Противоборство Тьме - Максим Владимирович Виноградов

из добытчиков молоко пьют. Ну они у меня и спрашивают, почему мол, я еще молоко не получаю, за вредность. Иди мол, к табельщице, она тебе талоны на молоко выдаст. Ну я и пошел. А эти шутники еще и табельщицу подговорили. Женщина, значит, не моргнув глазом, выдает мне эти самые талоны. И надо было видеть глаза продавщицы в магазине, когда я туда с такими бумажками приперся. Ну и ржали надо мной долго еще, все спрашивали, где мое молоко по талонам.

Так что, с тех пор я считал себя тёртым калачом и на такие разводки не поддающимся.

– Что ж ты такой сложный, Глеб, а? – Ян даже руками всплеснул, – Ну пошли тогда вместе!

Он накинул плащ, схватил удостоверение и повел меня из гостиницы. Офис Центробанка мы нашли в шаговой доступности – буквально за углом.

Зайдя внутрь, Стрелок не стал заморачиваться очередью, а сразу прошел в кабинет начальника отделения, поманив меня следом.

– Покажи удостоверение! – приказал он.

Я показал.

– Будьте добры, выдайте этому охламону тысячу марок, – мягко попросил Стрелок у начальника.

Тот с готовностью сам сбегал за требуемой суммой, из ящика стола появился бланк расписки, клерк терпеливо помог правильно заполнить нужные строчки. Я поставил подпись, громко бухнула печать, банкир передал мне деньги и копию документа. Из банка я вышел ошарашенный, с кипой банкнот в одной руке и распиской в другой.

– Ну что, теперь поверил? – поинтересовался Стрелок, с удовольствием наблюдая за моей растерянностью.

Я пока еще не до конца осознал развернувшиеся перспективы, но красивые бумажки свеженапечатанных марок говорили сами за себя.

– А за чей это счет, интересно? – спросил я, когда мы возвращались в гостиницу.

– Да как обычно, за счет них, – Ян указал на проходящего мимо незнакомого мужчину, – За счет налогов от простых обывателей.

– Понятно… – разочарованно протянул я.

– А насчет одежды не беспокойся, чуть позже привезут костюм, – проинструктировал меня Стрелок, – Одевайся и собирайся к семи вечера, поедем на место все вместе.

В номер я сразу не пошел, а заскочил сначала в ресторан, где сытно отобедал, стараясь ни в чем себе не отказывать, раз уж проблема денег больше не стоит. Наелся от пуза, даже разморило слегка.

После еды поднялся к себе и остаток дня провалялся на диване, дочитывая книжку Ангуса до конца. Прервался только, когда раздался стук в дверь – привезли костюм тройку, сшитый на заказ. Сразу надевать не стал, чтобы не испортить, все же не привычен я к такой одежде.

Вечером за мной заскочил Стрелок. Я был уже одет, так что подгонять ему не пришлось. Григория и Вольфа встретили по пути в вестибюль, а Анжела, как и подобает девушке, заставила себя немного подождать. Когда мы вместе вышли из гостиницы, нас встречал шикарный лимузин, внутри восседал невозмутимый Ханс с неизменным стаканом виски в руке. Загрузились и поехали.

Я с улыбкой оглядел отряд, слишком уж необычно и торжественно все выглядели.

Мощный огромный Вольф, которого костюм обтягивал, как перчатка. Казалось, стоит ему чуть свести плечи и пиджак с рубашкой разойдутся по швам.

Стройная, изящная, почти хрупкая Анжела в красном вечернем платье. Из украшений – только кулон на шее, косметики, похоже, вообще нет.

Григорий, единственный кто надел фрак, причем смотрелся он в нем, как истинный аристократ. Осанка, выправка, манеры, умение держаться – а ведь и правда, раньше Химик был графом.

Ян оделся в шикарный смокинг и походил на франта или столичного щеголя, любимца дам и завсегдатая салонов.

Ханс оделся по последнему писку моды и в тоже время крайне официально. Он больше походил на какого-то министра, а не на спецагента.

На себя я посмотрел в зеркало, в номере гостиницы. Не сказать, что результат порадовал, все-таки не мое это – официальные наряды. Но первоклассный костюм даже на мне сидел хорошо.

– Слушайте сюда, – привлек общее внимание Босс, – Все входы и выходы под контролем жандармов, помещения внимательно осмотрены. Наша задача – контролировать ход мероприятия, если появится советник – незаметно изолировать и допросить. В случае любых неприятностей – по возможности быстро и не привлекая лишнего внимания эти неприятности устранить. Всем понятно?

Переглянулись, я кивнул головой, подтверждая, что осознал.

– Работаем как обычно? – спросил Ян.

– Разбиваемся на пары. Клык – на тебе физическое устранение объектов, Анжи – силовая поддержка. Химик – пойдешь со мной, осуществляем общий контроль и управление операцией. Малек – не отходи ни на шаг от Стрелка. Ян – ты наше оружие последнего шанса. И приглядывай за Мальком.

Ян подмигнул мне и дружески хлопнул по плечу.

– Оружие при тебе?

– Обижаешь, Босс, – Стрелок демонстративно провел ладонью по телу, – Все сделаем в наилучшем виде!

Ехали еще долго, около получаса. Все это время я находился в какой-то эйфории, словно предвкушая что-то необычайное. И, по сути, так и вышло.

Никогда раньше я не видел подобных дворцов, подобной роскоши, света, богатства. Разве что в мечтах, да и то – человек может мечтать лишь о том, что в силах представить, а вообразить такое я пока что не в состоянии. Сложно даже подумать, что где-то, в нескольких сотнях метров отсюда, ходят обычные люди, одетые в пыльную одежду и наступающие в грязь на мостовой. А здесь, буквально рукой подать – царство золота, мягких ковров и невероятных нарядов.

Бал проходил во дворце, в огромном зале, размером, наверное, с футбольное поле. Чего тут только не было! Разнообразные развлечения и украшения, барные стойки со всевозможной выпивкой, столы с угощениями и напитками на любой вкус, фонтаны и бассейны, иллюминация и фейерверки. В центре нашлось место для отдельной террасы с коллекционным мехмобилем, сверкающим хромированными деталями кузова. По краям зала расположились несколько широких балконов, где можно уединиться небольшой компанией. В дальней части сверкала огнями танцевальная площадка, играл вокально-инструментальный ансамбль.

И люди, сотни людей! Куда не глянь – глаз упадет на какого-нибудь важного господина или прекрасную даму в вызывающем наряде. И ведь не простые это люди – каждый или министр, или еще какой депутат.

– Нам сюда, – Стрелок махнул головой на балкон, – Займем позицию для наблюдения.

Вежливо расшаркиваясь со встречными, мы поднялись по лестнице и устроились на балконе у резной балюстрады. Место хорошее, весь зал идеально просматривается, как на ладони. Чем мы и воспользовались, оглядывая происходящее веселье.

Анжела и Вольф, взявшись под руку, неторопливо прошествовали к бару, где разжились парой бокалов шампанского.

Ханс и Григорий, пройдя дальше в зал, смешались с толпой и вели непринужденную беседу с группой представительных господ. При этом я заметил, что Босс постоянно контролирует территорию, держит зрительный контакт и с Вольфом, и со Стрелком.

– Смотри внимательно, Глеб, – тихо проговорил Ян, в его голосе прорезались нотки презрения и горечи, – Все эти люди кажутся высшим светом, элитой общества. А на деле – каждый первый здесь подонок и самый распоследний лицемер. Каждый ведет какую-то свою игру для личного обогащения или возвышения. У каждого в шкафу скелет и, наверняка, не один. Ручаюсь, что любой из этих господ в свое время воровал, убивал, предавал или сделал еще какую-нибудь подлость, низость. Иначе к власти не пробиться!

– С чего ты взял? – удивился я, – По мне люди как люди.

– Э-э-э! Ты еще мал и глуп. А я успел повариться в этой кухне, отлично знаю ее изнутри.

Он повел рукой вокруг, а потом разочарованно махнул.

– Вот, казалось бы, приходит к власти хороший человек, честный, искренне желающий сделать мир лучше. А потом, как это везде заведено, начинает он расти, карабкаться по карьерной лестнице. И чем выше забирается, тем меньше от того добряка остается, тем больше в характере появляется звериных черт. До верхушки доходит и вовсе злобная лживая тварь, а не человек.

Я ошарашено молчал, не знал, что в моем спутнике есть столько ненависти.

– К другим людям они также относятся, – продолжил Ян, – Как к грязи. За лицемерными речами всегда скрывается банальная жадность, страх и пренебрежение. Сами живут, как бесполезные трутни, и других стремятся низвести до состояния скота – покорного, нежизнеспособного, раболепного.

Да уж, не ведаю, что случилось у Яна в прошлом, но похоже, пришлось хлебнуть лиха, судя по тем чувствам, что он питает к власти.

– Ну а мы? – упрямо спросил я, – Мы ведь тоже, по сути, на власть работаем?

– Ну нет, мы работаем на Босса, а это другое!

– Почему?

– Ханс никогда своих не сдаст. И сделает из тебя человека. Во всяком случае так, как он это понимает.

Помолчали. Я разглядывал тех, о ком так нелицеприятно отзывался Ян. Поймал себя на том, что заглядываюсь на великосветских женщин.

– Пошли! Босс вызывает! – сказал вдруг Стрелок,