Джулиан Мэй - Враг

– Слитсал, Шарн-Адор! Слитсал! Слитсал!..

– Какой ребенок! – Айфа за колонной опять вытерла слезы, теперь от радости.

Вдруг король неожиданно сжал ее руку.

– Смотри туда!.. – отрывисто, лающим голосом обронил он и указал на сдвоенный трон, стоявший в глубине возвышения.

Аплодисменты, гремевшие в зале, неожиданно стихли, два-три робких последних хлопка раздались в углах, потом в высокой, украшенной изумительными панно из драгоценных камней и благородных металлов пещере наступила мертвая тишина. Юный Шарн-Адор замер, глаза его были широко открыты – он со страхом вглядывался в просвечивающее золотистыми блестками облачко, сгустившееся в середине возвышения. Сверкающее зыбкое существо постепенно обрело плоть, формы – вот стали проявляться детали костюма: многочисленные карманы, нашитые на кожаной желтой куртке и таких же брюках; алая перевязь, надетая поверх хрустальной кирасы с тончайшей гравировкой – в центре ее была изображена коронованная львиная голова; пустые ножны, подвешенные к перевязи. Наконец прояснилось лицо, легкая улыбка, смешинка в глазах…

Толпа ахнула – король Эйкен-Луганн, Враг, посланец Мрака собственной персоной!..

Исчадие ада пальцем поманило к себе маленького мальчика, и тот, как завороженный, шагнул в его сторону.

– У меня, малыш, тоже есть для тебя замечательный подарок, – сказал король, и в то же мгновение Шарн, Айфа, Медор, выхватив оружие, бросились на него. Зазубренные клинки сверкнули в воздухе. Удары, яростные, быстрые, посыпались на короля, но ничего, кроме звона обсидиановых мечей, ударявшихся о гранитные плиты пола, не случилось. Эйкен удивленно вскинул брови.

– Идиоты! – в сердцах бросил он. – Я же только ментальная проекция.

Оба монарха и их великий капитан смутились, еще несколько раз потыкали мечами в изображение и отошли в тень. Зрители отшатнулись от помоста, замерли, безмолвные, опешившие. Маленький Шарн-Адор спросил тоненьким голоском:

– Какой подарок?

Эйкен взмахнул длинным мечом, который он держал в руке.

– Ооооох! – выдохнула орда монстров.

Эйкен добавил:

– Вы испытываете нестерпимую тоску по мечу Шарна Свирепого, я же хочу получить Тони Вейланда. Мы можем договориться, если только Тони цел и невредим. – Потом он обратился к королю Шарну: – Вы бы, Ваше Величество, прикрыли рот и отдали вашим приспешникам приказание… Чтоб ни один волосок не упал с его головы.

Король Шарн сердито глянул на непрошеного гостя, закрыл рот и ничего не ответил – лишь телепатический эфир колыхнулся от короткой команды, посланной в леса на левом берегу Роны.

Королева Айфа вышла из-за сталагмита и язвительно заметила:

– Вполне возможно, что этот гнусный убийца Тони Вейланд находится на подвластной нам территории. Если так, то мы можем проявить добрую волю и обменять его на священный меч.

– И десять кораблей, груженных оружием, которые вы захватили, в придачу, – добавил Эйкен. – Лучше вернуть их по собственной воле, до того, как мои солдаты нагонят караван и перебьют всю эту банду трусливых негодяев. Они ж с таким грузом не могут далеко уйти.

– Мы ничего не знаем ни о каких кораблях с оружием. Ведать не ведаем!

– неожиданно взъярилась Айфа. – Да, мы слышали, что кто-то атаковал Ронию. Слышали, что этими «кем-то» оказались низкорожденные. Мы, народ фирвулагов, честно соблюдаем перемирие. Извечно!

– Ага, так, значит, вот какой линии вы решили придерживаться! – воскликнул король и завертел в воздухе священным мечом. Оружие засверкало в тусклом свете горящих факелов.

– Вот что, Эйк, – сказал Шарн, – тебе нужен Вейланд, – ты его получишь. Ты лично доставишь меч – перенесешь в то место, где Бетуларн Белая Рука будет ждать тебя. В двух лигах от Ронии, на Северном Тракте. Наш капитан возглавляет находящуюся в тех местах исследовательскую партию, и Тони Вейланд случайно попал к нему в плен.

– Тони рассказал Катлинель Темноглазой совершенно другую историю.

– Низкорожденные такие лгуны! – пожал плечами король фирвулагов.

– Мы будем иметь с тобой дело, – вступила в разговор королева Айфа, – если ты перестанешь задавать лишние вопросы. Вейланд в обмен на меч. Соглашайся или оставь нас.

– Согласен, – кивнул маленький человечек. – Завтра. На заходе солнца. И никаких подвохов, или вы пожалеете об этом.

Айфа громко рассмеялась и, недоверчиво вскинув бровь, спросила:

– Ты уверен, что у тебя хватит сил совершить перелет из Гории, да еще с таким тяжелым оружием? Нам бы очень не хотелось, чтобы наш любимый друг надорвался… Пупок не развяжется? – грубо добавила она.

– Айфа, твоя забота о моем здоровье очень трогательна, – ответил король. – Пупок не развяжется… Вот ты, соседушка, воочию любуешься мной. Изображение хорошее? Ну вот, а ты беспокоишься. Лучше бы вы. Ваше Величество, прикинули, как мне удалось преодолеть полуторакилометровую гранитную толщу и явиться к вам в полном облачении. Как-нибудь доберусь и до Ронии. Ладно, до встречи на турнире. – Фигура в золотом обмундировании заколебалась, рябь пробежала по изображению – оно начало угасать, вдруг резко воссияло вновь, еще более зримое и плотское, чем раньше. Эйкен-Луганн шагнул к молодому Шарну и плашмя коснулся оружием обоих плеч юного принца.

– Совсем забыл! – махнул левой рукой Эйкен, потом посерьезнел и громко, на весь зал объявил: – Сим посвящаю тебя, Шарн-Адор, в сан доблестного рыцаря тану. Будь дерзок и смел, шагай прямо, не сворачивай, лорд Адор Пупырчатый! Как-нибудь загляни ко мне, посидим, попьем чайку, малыш. Теперь все – счастливых именин!

И он исчез.

Все собравшиеся знатные фирвулаги разразились громкими негодующими криками. Как он посмел! Это недостойно Врага! Какая наглость!..

Ребенок повернул к родителям сияющее от радости лицо.

– Папочка! Мамочка! Вы видели? Вы все видели?..

Айфа и Шарн переглянулись, потом король подошел к сыну, наклонился и, крепко сжав его руками, поднял вверх.

– Видели, видели… – с недовольным видом кивнул король. – Ты не должен придавать значения этому посвящению. Глупый, бессмысленный, вызывающий жест. Он наш враг, ему судьбой уготовано погибнуть от моего священного меча в поединке в момент прихода Мрака. Не позволяй сбить себя с толку, мой мальчик. Твой жребий известен, и такие не имеющие силы обряды не должны отвратить тебя от пути славы. Ты понял? Скажи, вслух скажи, что отрекаешься от этого титула.

– Да, – заплакал ребенок. – Да! – Потом он вырвался из отцовских рук и, опустив забрало, чтобы скрыть обильно хлынувшие слезы, убежал в темноту.

Вейко: Уолтер! Уолтер!

Уолтер: …Это ты, сынок? Как там у вас? Я все время пытался связаться с тобой, но не получал ответа. Я так волнуюсь, не случилось ли чего?..