Джайн Зар. Буря Тишины - Гэв Торп

стали задавать вопросов, когда он прислал Даэтрака Демарра, чтобы доставить дракона Маэнсит в его дворец.

— Леди приказала нам не развязывать бой, — дополнил другой освежеванный кабалит. — Сказала, что нам не превзойти мощь кабала Черного Сердца.

— Она была права, однако ничего хорошего не вышло из ее приказа. — Лицо Май Дорайна вновь исказилось от боли. — Боль чувствуется в каждой косточке, хоть я и не могу пошевелить ничем, кроме лица. Для меня эти мучения хуже, чем сожжение кожи, которой у меня больше нет!

— Даэтрак еще чем-то угрожал? Что они уготовили для Маэнсит?

— Доставить ее к Векту в сохранности, — промолвил Май Дорайн. — Она стала спорить и сопротивляться, выигрывая время для остальных, чтобы они сбежали по стапелям на корабли и прихватили с собой оружие. Однако некоторые из нас остались, дабы прикрыть отступление.

— Значит, часть ее армии выжила? Ее флот?

— Не думаю, что они отблагодарят ее за преданность, — усмехнулся Май Дорайн. — Двадцать циклов прошло с тех пор, как леди похитили, а она так и не вернулась.

— Бьюсь об заклад, они либо примкнули к иерарху, либо вернулись к архонту, — сказал эльдар, после чего его одолел сухой кашель.

— Зачем они уничтожили рощи? — Джайн Зар указала на пустошь, раскинувшуюся за окном.

— А почему бы и нет? — произнесла кабалитка, висевшая слева. Кожа свободно болталась на ее острых скулах и подбородке. — Без дракона Зимняя башня потеряна.

— Маэнсит заставили наблюдать за разрушениями, — объяснил Май Дорайн. — И за нашим… пленением. Она знает, что ей ни к чему сюда возвращаться. Они умертвили всю ее надежду на побег или помилование. Я полагаю, что Вект вдоволь навеселится с ней, а после отдаст леди в руки иерарха Кхиадизиса.

— Неужели мародеры ничего не оставили после себя?

— Что ты имеешь в виду, Буря Тишины?

— На чем можно добраться до Комморры.

— Остались суда, спрятанные в пещерах под мертвым лесом. Я думаю, что они все еще там. — Май Дорайн медленно покачал головой. — Но теперь от них нет толку. Вект заполучил желанную добычу, и никто не сможет вырвать леди из его лап. Если отправишься в Темный город, ты оттуда не вернешься. Никто не возвращается.

— Я лорд-феникс. Я хожу там, куда ведет меня мой Путь.

— А что насчет нас? — выкрикнул Май Дорайн, когда Джайн Зар направилась назад к лестнице. — Что насчет наших мук?

— Все и каждый из вас — работорговцы, убийцы родни, пираты и мучители. Страдайте так же, как страдали ваши жертвы. Если Вект решил, что такова ваша судьба, значит, я не стану злить его, пытаясь ее изменить. Пожинайте то, что сами и посеяли.

Хор просьб, ругани и выкриков последовал за ней, когда лорд-феникс зашагала вниз по ступеням, и еще слышался снаружи разрушенной башни. Шум не прекращался, даже когда она вышла к пустоши в поисках спрятанных кораблей. Ветер донес последние слоги их проклятий до Джайн Зар перед тем, как она зашла вглубь опустошенного леса.

Следуя совету немертвого канцлера, Джайн Зар обыскала залы под лесом и в конце концов обнаружила простенький рейдовый катер неподалеку от руин. Через несколько мгновений ее разум проник в примитивный дух, вселенный кабалитами в сеть корабля. Подобно опытному ездоку, который в твердой руке держит лошадиные поводья, лорд-феникс быстро укротила упрямое судно, и затем полуразрушенная Зимняя башня уступила место извилистым коридорам Паутины. Вместе с руинами позади остались и духовные вопли их обреченных обитателей.

Корабль прекрасно знал дорогу до Темного города, отчего Джайн Зар с удовольствием разрешила ему самостоятельно прокладывать курс через все усложняющийся лабиринт паутинных врат и туннелей, расположенных вокруг Комморры. Они пронеслись через огромные купола, на стенах которых все еще бушевали огни древних битв, и мимо карманных царств, окаймленных сторожевыми башнями, словно рядами клыков.

Туда и обратно поодиночке или небольшими флотилиями мелькали другие корабли, возвращающиеся с налетов, а в это время ткань Паутины содрогалась от душевных мук пленников, толпящихся в трюмах, и трепетала от триумфального возбуждения их экипажа.

Время от времени корабль Джайн Зар привлекал к себе нежелательное внимание. То и дело к ее судну приближались патрульный скиф или боевая баржа, окликали его и требовали полной остановки. Лорд-феникс не собиралась исполнять никакие требования, ибо их угрозы открыть огонь были лишь фарсом: Вект не одобрял открытого противостояния внутри своих владений без предварительной оценки возможных последствий.

Однако все переменилось, когда корабль Зимней башни завел ее в Низвергающуюся Бурю. Портал, выглядящий как радужный занавес, растягивался на несколько паутинных каналов, блокируя любое продвижение. Черные башни и покрытые шипами оборонительные форты грудились кольцом, а от их прицельных лучей по системам позаимствованного Джайн Зар судна прошла волна беспокойства.

Даже в этом месте не было никакой центральной власти, за исключением маячащей тени господства Асдрубаэля, и оттого караульные лодки и боевые галеры бросались на всякого, кто приближался к порталу. Они соперничали друг с другом за право засады и атаки, пытаясь отобрать подношения у судов, держащих путь в Темный город, и обмениваясь предупредительными очередями, приближаясь к избранной цели.

Джайн Зар ощутила на себе пристальное внимание огромного линкора, который оказался в сто раз крупнее ее судна, — одним выстрелом из любой энергетической пушки он сумел бы разрезать корабль лорда-феникса от носа до кормы. С оглушительным ревом приблизившийся линкор вбил коммуникационный сигнал в системы небольшого корабля, грубой силой передавая его на ретранслятор, что послужило своеобразной демонстрацией силы и власти еще до начала разговора.

На борту не было голографической связи — только кристаллический экран, встроенный в основной пульт, который находился над навигационной панелью управления. Монитор загорелся белым, а затем рубиново-красным, когда изображение с подлетающего линкора вспыхнуло на экране и отобразило силуэт головы, покрытой шлемом с острыми клинковыми гребнями по бокам.

— Отключите энергопитание и ожидайте осмотра его господствующим величеством архонтом Найдазааром! — приказала скрытая мраком фигура. — По воле кабала Шипастого Глаза вы не станете сопротивляться абордажной группе.

Джайн Зар коснулась панели около экрана, активируя связь на своей стороне. Силуэт в мониторе дрогнул от неожиданности, когда на его экране появилось лицо лорда-феникса — лицо, созданное по подобию образов из древних эльдарских святилищ, выгравированное на сотнях аспектных храмов искусственных миров и известное всем расколотым кланам.

— Я не отвечаю на требования смертных, комморрийская тварь! — Джайн Зар знала, что только еще более грубое поведение сможет подавить нападки капитана линкора. Она была бесценной добычей, а высокое положение могло защитить ее лишь ненадолго. — Я Буря Тишины, азурия, дочь Кроваворукого. Если архонт Найдазаар желает мне что-то приказать, пусть он поднимется на мой