Фарид Джасим - Властелин Севера

Битва тем временем подошла к концу. Почти все хримтурсы были убиты, и Хигелак отрядил пару сотен человек, чтобы они продолжали преследовать, выискивать и уничтожать всех оставшихся турсов, которые, побросав оружие, стали разбегаться во все стороны, словно испуганные тараканы. Остальные выжившие воины устало брели вслед за двумя ильвингами к пригорку, на котором громоздилась громадная туша черного дракона, а рядом стояли Вульф и его друзья.

Ирмин-конунг поднял правую руку, сжатую в кулак, глядя на бредущих к нему витязей.

— Победа!! — закричал он.

— Победа!! — отозвались его братья и другие воины.

Вульф стоял на прежнем месте, а Хигелак и Сигурд взбежали вверх по склону, чтобы заключить своего брата в объятия. Вульф обнялся с ними и отступил в сторону, приветствуя собирающихся у подножья холма воинов. Он увидел окровавленные, измученные, но, тем не менее, радостные лица Асмунда, Фолькхари, Гейрера и других дружинников.

— Спасибо, что помог так во время! — воскликнул Хигелак, хлопая старшего брата по плечу.

— Это невероятно, но мы все-таки победили! — засмеялся Сигурд, а когда заметил, что Вульф не улыбается, спросил:

— Что ты так хмур, братец?

— Не меня вам нужно благодарить, — с мрачной торжественностью произнес Вульф, — а ее!

— Кого? — не понял Хигелак.

Вульф опустился на корточки и отбросил край плаща, чтобы открыть бледное лицо Хильдрун.

— Это Хильдрун! — хором воскликнули Хигелак и Сигурд.

— Что? — вскричал Фолькхари и побежал вверх по склону, прихрамывая на раненную ногу. — Что с ней?

Фолькхари остановился как вкопанный, когда увидел свою мертвую дочь.

— Хильдрун!! — закричал старый хордлинг, падая на колени рядом с ней.

Вульф положил руку ему на плечо и тихо сказал:

— Твоя дочь — героиня Мидгарта, Фолькхари. Ее жизнь и жизнь моего ребенка, который погиб вместе с ней в ее утробе, это цена, которую нам пришлось заплатить за эту победу.

Сигрун невольно сжала кулаки, услышав эти слова, а Фолькхари отпустил Хильдрун и медленно поднялся на ноги. Его глубокие голубые глаза заблестели в розовом свете заходящего солнца.

— Как это произошло? — спросил он дрожащим голосом.

Вульф опустил взгляд и покачал головой. Разве мог он сказать, что принес в жертву того, кто любил его, и кого любил он, сам того не зная?

На выручку Вульфу пришел Хельги. Он сказал, обращаясь к Фолькхари:

— Мы справим великую тризну по твоей дочери. Пусть Хольда хранит ее душу в своих сияющих чертогах.

Собравшиеся здесь воины стояли в угрюмом молчании, и с опаской поглядывали на сидевшего неподалеку черного дракона, который закрыл глаза и положил голову на траву, не обращая никакого внимания на стоящих поблизости людей.

Вскоре солнце скрылось за вершинами холмов, и на землю опустились сумерки. Хигелак и Сигурд рассказали Вульфу о происшедшем сражении, и о том, как оно началось. Вульф был поражен коварством турсов, которые поймали его дружину в ловушку. Это привело к катастрофическим последствиям. Вульф отправил несколько десятков человек собирать раненых, чьи тела лежали разбросанные по всему полю битвы вперемешку с тушами троллей и хримтурсов. Пожары, вызванные колдовством ётунов и огненным дыханием Нидхёгга, постепенно затухали. Все поле было покрыто лужами человеческой и турсовой крови, земля была разворочена колдовскими молниями, словно ее только что вспахали.

По примерным подсчетам Хигелака, в дружине оставалось около пятнадцати тысяч человек, и еще три тысячи раненных. Такая новость ввела Вульфа в уныние, усугубляемое тем, что погибли также многие из героев — вождей кланов. Асгейрер Аганлунг, Альфвард из Бургундархольма, Хлёддвар Златоус и многие другие князья пировали сейчас в чертогах Воданаза. Потом Хельги подошел к Вульфу и с ужасом сообщил, что из его колдунов остались в живых лишь десять человек, шестеро из которых ранены, или лежат совершенно обессиленные. Единственной хорошей новостью для Хельги было то, что Кетилю удалось уберечь кувшин с Кровью Квасира. Это оставляло какие-то надежды на боеспособность вардлоков в случае, если следующее сражение состоится до того, как они смогут восстановить свои силы и залечить раны.

Настал вечер, когда дружина разбила лагерь неподалеку от места сражения, чтобы отдохнуть перед дорогой домой. Людям удалось найти кое-что из съестных припасов, которые они взяли с собой в поход и которые были в суматохе растеряны, когда ётуны начали атаку. Они разделили их поровну между всеми воинами, и каждый получил, хоть и немного, но все же какую-то еду.

Вульф, Хельги, Сигрун, Сигурд, Хигелак и Сиггейрер сидели вместе возле костра, беседуя о происшедших событиях. Все очень устали и скоро собирались отойти ко сну. Вульф не притронулся к своей порции еды и отдал ее Сигрун, но девушка конечно отказалась. Вульф не стал ее уговаривать. Он лег на спину, заложив руки под голову. Рядом с ним лежало тело Хильдрун, по-прежнему завернутое в плащ. Он не разрешил отнести его на одну из сохранившихся повозок, как предложил Хигелак.

Вульф почти не участвовал в разговоре. Он лежал с закрытыми глазами, перед его взором проносились события последних дней, воспоминания и мысли. Лежа так некоторое время, он не заметил, как заснул.

Разбудил его встревоженный голос Сигурда.

— Вульф, вставай! — кричал он, дергая его за руку.

Вульф приоткрыл глаза и сел.

— В чем дело? — сонным голосом спросил он и посмотрел на брата. Его голубые глаза горели волнением и тревогой.

— Дурные вести, Вульф. Наши дозорные обнаружили огромную армию турсов. Они движутся сюда в боевом порядке.

— Что?? — Вульф вскочил на ноги, словно ужаленный. — Откуда они взялись?

— Не знаю, — дернул плечами Сигурд, — Но их тысячи! И с ними полно ётунов!

— Проклятье!! — взревел Вульф, хватаясь за оружие.

— Это могут быть только турсы из Ушлуфьердра! — воскликнул стоявший рядом Хельги.

— Да, но как они оказались здесь так скоро?! — недоумевал Вульф.

— Колдовство, — в голосе Хельги не было ни капли сомнений.

— Как далеко они?

— Два-три полета стрелы! — ответил Сигурд.

— Хельги, готовь своих людей! — приказал Вульф, надевая шлем.

Хельги кивнул и исчез в темноте, а Хигелак загудел в рог, командуя воинам готовится к бою. И тут ночное небо озарили десятки огненных шаров, опускающихся на лагерь людей.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

На Свергарт опустился вечер. Серебреный месяц, набиравший силу и мощь с каждой ночью, повис в небе среди ярких звезд. Вальхтеов сидела на скамейке возле дома вместе с Йордис — хозяйкой Свергарта и беседовала с ней о текущих событиях. В гарте было тихо, многие уже отправились ко сну. Воздух был свеж и прохладен, земля источала благоухание после прошедшего дождя, слышался стрекот кузнечиков.