Черная Песнь - Энтони Райан

очарована коллекцией и, не обращая внимания на свое место за королевским столом, провела большую часть вечера, бродя между различными сокровищами с восторженным взглядом.

"Да, - ответила Эллеси с милой улыбкой. "А еще о том, что вы были высокомерной, самодовольной душой, склонной к пренебрежительным высказываниям о верованиях других людей".

"Тогда, миледи, - сказал Элл-Нестра, поднимая свой кубок, - я рад узнать, что она так хорошо меня помнит".

"По правде говоря, я помню, как она подробно рассказывала о вас лишь однажды, по просьбе некоего историка, который явился в резиденцию губернатора, умоляя рассказать о ней. Ему дали лишь короткое интервью, в основном потому, что он пришел с вступительным письмом от королевы. Мать не любит обсуждать Освободительную войну".

"Нет, я полагаю, что не она, а лорд-маршал". Элл-Нестра опрокинул свой кубок в сторону Нортаха. Банкет, которым их угощали, был накрыт на круглом столе: жареный кабан и оленина вперемежку с грудами фруктов и обильными напитками, к которым Нортах не притронулся.

"Вам не нравится вино, милорд?" Элл-Нестра кивнул на бутылку, стоявшую перед Нортахом, - прекрасное камбраэлинское вино с еще не сломанной сургучной печатью.

"Я всегда был разборчив в выборе собутыльников".

Это вызвало ропот гневного недовольства среди двадцати с лишним пиратов, сидящих за столом. Все капитаны были одеты в шелковые одежды, которые не гармонировали с их зачастую грубыми, покрытыми шрамами и татуировками лицами. Однако Элл-Нестра лишь рассмеялась.

"Этот всегда храбр до безумия и никогда не стеснялся высказывать нежелательное мнение, даже в лицо королеве. Он был рядом с ней на каждом шагу, понимаете? Олтор, Варинсхолд, маяк, поход на Волар. В отличие от лорда Ваэлина, который, насколько я помню, исчез в каком-то таинственном путешествии к северным льдам накануне отплытия флота вторжения. Скажите, милорд, что именно вы там делали? Мне всегда было интересно".

"По большей части замерзал, - ответил Ваэлин. А еще сражался в битве, которая могла убить женщину, которую я любил". Эта мысль вызвала у черной песни возмущенное рычание, хотя шеринская версия эликсира, похоже, была способна на время приглушить его.

Элл-Нестра продолжала смотреть на него в ожидании дальнейших подробностей и слабо вздохнул, когда их не последовало. "Надеюсь, ваша сестра здорова?" - спросил он. "Все еще придумывает свои смертоносные механизмы и тому подобное?"

"Она возглавляет Королевский колледж искусств в Варинсхолде. Оружие больше не является ее уделом, за что я ей благодарен".

"Это оружие во многом помогло выиграть войну. Я поручил своей небольшой команде мастеров изготовить копии по моим воспоминаниям. Пока что ни одна из этих чертовых штуковин не работает. Но все новинки в мире не заменят надежных кораблей с экипажами из крепких сердец". Он повысил голос и поднял свой кубок. Реакция остальных пиратов была столь единообразной и незамедлительной, что Ваэлин подумал, не была ли она отрепетирована.

"За крепкие сердца и Торгового короля!" - воскликнули они, поднимая свои кубки в знак приветствия, прежде чем выпить.

"Совет капитанов почтил меня своей преданностью, - сказал Элл-Нестра, усаживаясь обратно на свой трон и понижая голос до заботливого тона. "Идея была позаимствована у моего прежнего народа, но с некоторыми уточнениями. Численность была высокой, а не ограниченной. Поэтому они постоянно создают фракции и ссорятся между собой, и никто из них никогда не становится достаточно сильным, чтобы бросить вызов. Да никто и не собирается. Видите ли, я сделал их всех очень богатыми. До моего появления они тратили половину времени на вражду друг с другом, а не на добычу богатства в очень прибыльных морях на севере. Единство, как выяснилось, приносит богатство, если оно сочетается с честным, но твердым руководством".

"А что случилось с вашими соперниками?" спросил Нортах. "Полагаю, они были".

"Можете ли вы назвать хоть одно королевство, не построенное на фундаменте из крови и мудрости? Разве не прошло всего два поколения, как Объединенное королевство постоянно погрязало в войнах? Великий король Янус десятилетиями проливал кровь, чтобы построить свое королевство. Ваша королева пролила гораздо больше, победив волариан и захватив их империю. В то время как я сражался на стычках и дуэлях в течение нескольких месяцев, не сжигая при этом ни деревень, ни городов".

"И все это для того, чтобы ты мог играть роль короля среди выгребной ямы, состоящей из головорезов и шлюх?"

Взгляд Элл-Нестры сузился, когда слова Нортаха, произнесенные с нарочитой и громкой силой, вызвали еще один ропот среди собравшихся пиратов. На этот раз он не утихал, перерастая в постоянную и громкую враждебность. Несколько капитанов поднялись на ноги, положив руки на рукояти кинжалов и сабель. Их волнение несколько утихло, когда Элл-Нестра подняла руку, но кипящий гнев не утихал, и некоторые остались на ногах.

"Мне кажется, лорд Ваэлин, - сказал Элл-Нестра, и их с Нортахом взгляды сцепились за столом, - ваш брат пытается подстрекнуть меня. Зачем ему это нужно?"

Ваэлин посмотрел на холодную решимость на лице Нортаха - решимость, которая, как он знал, не имела ничего общего с неприязнью, которую тот мог питать к Элл-Нестре. "Он хочет спасти меня".

"От чего? Неужели он думает, что нам снова предстоит дуэль? А если так, то твои навыки притупились настолько, что он опасается за твою жизнь?"

"Не за мою жизнь. За мою душу. Он боится, что я сделаю, если мы будем драться".

На губах Элл-Нестры появилась слабая ухмылка, после чего он махнул кубком в сторону все еще стоящих пиратов. "Садитесь, братья и сестры, ешьте. Вы знаете, что я не допущу пролития крови в своем дворце". Он отставил кубок в сторону и поднялся на ноги. "Лорд Ваэлин, - сказал он, в его голосе было больше усталости, чем агрессии, словно он занимался утомительным, но необходимым делом. "Полагаю, настало время обсудить условия вашего дальнейшего пребывания в моем королевстве".

♦  ♦  ♦

"Значит, - сказал Элл-Нестра некоторое время спустя, - она действительно не посылала тебя?"

Он вывел Ваэлина из дворца по мощеной дорожке, которая вела к вершине скалы, образующей южный берег острова. Он обрывался к темному морю на двести футов или более, и волны белыми пятнами расцветали в мрачных глубинах внизу. Элл-Нестра не посчитал нужным взять с собой охрану, но и саблю свою не оставил. Ваэлину показалось примечательным, что его не попросили отказаться от меча, когда он сошел на берег.

"С чего бы это?" - спросил он, продолжая следить за курсом Элл-Нестры. Луна светила высоко и ярко, что способствовало уверенности в движении. На северной стороне тропинки высились