Локки 5. Потомок бога - Евгений Валерьевич Решетов

И оно не подвело меня. Выхаркнуло в голову мощный заряд гнилостно-зелёной магии. Крушитель лишь успел изумлённо хрюкнуть, после чего в его шлем ударил магический поток. К сожалению, магия не пробила доспех, но каким-то образом раскалила шлем докрасна.

— Ар-р-р! — завопил от боли великан и, вскочив на ноги, сорвал с башки шлем и отшвырнул его.

Заскорузлая, покрытая волдырями кожа на лысой шишкообразной голове Крушителя покраснела и дымилась. А на его узком выпирающем лбу истекали гноем язвы. Плоский нос с вывернутыми наизнанку ноздрями с шумом выпускал воздух, маленькие глаза блестели, а огромный рот со здоровенными клыками оказался открыт, демонстрируя раздвоенный язык.

— Даже не знаю, с какими зверьми ты в родстве, — дёрнул я головой, выпрямившись во весь рост.

Крушитель зарычал и обвёл площадь диким взглядом, в котором боль смешалась со страхом. Возможно, впервые в жизни он испугался, почувствовав приближение поражения.

Зверолюды почувствовали это и начали взволнованно переглядываться. Один самый умный метнулся в проулок и рванул прочь.

— Кто ты? — прохрипел Крушитель, косясь на молот.

— Наверное, будет честно, если я покажу свой истинный лик, — проговорил я и снял иллюзию, которую всё это время поддерживал. — Я Человек из-за Стены.

Зверолюды ужаснулись, а люди ахнули.

— Я слышал о тебе, — прогудел великан, хмуря обезображенный лоб, словно силился выкрутиться из ситуации, но у него явно не хватало мозгов придумать что-то эдакое.

Всё же он понимал, что без молота и шлема я быстро лишу его башки.

— Можешь помолиться Сваргу перед смертью, — разрешил я, решив поиграть на публику.

Крушитель облизал раздвоенным языком тонкие губы в нарывах и вдруг бухнулся на одно колено.

— Я предлагаю тебе свою верность. Я буду служить тебе. Говорят, что ты жрец Сварга, и я сам видел, на что ты способен. Тебе подчинился молот, благословлённый им.

Люди ахнули ещё сильнее, буквально в едином порыве. А группа поддержки великана не знала, что им делать. Они просто застыли, тараща зенки.

Я же прикинул, что мне в хозяйстве пригодится такой танк.

— Слово в слово повторяй следом за мной слова клятвы, — начал я и продиктовал ему зубодробительно сложную клятву, от которой невозможно избавиться, не нарушив её.

Конечно, я призвал в свидетели даже богов. И Крушитель всё повторил за мной.

— Отлично, а теперь вставай. Бери своё оружие. Отныне ты служишь мне и выполняешь мои приказы.

— Да, господин, — прогудел тот и принял вертикальное положение.

— Помни о своей клятве.

— Что мне делать с ними? — кивнул великан на зверолюдов и добавил, следуя какой-то своей логике: — Убить? Они оскорбляли тебя.

— Мы тоже будем служить тебе, господин! — заголосили наперебой хаоситы, упав на колени.

А почему, собственно, и нет? Конечно, хотелось наказать их за то, что они обзывали меня. Но с другой стороны, я же не юнец какой-то вроде Громова. Это он всех хочет наказать за малейший кривой взгляд. Понятное дело, что хочет наказать, находясь под моей защитой. А вот как только он останется один, так сразу же потеряет свою любовь к нагибанию других. Так вот, если рационально рассуждать, то зверолюдов стоит простить и взять себе в услужении.

— Ладно, идите сюда, заблудшие рожи, — махнул я им рукой.

Они подбежали ко мне, виновато отводя глаза, как нашкодившие псы. А я снова произнёс слова клятвы. Они повторили их и сразу же воспрянули духом, посчитав, что теперь-то я точно не буду им мстить.

— Ждите здесь, я сейчас, — приказал я своим новым слугам и пошёл в сторону храма.

Всеобщее внимание людей я почувствовал ещё за несколько метров до храма, но не стал входить в главный зал, а телепортировался через окно на второй этаж. Тут уже толпились и дети, и взрослые. А чуть в стороне шептались Волчица и Рысь.

— … А как он в постели, этот Человек из-за Стены? — услышал я шёпот Волчицы. — Так же хорош, как и в бою?

— Не знаю, мы с ним не спали, — буркнула девица, попутно заметив моё появление.

Волчица тоже увидела меня, но всё-таки сказала, вроде бы продолжая беседовать с Рысью, но глядя при этом в мою сторону, да ещё и широко улыбаясь:

— Большое упущение с твоей стороны. Уж я бы показала ему огонь в постели, если бы он обратил на меня внимание.

— Помолчи, а? Трещишь и трещишь, — огрызнулась Рысь и пошла ко мне.

— Кхем-кхем, — прочистил я горло, чувствуя на себе многочисленные взгляды, пропитанные чуть ли не священным трепетом. — Итак, дамы и господа, нужно решать, что делать дальше.

Никто мне не ответил, даже Рысь. Все просто молчали и смотрели на меня, словно ждали, что именно я решу, что им всем делать и как быть дальше.

— Тогда слушайте мою команду. Собирайте вещички и идём на территорию клана Сломанного рога! — проговорил я.

Ясен хрен, что никто мне перечить не стал. Хаоситы мигом рассосались, принявшись собираться в путь.

* * *

Петроградский осенний вечер освещали кованые фонари, окна домов и фары проезжающих машин. Ангелина и Ульян сидели в неприметном сером автомобиле, припаркованном напротив отеля «Божественный замок».

По радио опять выступал какой-то жрец, призывающий императора отправить войска в Пустошь.

— Что думаешь? — кивнула девушка на радио.

— Один из старых друзей шепнул, что полки уже собираются возле Стены, — ответил мужчина, почесав крепкими ногтями подбородок, покрытый седой щетиной. — Война будет жестокой. Думаю, нас тоже могут туда отправить, чтобы мы выискивали предателей среди бойцов. Опасное предстоит времечко.

— Неужели ты трусишь? — удивилась красотка, округлив зелёные глаза.

— Нет, просто переживаю, что тебя там могут убить, и тогда мир лишится таких выдающихся округлостей, — усмехнулся Ульян, стрельнув сальным взглядом по девичьей груди, обтянутой шерстяным свитером.

— Опять ты за свои тупые шуточки, — скривилась та. — Давай лучше поговорим о деле. Ректор академии недоволен, говорит, что может и сорваться, если Громов доведёт его.

— Да и хрен с ним, с этим ректором. Он всегда бурчит. Я уже третий раз с ним работаю. В предыдущий раз мы среди его кадетов нашли хаосопоклонника. Это был сынок очень уважаемых людей. Пришлось устроить «несчастный случай», но предварительно мы, конечно, вытянули из него всё, что он знал.

— Потом расскажешь подробнее. А сейчас надо придумать, как поступить с Громовым. Чувствую, он откажется работать с нами.

— Может, устроим ему проблемы, а затем поможем их решить? — предложил Ульян.

— Нет, его такими приёмами не прогнуть. Надо действовать по-другому, более мягко. Надо заставить его работать с нами по доброй воле.

— И что ты сделаешь? Прыгнешь к нему в постель?