Олеся Осинская - Знакомые незнакомцы. Мир в прорези маски

Ознакомительный фрагмент

Признаться, я не совсем поняла, что она имела в виду… Я давно живу самостоятельно, преимущественно в своем доме в Марионе, из которого скрытые порталы ведут в две другие резиденции – в Освале, столице Исталии, и Тиросе, третьем по величине городе королевства, а также в небольшую конурку в центре Нижней улицы столицы (в народе – Разбойной). Денег у приемной матери я не просила с двенадцати лет, как только начала сама работать… Ни мои права, ни свободу передвижения, ни личную жизнь она никогда никоим образом не ущемляла. Выпускать на волю?..

– Да, я слишком опекала тебя и ограждала от реальной жизни, подбирая неопасные, не слишком сложные задания, – задумчиво продолжила она. – Это было оправдано. Ко всему надо приходить постепенно. Но, думаю, пришло время вывести тебя на новый уровень. Не до старости же любовные записки разносить, – намекнула она на мой недавний подработок.

Ну да, молодой богатенький аристократ решил сделать своей возлюбленной, новоявленной звезде местного театра, сюрприз в ее день рождения. Пока та спала, я перетаскала ей в спальню кучу цветов, плюшевых сердечек, записок с признаниями в любви и пару бриллиантовых безделушек. За доставку я получила всего двести лейров – казалось бы, немного, особенно после задания по нейтрализации Азалии, оценивавшегося в тридцать тысяч. Зато для моей служанки Лины двести лейров – зарплата почти за два года, даже при том, что я ей плачу в пять раз больше, чем прежняя хозяйка. А тут всего пара часов работы. С другой стороны, представила себе современную легенду Теней – Джокера. Вот он в темном маскировочном костюме-хамелеоне ползет по стене, цепляясь ногами и одной рукой за трещинки в каменной кладке, а во второй держит прикрытую такой же сеткой-хамелеонкой тяжелую корзину с цветами и любовными записками… И нехотя рассмеялась. Да, Берта права, как-то нереспектабельно.

– Сегодня пришло сообщение о новом задании на предъявителя. И ты за него возьмешься, – тем временем продолжала моя приемная мать.

Я поморщилась: «на предъявителя» означало, что тебе необязательно соглашаться или отказываться, за задание может взяться любой заинтересованный. Плюсом подобного дела являлась ненаказуемость при невыполнении, ведь контракта как такового лично с тобой нет. А минус очевиден – можно все жилы порвать, добираясь до заветной цели, а в конце обнаружить, что тебя уже обскакали. Кто первый – тому и тапки, точнее, гонорар. Ни я, ни Берта такие задания не любили… поэтому сразу последовал резонный вопрос:

– Почему?

– Потому что, милая, я на девяносто девять процентов уверена – ты его не выполнишь. Рассматривай дело как возможность попрактиковаться. Но зато… – Берта сделала паузу и покрутила в пальцах возникший из воздуха золотой десятилейровик, а затем медленно эффектно протянула: – Если спра‑а-авишься… Гонорар – пятьсот тысяч.

Мне въяве послышался грохот собственной челюсти. Полмиллиона! И Берта столь буднично об этом говорит? Это ж не деньги, это… это… За предыдущие десять лет работы я в сумме и половины того не заработала! И уже с этим считалась безумно богатой женщиной. Наверное, именно после таких дел многие Тени навсегда бросают опасный бизнес и удаляются куда-нибудь выращивать цветочки… Хотя что я знаю о действительно серьезных заданиях и о том, сколько они могут стоить.

– Надо украсть амулет посмертной материнской защиты принца Эрика. На работу дается не менее трех месяцев. Задача снимается, если кто-то ее выполнит раньше либо если по прошествии выделенных месяцев сам заказчик откажется в силу личных причин. – Рыжеволосая женщина откинулась в кресле, наблюдая за моей реакцией. А я себя чувствовала пятилетней девочкой, едва усвоившей букварь и которой назавтра сказали сдавать экзамен по иероглифам карийского.

Теперь понятно, почему платят такие огромные деньжищи. Подобный амулет можно получить в одном случае: если мать, умирающая при родах, является магичкой, она может вложить свое благословение и последнее дыхание в любой предмет. Тогда этот предмет становится защитным амулетом необычайной силы. Впрочем, сила тоже зависит от умений матери, а насколько я помню, супруга нашего короля была весьма одаренной женщиной. Учитывая хилое здоровье наследного принца, данная вещица должна приравниваться по важности к артефактам государственного значения и храниться соответственно.

– А как выглядит амулет и где он находится? – уточнила я.

На меня посмотрели как на умалишенную:

– Может, тебе еще и полный перечень ловушек приложить, со схемами их расположения? Понимаешь, дорогая, если бы все было так просто, работа не стоила бы так дорого.

Кое-какими догадками Берта все-таки поделилась, но и они являлись скорее плодами слухов и выводами собственного здравого смысла, нежели фактами. Не имея представления, что делать далее, я перешла порталом в свой столичный дом, побродила вокруг дворца, наслушалась различных сплетен и в конце концов засела в небольшом уютном заведении с иностранным названием «кафе», пытаясь привести мысли в порядок и наметить себе хоть какой-то план.

О высшем свете я знала только то, что мне полагалось знать, – всех членов королевского дома и влиятельных семей и по именам, и в лицо (правда, лица я запоминала по фантомным картинкам, а вживую видела считаные единицы), придворные чины и службы, последние сплетни. Вести себя в обществе умела. Придворный этикет вместе с реверансами в меня намертво вбили еще несколько лет назад. До сих пор полученные знания удалось несколько раз опробовать, преимущественно изображая иностранных аристократок, но, конечно, не в королевском дворце и даже не в столице. Ну что же… раз не знаю, с какого боку подойти, то стоит хотя бы собрать доступную информацию о подобных амулетах, жизни королевской семьи и последних новинках в области охранных устройств, а заодно пообщаться кое с кем из друзей и учителей.

Глава 2

«Привет, Кир! Не мог бы ты по старой дружбе оказать мне одну небольшую услугу? Мне нужен подробный план королевского дворца в Освале и несколько приятельских советов. Предвосхищая отговорки, замечу, что ни на секунду не поверю, будто твоя разведка настолько плоха, что у вас нет подобных чертежей. С уважением, Корни».

Я свернула бумагу трубочкой, обвязала тонкой голубой лентой и запечатала. Достала с полки коробку почмага, опустила туда послание и прошептала короткое заклинание с именем получателя. Из коробки полыхнуло золотистым пламенем, и письмо исчезло.