Совенок. Вода и пламя. Шестая часть - Екатерина Александровна Боброва

что всю важную информацию он регулярно докладывает, а до личного власти не должно быть дело. Личное же.

Получил многозначительное «Ну-ну» и был оставлен в тревожном недоумении.

А потом подготовка к свадьбе, точнее к визиту высоких гостей захватила и его.

Глава 25ч2

И вот оно… Ему бы сосредоточиться на своих задачах и не уронить честь армии и флота перед лицом шакринарцев, а он с собственными детьми проблемы решает. Потому как…

Фильярг посмотрел на дочь оценивающе. Да он от императора меньше проблем ждал!

Четвертый всерьез обдумал вариант объявить дочь больной и запереть в комнате, потому как она точно заставит его понервничать, даже если ничего не натворит… Потом вспомнил о ночных исчезновениях из спальни и отказался от этой идеи.

— Значит так, — Фильярг решил прибегнуть к проверенному способу — загрузить отпрысков каким-нибудь делом, — делегация из империи прибыла вчера. Возможно, — он подчеркнул, понижая голос и принимая заговорщический вид, — они захотят нас проверить. Например, насколько хорошо мы контролируем огонь.

Иль покраснел, смущенно опустив голову.

— Поэтому вы крайне мне поможете, если будете не просто шляться по коридорам, морозить пол под ногами гостей или высыпать им сугробы на голову, а наблюдать. И докладывать обо всем подозрительном! Понятно?

Детвора, просияв, дружно кивнула, и в их глазах загорелся огонек энтузиазма. Фильярг ощутил укол совести — Третий ему такой подставы не простит. Но брату не понять каково это, когда собственную дочь начинаешь опасаться…

— Еще раз повторяю: никуда не лезть. Сообщать ближайшим безмолвным. Ну и не забывайте: сигнал тревоги на браслетах для настоящей опасности, а не игры. Отчет каждый вечер. Лично мне. Ясно?

Дети закивали столь усердно, что Четвертый испугался, что у них оторвутся головы. Он поспешно махнул рукой, отпуская их.

— Ты с ума сошел! — возмутилась жена, с тревогой смотря двойняшкам в след. Фильярг снисходительно усмехнулся — женщина. В Асмасе переживали за детей до того момент, как у них проснется дар и первые месяцы после этого. А потом… следовало не переживать, а тренировать. Ибо огонь… Он знал, что жена ненавидит эту пословицу, но сам он вырос с ней на устах. Огонь любит сильных. И точка.

— Теперь они точно куда-нибудь влезут! — всплеснула она руками.

— Дорогая, тебе не стоит так сильно переживать. Дворец полон охраны, — он обнял ее за талию, прижал к себе, с грустью думая о том, что последние годы были пропитаны заботой о детях, делами, а сами они как-то потерялись в этой занятости. — Это их территория. Огонь не даст в обиду.

— Вот именно! — она стукнула кулачком ему в грудь, взглянула с обидой. — Он слишком их балует и с радостью позволит себя втянуть в любую авантюру. И я до сих пор не понимаю вашей легкости в отношении к детям. Ведь они еще совсем малыши! У нас такие во второй класс ходят.

— Так и наши, — пожал плечами Фильярг, — на втором курсе. Но если их не занять чем-то полезным, они от безделия влезут в еще большие неприятности. А так… слежка прекрасно развивает наблюдательность.

— И ты не ждешь никаких провокаций? — прищурилась Юля.

— Император не дурак, да и хорошо держит своих под контролем. На свадьбе внучки он же не допустил ничего такого… Хотя желающих было предостаточно.

Юля несогласно покачала головой, но возражать против решения мужа не стала. В некотором смысле он прав… Она слишком их опекает по меркам Асмаса. Свекровь уже устала намекать ей об этом.

Перед императором они предстали тем же вечером. Первым в череде праздников шел бал в честь высоких гостей. Потом, собственно, свадьба и следом все положенные мероприятия в честь праздника Сердца Зимы.

Асмас встречал водников настороженно. И это ложь, что обиды забываются. Когда пра-прадед бежал из страны, а его земли были нагло присвоены императорской семьей… Когда на огневиков повсеместно начались гонения, а количество беглецов в Асмас возросло. Когда ими детей пугали… Такое тяжело простить в один миг даже через много-много поколений.

Да и не чувствовали себя асмасцы виновными. Не верили в то, что Листраг был заговорщиком. Не зря ходили слухи о конфликте клана с правящей семьей. Гадали, что именно они не поделили. Но один бежал, а второй… объявил их врагами империи. Еще и стихию в эту вражду вовлек.

Так что шакринарцев откровенно не любили, считая способными на предательство.

И переломить это мнение не могли ни победа в войне, ни брак Пятого с принцессой, ни визит императора — первый в истории страны.

Мокрозадых не любили.

Водники и не напрашивались. В первую очередь им было любопытно, во-вторую — хотелось оценить перспективы… Все-таки один язык, одна вера. Практически братья. Еще и на возвращенные земли начали селиться молодые асмасцы.

Первым поприветствовал высоких гостей король.

Они встретились в центре зала Почтения. Здесь не было трона, дабы никого не ставить в неудобное положение. Стулья и те убрали — постоят. Из зала вообще убрали все голубое и красное, а также белое и серое, остановившись на предложенной ассарой гамме: золото-бежевое и розовое. Вышло ярко, богато и необычно.

А еще здесь не было ни каминов, ни фонтанов. И разметка на полу намекала, что в зале ненавязчиво так действует запрет на магию. Полную. Даже на такую невинную, как улучшение внешности.

— Брат Рельгар, — первым шагнул, ломая этикет, к королю Аврий. Крепко обнял.

— Брат Аврий, — согласился с предложенной игрой правитель Асмаса.

— Они такие разные, — шепнула Юля мужа. Разница действительно бросалась в глаза. Один — высокий статный старик с белой бородой и длинными — снежным покрывалом — волосами. Второй — с короткой стрижкой, без бороды — не выглядел на свои почтенные годы.

— Маги такого уровня выглядят на тот возраст, который хотят, — еле слышно пояснил ей Четвертый. — Просто Аврию уже не для кого заботиться о своей