Маргарет Уэйс - Звёздные стражи

— Храни вас Бог, — ответила она скорее по привычке, не вкладывая особого смысла. Но центурион принял ее слова как благословение и поклонился. Дверь открылась, и он ушел.

Мейгри осталась одна, если не считать центуриона, лежавшего без сознания на кровати. Барабаны били, призывая всех поторопиться. Дрожащими руками она сняла с себя синее бархатное платье. Посмотрев на него долгим взглядом, свернула и бросила в угол каюты.

Что бы ни случилось, она уже никогда не наденет этого платья.

«Голубой легион», — повторила она мысленно. Быстро облачившись в легкий летный костюм, критически посмотрела на себя в зеркало. К счастью, костюм был велик и скрывал ее фигуру. В шлеме, закрывавшем голову и лицо, в костюме, сидевшем, как балахон, никто не узнает ее. А шлемофон до неузнаваемости исказит голос.

«Голубой легион», — еще раз повторила она про себя, и волнение охватило ее. Торопливым движением Мейгри закрутила волосы в пучок. — Что ж, это не Золотой легион, но название вполне подходящее. Боже, помоги нам! Действительно подходящее!»

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

И мечтать, мечтать, что я снова дома!

Оглушающий грохот наполнял ангар. Огромные лебедки, тянувшие космолеты к ремонтным ямам, гремели, скрипели, визжали. Удары молотков и шипение лазерных, сварочных агрегатов сопровождались крикливыми командами и руганью на всех известных языках. Роботы пищали, жужжали, вовремя оказывались под рукой или путались под ногами, и тогда их награждали пинками, отсылали, снова призывали, и роботы смотрели на суету и сутолоку людей самодовольно спокойно. Посреди этого хаоса небольшие группки пилотов стояли, болтая между собой, и ждали, когда будут готовы их космолеты. Некоторые имели рассеянный вид, очевидно, вспоминали о родных и близких, находящихся где-то далеко. Другие совещались с командирами подразделений или уже крутились возле своих космолетов, проверяя их готовность до мельчайших деталей, потому что в бою их жизнь порой могла зависеть от плохо завинченного болта, и тут уж не спасала никакая новейшая технология.

Все пилоты были возбуждены, с нетерпением ожидали момента, когда можно будет ринуться в бой. После многомесячного пребывания в космосе, скуку которого нарушали лишь случайные полицейские акции да бесконечные маневры, всё, даже перспектива попасть в космическую пылевую бурю, приветствовалось. Пилоты терпеливо переносили адский грохот, кричали, срывая голос, чтобы услышать друг друга, или надевали шлемы, чтобы переговариваться через шлемофоны, а то, раздраженно покачав головой, уходили. Один пилот, стоявший в стороне, едва сдерживался, чтобы не пуститься в пляс.

Одетая в болтавшийся на ней летный костюм, в шлеме, который она не решалась снять — вдруг кто-то узнает ее и отошлет к Сагану, — Мейгри стояла растерянная, смущенная и… счастливая. Как никогда. Ощущение было такое, будто она после многих лет изгнания услышала гимн любимой родины. Это так возбуждало, что она с трудом сдерживала себя и на несколько минут погрузилась в молчаливую молитву: Ей даже в голову не пришло контролировать свои мысли, чтобы Саган не узнал, где она находится. К счастью, он был слишком занят, чтобы в такое время обращать внимание на женщину, которая, как он был уверен, кипит от злости в своей каюте.

Но где Голубой легион?

Основным правилом для любого, кто находится не там, где ему положено, и при этом не хочет быть пойманным, является умение не подавать вида, что ты посторонний. Идти надо решительно, быстро и обязательно держать что-нибудь в руках. Подобрав планшет, оставленный командиром подразделения, Мейгри засунула его под мышку и начала пробираться сквозь толпу, бормоча извинения направо и налево и бросая быстрые взгляды в разные стороны в поисках эскадрильи. Однако все ее старания ни к чему не привели. Голубого легиона она так и не обнаружила, а время уходило.

— Эй, — сердито крикнула она, остановившись перед замотанным работой механиком. — Голубой легион перебазировали, что ли?

— Где ты, черт возьми, был? — спросил механик, вытаращив глаза. — Конечно, перебазировали. В шестой отсек. — Он показал грязным пальцем в дальний конец ангара.

Кивнув головой в знак благодарности, Мейгри поздравила себя с удачей и поспешила в шестой отсек. Проскользнув под крылом «Ятагана», она вышла на открытую площадку и чуть не врезалась с размаху в широкую спину Сагана.

Мейгри отступила в тень от подъемника и прислонилась к какой-то балке. С трудом перевела дыхание.

«Вот к чему приводит самоуверенность, — сказала она себе. Выступивший на лице пот скатывался по шее, но она не решалась снять шлем, чтобы вытереть его. — Конечно, теперь понятно, почему легион перебазировали. В нем летает Дайен. Маркус говорил об этом, а ты не обратила внимания. Но тогда какого черта здесь Саган?»

Вокруг Командующего собралась целая толпа, и спрятаться от его взгляда было нетрудно. Выглянув из-за балки, Мейгри увидела в толпе рыже-золотистое пятно и узнала Дайена. Теперь было понятно, почему Саган здесь, тогда как должен быть в десяти других более важных местах, где готовятся к нападению врага. Змий соблазнял Еву еще одним яблоком.

Мейгри глубоко вдохнула, выдохнула, и стекло шлема затуманилось. В конце концов она не одна здесь. В шестом отсеке толпились пилоты, с завистью и восхищением рассматривая реконструированный и модифицированный «Ятаган». Мейгри вспомнила, что, изучая библиотечные файлы, натолкнулась на описание именно такого корабля, но она и представления не имела, что Командующий воплотил замысел в реальность.

— Я участвовал в проведении испытательных полетов на нем, — услышала Мейгри, как один пилот говорил другому. — Красота. Выделывает пируэты, как шестиногая танцовщица.

— Почему Командующий отдал его мальчишке?

— Не просто мальчишке, а истинному наследнику. Тому, кого мы собираемся снова посадить на престол. — Склонив голову к соседу, пилот что-то зашептал.

«Проклятие! — подумала Мейгри. — Здесь все говорят, как бунтовщики». Она подошла ближе к группе пилотов, чтобы еще послушать.

— Я рад, что не попал в Голубой легион. Их тут всех хотят превратить в нянек. Командующий решил дать возможность пареньку понюхать пороху, но при этом не обжечься.

Пилоты, чей разговор Мейгри подслушала, ушли. Толпа начала расходиться. Командующий тоже отошел, торопясь к своему космолету. Мейгри читала о «Гемокопье», как он называл его, и ей захотелось взглянуть на космолет. Управление космолетом осуществлялось так же, как гемомечом, с помощью умственных и физических импульсов. Фактически космолет становился придатком пилота, реагируя на мысленные приказы, чтобы не тратить время на перевод мысли в действие.