Изгнанник Ардена - Софи Анри (российский автор)

рухнуло на пол. Адалина раскрыла рот в безмолвном крике. Ее легкие наполнил противный металлический запах крови, которая вытекала из вспоротого горла Изобель и лужицей собиралась на ковре. В ушах шумела ее собственная кровь.

Изобель мертва. Из-за нее.

Умерла.

Ее больше нет.

Как и Эстель, мамы и отца.

Эмильен ее предал. Дважды.

Изобель мертва.

– Если не хочешь, чтобы Ники повторил участь матери, отныне ты будешь послушной девочкой, – произнес Стефан уже без насмешки и притворной заботы.

Адалина с трудом разбирала его слова. Она продолжала смотреть на мертвую Изобель, хотя перед глазами все расплывалось.

– Не заставляй меня становиться детоубийцей. Я, в конце концов, не изверг.

С этими словами Стефан ушел, и Орион последовал за ним.

Один из стражников схватил Изобель и взвалил себе на плечо, как мешок с овощами. Худые руки с мозолистыми от работы в воде пальцами безвольно повисли вниз, а волосы разметались из-за выпавшей из пучка заколки.

Дверь захлопнулась, оставляя Адалину одну. Последнее, что она увидела, перед тем как потерять сознание, – это лужица крови.

Глава 39

Следующие три дня вовсю шли приготовления к поездке в Фортис, откуда Рэндалл и Тристан отправлялись на коронацию Стефана в Аталас.

Все это время настроение Тристана было прескверным. Днями он разбирался с делами гильдии и планировал поездку, лишь бы не думать об Адалине, но по ночам тревога за нее одолевала его, не давая уснуть. Он уже даже не замечал, что его губы постоянно шепчут молитвы о ее благополучии. Каждая встреча с Изекилем заставляла его сердце сжиматься в надежде, что он принесет вести о ней, хотя Тристан головой понимал, что для новостей еще рано. Адалина еще даже не добралась до Изумрудного дворца.

Казалось, ничто в этой беспросветной бездне страха и тревоги не могло заставить Тристана испытать хотя бы толику радости.

Но был один человек, способный привести его в чувства.

Аврора.

Она приходила каждый вечер и разговаривала с ним. Даже когда он не поддерживал беседу и намеренно игнорировал ее, всем своим видом показывая, что не желает ее видеть, Аврора без устали щебетала о детях, Рэндалле и подданных, о том, как ее обучают делам политики. И это, на удивление, помогало Тристану держаться на плаву.

Он понимал, что она приходила не только для того, чтобы поддержать его. Аврора и сама искала поддержки.

Она оставалась в Вайтхолле, чтобы править в отсутствие Рэндалла, и заметно нервничала от этого. Кроме того, им предстояла первая после всех пережитых событий долгая разлука.

– Я обещаю тебе, маленькая королева, что с твоим мужем будет все в порядке. Я верну его в целости и сохранности, – успокаивал ее Тристан в последний вечер перед отъездом в столицу.

Они с Авророй направлялись в крыло, которое занимала королевская семья, чтобы Тристан повидался с племянниками. На это его, конечно же, уговорила Аврора. Она заранее отослала всех стражников и слуг, которые могли бы признать в Тристане покойного принца.

– Знаю, и меня радует, что вы отправляетесь не по морю, иначе точно сошла бы с ума. – Она привычным жестом накрыла ладонью округлившийся живот, и Тристан против воли улыбнулся.

Авроре невероятно сильно шла беременность. Ее румяные щеки округлились, фигура стала пышнее и мягче, и Тристану хотелось затискать ее в приступе братской нежности.

– Помните свое обещание? – спросил Тристан. – Если родится мальчик, вы должны назвать его в честь меня.

– А если родится дочь, мы должны будем родить еще одного мальчика, чтобы назвать его в честь тебя. Я помню. – Аврора покраснела от смущения, но лицо ее озарила озорная улыбка.

Тристан радовался, что хотя бы у них с Рэндаллом все хорошо. Они заслужили свой кусочек счастья после все тех невзгод и горя, через которые прошли и вместе, и врозь.

Аврора подошла к двери детской комнаты и прислушалась.

– Не спят, – убедилась она и, распахнув дверь, развела руки для объятий. – Где мои любимые мальчики? – звонко прощебетала она, и Тристан услышал топот детских ножек и радостные визги.

Спустя несколько мгновений сразу три малыша врезались в нее, едва не сбив с ног. Два темноволосых мальчишки – сыновья Рэндалла и Закарии, и один кудрявый зеленоглазый блондин – сын Анны и Уилла. У Тристана в горле встал ком от того, как сильно Рэндалл-младший похож на своих родителей. Если при рождении он был точной копией отца, то сейчас в нем отчетливо угадывались черты Анны. Разрез глаз, форма бровей и носа, острый подбородок – все это он унаследовал от матери.

Тристан несмело переступил порог детской, в которой сидела Тина. Она больше не работала служанкой в Вайтхолле и приходила сюда в качестве гостьи и подруги Авроры. На ней было дорогое, пошитое на заказ серебристое платье с искусной вышивкой на вороте и широким поясом, украшенным жемчугом, а волосы собраны в низкий пучок. Передние пряди обрамляли ее худое лицо, и Тристан впервые отметил, что она была хороша собой. Неудивительно, что от нее потерял голову даже угрюмый бесчувственный адепт теней.

– Ваше Высочество. – Она поднялась с кресла и учтиво поклонилась Тристану. – Пойду проведаю Нору.

– Здравствуй, Тина. Все еще выбираешь общество шумных ребятишек вместо отдыха?

– Мне находиться с ними только в радость, – с улыбкой сказала она, а потом тактично удалилась, оставив Тристана и Аврору с детьми.

Райнер, сразу признав Тристана, бросился к нему на руки. Он был до ужаса похож на Рэндалла, вот только в отличие от серьезного до занудства папаши без конца улыбался, показывая ямочку на пухлой румяной щеке.

– Смотри, дядя, у меня новая лошадка!

Он с гордостью показывал ему все свои игрушки, и Тристан охал в притворном восхищении.

Спустя какое-то время к ним присоединился Изану, сын Закарии. Мальчишка был на год младше его племянников, но смотрел на него таким взрослым осознанным взглядом светло-карих раскосых глаз, что Тристану стало не по себе.

– Дядя, тебе глустно? – спросил он с таким сочувствием в голосе, что у Тристана запершило в горле.

– С чего ты взял, Изану? – Он удивленно покосился на Аврору, но та лишь пожала плечами.

Изану еще какое-то время внимательно смотрел на него, а потом улыбнулся.

– Не глусти. – И протянул ему деревянного зайца.

Тристан выдавил из себя улыбку и потрепал Изану по голове, а он погладил его по щеке и затопал к Авроре. Он был милым мальчиком, но очень странным. Прямо как его отец.

Вскоре Райнер забыл про него, увлекшись своими игрушками, и Тристан обернулся в поисках самого младшего племянника.