девяносто восемь, — не согласился Имэ.

— С сегодняшнего момента? — уточнил Локьё.

— С того дня, когда они расконсервируют своего кадавра.

— Значит, если выровнять точку отсчёта, разница всего в год? Год — не так уж и мало. Бакки, ты будешь свидетелем нашего пари!

Симелин пожал плечами, играйтесь, мол.

— Не такой уж это кадавр, — пробормотал Линнервальд. — На этот раз вмешательства в гены не было. Скорее, забавная операция по сращению двух практически идентичных личностей — «чистой» и исходной. Такого, насколько я знаю, в нашем Доме ещё не делали. — Он посмотрел на Имэ: — Или моё суждение ошибочно?

Имэ мотнул головой, не желая вступать на скользкую тему кадавров.

— Так что не совсем корректно называть его модификантом, — продолжал Линнервальд. — Или они восстановят личность, или потеряют совсем. С генетической же точки зрения это даже не клонирование, а копирование. Это исключительный случай, но я сам дал санкцию «на взлом» генетического банка дома Аметиста.

Имэ поморщился.

— Думаешь, спасая тебя, Колин заботился не о мире на Юге, а о шкуре своего щенка? — развеселился Локьё. — Вот уж кто мастер неоднозначных поступков!

— Иначе он был бы менее интересен, — процедил Симелин.

— А ты, Бакки, поддержишь в нашем пари меня, или Агоса?

— Я как всегда воздержусь. — Зелёный эрцог поёжился от неожиданного порыва ветра и плотнее запахнулся в плащ. — Летят.

— А я прослежу, как ты перераспределишь активы, и угадаю! — расхохотался Локьё и глянул в сторону леса. — Да, это имперцы.

Абэлис кивнул и медленно пошёл навстречу снижающимся тяжёлым шлюпкам.

И тут же группка эйнитской молодёжи возникла вдруг на тропинке, ведущей к реке. Похоже, они тоже не спали в эту ночь и караулили гостей в соседнем лесу.

Остальная община была тиха, словно бы ничего не знала о незваных гостях.

Две тяжёлых шлюпки были с «Персефоны». Оттуда же пришла и маленькая, капитанская. Но привезла она не Келли, а мрачного от свалившейся ответственности Млича.

Командующий приказал Келли не покидать корабль, но зачем-то потребовал привезти самого здоровенного бойца.

Навигатор решил, что положение обязывает, прилетел с Дереном и Росом. Четвёртым взяли Сайсена Айима — сержанта из десантной группы, не уступающего в развороте плеч даже Колину, (ростом же он превосходил всех здесь собравшихся).

Дерена и Роса сразу же обступила эйнитская молодёжь. Но хитрый Рос быстро испарился куда-то, бросив Дерена «на растерзание толпе», и его целовали все девушки, сбежавшиеся встречать шлюпку.

Млич переминался с ноги на ногу, но к группе экзотов подойти не рискнул, пока над пляжем не повисла безномерная шлюпка, из которой почти на ходу выпрыгнул Мерис.

— Ну, вот и вся компания в сборе, — поприветствовал имперцев Локьё. — Смотрю на нас со стороны и вижу стаю стервятников.

— Разве нам есть, что делить? — удивился Абэлис.

— Угу, — подтвердил синий эрцог.

Комкрыла сдвинул широкие чёрные брови:

— Прошёл год с формального объединения Юга перед лицом общей угрозы с Севера, — сказал он торжественно и несколько протокольно. — За это время мы достигли значительных успехов в организации защиты наших рубежей. Если у вас есть претензии к нам — самое время их озвучить!

Локьё фыркнул и махнул рукой: брось, мол, нести эту пафосную чушь.

Кроны деревьев качнуло ветром, и в воздухе разлился шелест — садилась крупнотоннажная шлюпка. Медицинская.

— Ну, хоть не хаттская, — пошутил Локьё.

Шлюпка повисла за храмовой оградой. Командующий объединёнными силами Юга, лендсгенерал Колин Макловски выпрыгнул из неё и пошёл через сад к поселению эйнитов.

Шлюпка тем временем поторопилась выплюнуть медицинскую гравикапсулу, и резко пошла вверх.

Капсулу пришлось поднимать автономно, задействовав её довольно примитивные двигатели, чтобы провести над невысоким забором, а потом уже спускать в прихрамовый сад.

Это был явный косяк пилота, и Дерен бросил целоваться. Без него бы не справились — в сопровождении шлюпки остались медики да разведчики.

И только когда капсулу разгерметизировали, храмовая община ожила.