Дарина – разрушительница заклятий. Тайна кошачьего братства - Евгений Фронтикович Гаглоев

Дарина растянулась на мягкой зеленой травке между грядками и блаженно жмурилась. Триш и Пима улеглись рядом. В ясном синем небе над их головами медленно проплывал черный имперский дирижабль с гербом Всевелдора Первого на боку.

– Я совсем не хочу идти в солдаты! – сказала вдруг Дарина. – А Федусей сказал, что ничего другого нам не светит…

– А я хочу, что ли? – возмутился Триш, продолжая щекотать жабье брюхо. – Да только другого выбора у нас нет.

– Выбор есть всегда, – заявила Дарина. – Если бы мы только могли избавиться от ошейников!

Услышав это, Триш и Пима вздрогнули и с опаской покосились на Копотуна, но тот продолжал безмятежно дрыхнуть и не слышал ни слова.

– А что бы ты тогда сделала? – вполголоса спросил Пима.

– Подалась бы в пираты! – с уверенностью сказала Дарина. – Или к берберийским кочевникам! Скакала бы себе целый день на лошади, пасла бы овец и проблем бы не знала.

– Кочевники живут свободно, – согласился Триш. – Империя им не указ.

– Потому что во время войны они не поддержали Всевелдора, – сказал Пима.

– Но они не помогли и старому королю Ипполиту, – возразил Триш.

– Он пытался заставить их платить налоги! Оставил бы их в покое, может, до сих пор сидел бы на своем троне во дворце, – со знанием дела заявила Дарина. – К тому же захват власти Всевелдором случился так быстро, что кочевники просто не успели бы прийти на помощь королю Ипполиту.

– Откуда ты все это знаешь? – удивленно спросил Триш, подняв жабу за заднюю лапу.

– Слушать надо внимательней! Федусей нам недавно об этом рассказывал на уроке математики.

– Я тоже не хочу идти в армию императора, – признался Пима. – Я вообще боюсь всякого оружия. Лучше уж податься в ученые, чем идти воевать.

В это время на клубничной плантации появилась комендантша Коптильда. По пятам за ней семенил мерзкий Мисса и что-то шептал ей вполголоса. Увидев валяющихся на траве ребят, Коптильда уперла руки в бока.

– Развалились! – крикнула она. – Вы уже собрали дневную норму ягод?

– Так точно, ваше высокоблагородие, – вскочил с травы Пигмалион.

– Смотрите у меня! – Комендантша погрозила им огромным кулаком. – В ваших интересах собрать мне сегодня ягод на сто монет! А не соберете, на целый день отдам вас за эту сумму бабке с рынка, которая торгует подсолнухами! Будет от вас хоть какая-то польза! Эй ты, Дриш! Отстань от несчастной жабы! Ты ее совсем замучил!

– Могу отдать ее вам, – предложил Триш.

– А мне на что эта мерзость? – возмутилась Коптильда. – Зашвырни ее куда-нибудь, бестолочь!

– О, я знаю, куда ее зашвырнуть, – зловеще протянул Триш и многозначительно посмотрел на Миссу.

Тот побледнел.

– Только попробуй, – нервно пригрозил он. – Я всем расскажу, что ты меня ударил!

– Сделай одолжение, – кивнул Триш в ответ. – Мне весь приют аплодировать будет!

– Ну хватит! – рявкнула Коптильда, а Мисса спрятался за ее широкой спиной и погрозил Тришу кулаком. – Где мой никчемный братец?

Тут она увидела, что ее брат тихонько храпит. Комендантша свирепо нахмурилась, подошла и резко смахнула его с кресла. Шлепнувшись на землю, Копотун сразу проснулся. Кувшин с квасом опрокинулся на траву. Триш не без сожаления отпустил жабу, и она торопливо запрыгала прочь.

– Что? – спросонья вскрикнул Копотун. – Где я? Кто я?

– Вот так ты следишь за этими ворюгами и мошенниками? – завопила Коптильда. – Они, наверное, сожрали половину урожая!

– Да я глаз не сомкнул! – принялся оправдываться Копотун.

– Я уж видела! Нашла кому доверить такое ответственное дело. Пустоголовому болвану! В следующий раз кухарку попрошу.

– Это я-то болван? – обиделся Копотун. – Да я самый умный человек во всей округе!

Коптильда злобно усмехнулась.

– У тебя голова такая же дырявая, как этот кувшин из-под кваса, – сказала она.

– С этим кувшином все в порядке! – заявил ее братец.

– Да неужели?

Подобрав пустой кувшин, Коптильда треснула им по лбу Копотуна. Кувшин разлетелся вдребезги. Копотун ойкнул, а Мисса испуганно пискнул.

Комендантша развернулась на каблуках и зашагала прочь, Мисса потрусил за ней, а Дарина и другие дети так и покатились со смеху.

Копотун Гранже злобно вытер с лица остатки кваса.

– Смейтесь, смейтесь, оборванцы! Не было бы мне так лень, – процедил он сквозь зубы, – уж я бы вам надавал!

– Конечно, – кивнул Триш. – Мы в этом нисколько не сомневаемся.

Общий смех усилился.

– А ну, проваливайте отсюда! – разозлился Копотун, поднимаясь с земли. – Не мешайте мне отдыхать!

Воспитанников приюта не требовалось просить дважды.

– Ура! – обрадовался Пима.

Он склонился к Дарине и Тришу.

– Пойдем со мной, – заговорщическим тоном произнес он. – Я вам кое-что покажу!

– Мы наконец увидим, для чего ты собираешь все эти винтики и гайки? – заинтригованно спросила Дарина.

– Нет, – покачал головой Пима. – Для этого еще слишком рано. Я не люблю показывать свои изобретения, пока они не закончены, поэтому в другой раз. Но у меня есть кое-что другое, что надо опробовать.

– Пойдем, – с готовностью кивнула Дарина.

– Только давайте сначала уберем ягоды с солнца, а то они раскиснут и превратятся в микстуру от кашля, – сказал Триш. – Федусей будет только рад, но вот Коптильда нас всех потом в копошилку пошвыряет!

– О, ты прав, – согласился Пима.

Они затащили наполненные ягодами корзины под высокий навес, укрыв их от солнечных лучей, а затем направились на задний двор. Пима привел друзей в большой деревянный амбар, заваленный разным барахлом. Комендантша хранила в нем дрова для растопки кухонной печи, метлы, грабли и лопаты для огородных работ. А в самом дальнем и темном углу Пима оборудовал себе секретное местечко, где мастерил разные хитроумные изобретения.

Конечно, амбар был заперт и на двери висел большой замок, но пробраться внутрь не составляло труда – через небольшую дыру в стене, скрытую куском фанеры.

Пима отодвинул фанеру, и все трое протиснулись внутрь. В амбаре было тепло и сухо, пахло сеном и свежими опилками. В центре стоял железный паровой котел, благодаря которому зимой в приюте было более или менее тепло. От котла тянулось множество тонких трубок из меди, исчезавших в потолке амбара.

– И что же ты хочешь нам показать? – осведомилась Дарина.

Вместо ответа Пима подцепил пальцами одну из досок пола и, поднатужившись, приподнял ее. Под доской оказался тайник. Пима просунул туда руку и извлек на свет здоровенные ножницы по металлу.

Дарина и Триш шарахнулись в стороны, решив, что он их сейчас прирежет. Но Пима только ухмыльнулся.

– Я точил их целых две недели! – с гордостью сообщил он.

– А зачем? – осторожно спросил Триш.

– Дормидонт выковал их из особой закаленной стали, – сказал Пима. – Так что они режут даже металл!

Дормидонт