Нереальные истории 2 - Александр Викторович Бородулин

уже забежали за угол дома, тут же послышалась пулемётная трескотня и взрыв, два растерзанных тела выбросило на дорогу, я аж слюну от страха проглотил.

Собрался с мыслями и опять выглянул из укрытия, два человек в белом тянули куда внутрь дома огромный ящик. Оружие вроде как у них не наблюдалось, значит надо действовать. Да и стрельба только усилилась, стреляли только с другой стороны дома. Подбежал к самому дому, и спрятавшись за углом, выглянул, парни исчезли внутри, я подскочил к двери и заглянул вовнутрь дверного проема, они стояли возле стены, которая неуловимо вибрировала.

— Лифт — обрадовался я своей версии, что тут целый бункер, в этот момент меня и заметили.

Бьюсь об заклад, они были удивлены, но в тоже время были готовы к этому, а я конечно нет, для меня скрытность, мой конек, но и от драки никогда не бегал. Поднял пистолет и выстрелил в первого, тот даже не дернулся, видимо бронежилет серьезный натянул

Тогда выстрелил в другого, пистолетные пули будто маленькие комарики кусали их, но нога наверняка не закрыта, выстрел и один на полу корчиться от боли, но пули кончились, второй поняв это бросился на меня, завязалась драка. Мои выпады и удары оказались тщетны против его брони, хотя бить я умел, пришлось бороться, хотя в борьбе я полный профан, но с ног его сбить с умел, со стороны лестницы на второй этаж появился еще один человек, с оружием в руках нацеленным на меня, но выстрелить он не успел, кто-то за моей спиной выстрелил в него, и он упал, кубарем скатившись в низ, после ещё пару коротких очередей и мужик в белом халате валяется на полу держась за простреленные ноги.

— Ну что Крот успел? — послышался голос Евгения Анатольевича, его брат тут же обошел лежащих на полу и собрал оружие.

— Да, лифт сейчас подойдёт — ответил я, посмотрев на него и его перевязанную руку.

— Так Крот, в сторону, вдруг там гости к нам пожаловали — Алексей Анатольевич оттолкнул меня в сторону, он был прав, такая же парочка оказалась в лифте, один с автоматом, другой с пулеметом, но выйти они не смогли, две КСЮХИ смотрели им аккуратно в голову, теперь на полу лежало четыре живых и один уже нет. Ребят с перебитыми ногами перемотали, как смогли. Старики натянули по жгуту им на ноги, написали странные цифры на их лбах.

— Мужики, жгуты снимите через сорок минут, иначе ножки вам отрежут, поняли — гаркнули близнецы, ответ только кивки.

Все это время пока старики перевязывали раненных, я держал лифт открытым, не давая ему закрыться. Сам лифт огромен, человек пятнадцать поместилось бы.

— Ну что Крот, поехали? — Старики улыбались во весь рот, складывалось такое впечатление им все это нравиться.

— Лучше Андреем — произнес я.

— Ооо — удивились они — Вижу понимаешь, что оттуда мы можем и не вернуться — Евгений Анатольевич показал указательным пальцем вниз.

— Все поехали! — будто лев прорычал Алексей Анатольевич и зашел во внутрь лифта, немного даже попрыгал в нем, мы последовали за ним.

Куда-то глубоко уходил шахта лифта, я даже начал зевать, но наконец он замер и двери открылись.

Мгновенно открывшийся лифт залили свинцом от пола до потолка, наделав в нем сотню разнокалиберных дырок.

— Малой, проверь! — скомандовал чей-то голос.

— Есть — послышался ответ.

В самом лифте нас не было, мы специально забрались на его крышу и сидели там, сделано это было на случай засады по прибытии лифта, в общем-то мы были правы.

Через пару секунд в лифт заглянул мужик, весь в обвешанный оружием. Он вел себя профессионально, по всем правилам боя в тесном помещении я бы сказал, он, словно нарезая огромный пирог, просматривал каждый угол, до тех пор, пока полностью его не осмотрел.

— Здесь никого — проговорил он, внезапно его затрясло, даже немного задымился, а все из-за того, что его ударило электричеством, а точнее не менее пятидесяти тысяч Вт он получил, в этот момент я вынырнул из лючка в потолке и бросил заранее приготовленные две светошумовые гранаты куда-то в коридор. Резкий хлопок, немного крайне яркого света и противник на несколько секунд ошеломлён, а дальше прикрываясь этим самым малым простреливаешь им ноги и идешь дальше. Через минуту все, кто только что оборонялся лежат на полу и тихо так матерятся, в самой комнате мы насчитали четыре человека, и все зло поглядывают на нас, а нет вру, Малой смотрит на нас с небольшой ноткой проигравшего, но не озлобленного.

Закончив с оборонявшими, решили немного допросить их старшего, о том где находятся дети.

— Ну что мужики, кто у вас старшой? — поинтересовался Евгения Анатольевич — думаю вы уже поняли, что с нами лучше не шутить.

— Что надо — отозвался коренастый мужичок, он лежал на правом боку и с трудом поглядывал на нас.

— Дети где?

— В дальней комнате — ответил он.

— Ну что Крот, пойдем — предложил Алексей Анатольевич.

Проверяли каждую комнату, вот к такому зрелищу никто из нас не был готов, почти в каждой комнате стоял операционный стол с огромным зеркальным окном в стене.

— Они что, смотрели как детей режут….

— Надеюсь нет — ответил старик в надежде, что здесь ещё никого не успели распотрошить.

В дальних комнатах нашли пяток врачей, по крайней мы так решили по их белоснежным халатам, сразу согнав их в предбанник и усадив на пол.

Старики хотели сразу расстрелять, но нужно было найти детей и каким-то чудом вывести карапузов из бункера, наверняка нас там поджидают.

А детей мы и в правду нашли в дальней комнате, они сидели на холодном бетонном полу и тихо плакали, а пару устроили нам горячий прием бросившись на нас. Конечно с трудом мы объяснили, что мы люди хорошие и несем только добро с собой, вроде поверили.

Оставалось только вырваться из бункера и остаться в живых, но и тут возникла довольно серьезная проблема, лифт разгромлен полностью и ехать наверх он отказывался, значит надо искать другой выход.

Выходом стала небольшая лестница, ведущая на верхний этаж, о ней нам поведали те самые врачи, которым в итоге прострели колени.

— Зачем — спросил у стариков.

— Ничего, залатают себя, зато потом умнее будут.

Вот по ней мы в данный момент и поднимались, шли не спеша, дети оказались истощенные, многие капризничали, усаживаясь на лестницу и закатывая плач, пришлось брать на руки нести. Не знаю точно сколько ступеней прошел, но мои руки и моя