Легенды девяти миров. Восхождение - Дарья Владимировна Зубкова

Наш сын не будет обделен вниманием и будет таким же всесильным, как и оба его родителя.

— Сын?! — я громко вскрикнула. — Откуда ты знаешь, что у нас будет сын?

— Лив, я его чувствую и знаю, что у тебя под сердцем растёт наш сын.

— Не могу поверить.

— А вот я счастлив, — Локи впился в мои губы мертвой хваткой. — Я все ждал, когда симптомы себя проявят, чтоб не допустить ошибки в своих ощущениях. Но теперь все сошлось и мои подозрения подтвердились. Поэтому, доктор Вильямс, постарайтесь беречь себя и не перенапрягайтесь. Нашему сыну не очень нравится, когда вы нервничаете.

— Ты чувствуешь, что он испытывает? Но как? По твоим словам ему и месяца нет.

— Не важно как. Я удивлен тому факту, что ты не почувствовала вторую душу внутри себя. Наш сын воистину сын своего отца. Обмануть мать в первые недели своего появления. Я горжусь тобой, Ричард.

— Ричард?!

— Мы назовем его в честь величайшего из мидгардцев. Ричард Вильямс будет воспет во всех песнях и его личность будут знать все девять миров.

— Ричард. Ричард Вильямс?

— Для Мидгарда оставим нашему сыну твою фамилию. Но во всех девяти мирах нашего сына будут знать, как Ричарда Локинсона. Принца Асгарда и наследника трона Всематери Оливии Вильямс. Он будет обладать великой силой, которая обязует его взять на себя великую ответственность.

— Ты в курсе, что ты сейчас цитируешь «Человека-паука»?

— Это еще что значит?

— С большой силой приходит большая ответственность. Эти слова дядя Бен говорит Питеру перед своей смертью. И именно эти слова дают парню силы для борьбы со злом и делают из него настоящего героя.

— Не знаю, как твой дядя Бен, но эти слова принадлежат мне и эти слова я передам своему сыну, как мое наследие.

— Ты уверен, что мы готовы стать родителями? Я боюсь не справиться с подобной ролью.

— Мы справимся. Я шесть раз оплошал на этом пути. Я не стал достойным родителем для Хель и не смог защитить своих сыновей. Но этот ребенок познает всю мою любовь и узнает меня, как настоящего отца.

— А что мне делать? Моя мать была не лучшим образцом для подражания.

— Зато твой отец был эталоном родителя. Бери пример с Ричарда и исполни данную ему клятву.

Многие десятилетия спустя. Асгард.

— Ричард, где ты? — мой пронзительный и громкий возглас разносился громким эхом по всему дворцу. — Ричард!

— Не кричи ты так, — из тени показалась фигура мальчика, рыжие волосы которого торчали во все стороны. — Я всего лишь отрабатывал искусство маскировки.

— И кто надоумил тебя заниматься подобной деятельностью?

— Мы с отцом поспорили, что я спрячусь так, что ты не найдёшь меня и не почувствуешь, — лицо мальчика озарила широкая и самодовольная ухмылка. — И я выиграл этот спор.

— Вы с отцом доведите меня своими играми, — я фыркнула и осмотрела внешний вид сына. — Ты не собираешься привести себя в порядок? Ты же помнишь, какой сегодня день.

— Помню, — мальчишка фыркнул и недовольно подкатил свои голубые глаза. — Мне обязательно идти с вами?

— Обязательно. И это не обсуждается.

— Но я…

— Ричард Локинсон, ты обязан слушать свою мать и верховную Богиню Асгарда. Если ты не хочешь последствий, то ты сейчас же сменишь свой вид на что-то подходящее и приготовишься к путешествию.

— Я все расскажу Тору и Сив, — мальчишка фыркнул, но его одеяние сменилось на обычные джинсы и футболку. — Готово. Будут еще указания с вашей стороны, верховная Всемать?

— Так то лучше. И не веди себя, как отец. Я этого терпеть не могу, — я осмотрела окружающее пространство, пытаясь игнорировать язвительные замечания сына. — Кстати, а где твой отец?

— Я здесь, — за нашими спинами послышался звонкий мужской голос. — А ты хорош. С каждым днем твои навыки становятся все лучше и лучше. Я горжусь тобой.

— Отец, в этот раз ты проиграл, — лицо мальчика озарила широкая улыбка. — Я выиграл тебя в этом споре.

— Признаю свое поражение, — Локи демонстративно поднял руки вверх. — Ричард Локинсон, ты обманул самого Локи, Бога обмана и огня. Ты переплюнул своих родителей и твои способности превосходят любого в Асгарде.

— Пап, почему мы должны снизойти в Мидгард? Там скучно и их мир ограничен и слаб.

— Это и твой мир тоже. Ричард, я родилась и выросла в Мидгарде. Ты назван в честь моего мидгарского отца, который был величайший из всех мидгардцев. Мы обязаны почтить его память и навестить его последнее пристанище. Для меня это очень важно.

— Прости. Раз для тебя это так важно, то я готов, — на мое удивление мальчишка не стал припираться и показывать свой тяжёлый характер. — Когда мы отправляемся?

— Прямо сейчас, — в одно мгновение доспехи Локи вновь стали рядовыми джинсами и футболкой. — Как же я скучал по нормальной одежде.

— Ты сам сказал, что нам не стоит расхаживать по Асгарду в земных вещах.

— Сказал. Но правила существуют для того, чтобы их нарушать, — в коридоре раздался звонкий смех. — Не так ли, док?

— Профессор. Меня во всех девяти мирах знают, как профессора Вильямс, — я тоже сменила свое одеяние на что-то более приземленное. — Сколько прошло времени по Земному исчислению?

— Около пяти лет.

— Но у нас прошли целые десятилетия!

— В Мидгарде время идет иначе, чем у нас. По-твоему, почему мне больше пяти тысяч лет?

— Заканчивайте, — Ричард встал между нами с горящими от возбуждения глазами. — А Хель снизойдет в Мидгард?

— Твоя сестра обещала прийти на эту встречу, — Локи заметно напрягся. — И прошу тебя, не слушай во всем Хель. Ее влияние на тебя слишком велико.

— И, Ричард, надеюсь, ты помнишь правила посещения Мидгарда, — мой строгий взгляд немного осадил сына.

— Никаких божественных сил и никаких разговоров об Асгарде и других мирах. Я веду себя самым обычным образом и подражаю всем мидгарским детям.

— Не забывай, что на Земле тебя зовут Ричард Вильямс. Ты сын Оливии Вильямс и Скотта Вильямса. Хель твоя тетя и сестра твоего отца. Ты родом из Калифорнии и рос все время там.

— Я все помню. Не надо обращаться со мной, как с ребенком.

— Но ты и есть ребенок. Хоть по асгардскому исчислению тебе сто лет, но в Мидгарде ты потянешь максимум на десять, — Локи засмеялся и взял мальчишку на руки. — А теперь закончим с этими речами и исполним наш долг.

Как только мы оказались в доме моего отца меня накрыла сильная ностальгия. Прошло огромное количество времени, но дом никак не изменился. Все тот же двор и прекрасный сад. В нос сразу же ударил солоноватый