Дочь всех миров - Карисса Бродбент

пытались меня удержать.

Люди сомкнулись, закрывая от моего взгляда Тисаану, хотя я слышал, когда ее снова ударили.

Рядом со мной Саммерин издал сдавленное мычание, и этот звук нарушил мою концентрацию. Повернувшись, я увидел, как он согнулся пополам и схватился за бок, а какой-то из солдат Азина держит в руке окровавленный меч. Проклятье, у него же слабое левое колено, я должен был прикрыть…

Стоило мне отвлечься, как очередная пара рук схватила меня и еще один удар обрушился на голову. Я почувствовал на языке вкус крови.

Последнее, что я увидел сквозь наползающий туман, – это как Тисаану вытаскивают из зала.

И последняя мысль, которая мелькнула в голове: я убью их всех до одного.

Глава 72

Тисаана

Кабинет Эсмариса выглядел точно так же, как в тот день, когда он чуть не убил меня. Когда Азин распахнул дверь и втащил меня внутрь, на долю секунды я могла поклясться, что увидела перед окном знакомую фигуру прежнего хозяина: плечи расправлены, руки сцеплены за спиной.

– Я не стал бы утверждать, что у нас с тобой есть что-то общее, но, похоже, мы оба любим устраивать представления.

Он швырнул меня на стол. Я успела вовремя подставить ладони.

Как же сильно кружилась голова. Я надеялась, что кружение должно прекратиться, но мое сознание как будто все отдалялось от меня. Я повернулась и нашла в себе последние силы, чтобы выпрямиться.

По крайней мере, мы остались наедине. Я уже убила одного Микова в этой комнате, убью и второго.

– Чего ты хочешь? – спросила я.

Время. Мне нужно выиграть время.

– Орден может обеспечить тебя деньгами.

– Мне не нужны ваши деньги.

«Мне не нужны твои деньги».

Свист!

И снова слабый, едва ощутимый толчок на задворках мыслей. На этот раз он прозвучал достаточно отчетливо, чтобы я поняла, в чем дело, и мое сердце забилось сильнее.

«Решайе», – позвала я, но не получила ответа.

Но если он все еще там, я смогу вытянуть его. Я дотянусь до него.

– Влияние, – сказала я Азину. – Ты сказал, что просил помощи у Орденов. Они помогут тебе в обмен на наше освобождение.

– Ваше освобождение? У меня в плену заместитель верховного коменданта, так что у меня уже есть влияние. Кроме того, рабы не могут заключать сделки. – Он крепко схватил меня за подбородок и повернул мое лицо к себе. – Я помню тебя. Ты была его любимицей. Никогда не понимал почему. Ты похожа на пеструю корову. И все же отец заботился о тебе больше, чем обо мне.

Он отпустил мое лицо, но тут же схватил за плечо и развернул к себе спиной. По моей коже поползли мурашки, когда его руки прошлись по моим шрамам, внимательно их изучая.

– Но этими уродливыми шрамами он тебя совершенно обесценил.

В моей голове родился новый план.

– Но ведь в итоге он не смог меня убить.

Азин всегда так легко бросался на наживку. Он снова ударил меня, так сильно, что я упала лицом на стол.

Выпрямившись, я представила, как его жизнь утекает под моими руками, как она утекала из его отца. Мой взгляд застыл на белой столешнице, и я погрузилась в свой страх и гнев, пока они не поглотили меня с головой.

«Решайе», – снова позвала я.

Я почувствовала, как он зашевелился, подпитываемый моим гневом и болью.

– Не только у тебя есть склонность к символизму, – прошипел Азин.

Я мельком глянула за окно – на мраморные ступенчатые террасы прекрасного города Микова, кварталы, купающиеся в серебряном лунном свете вперемешку с тенями.

Я слышала, как шаги Азина пересекли комнату. Он открыл хорошо знакомый мне шкаф. Интересно, висит ли там еще моя старая одежда?

«Давай же», – подзадорила я, когда он вернулся ко мне.

Смертельный замах кнута рассек воздух и опалил мою спину.

Свист!

Я заставила себя открыть глаза и уставиться на блестящую столешницу, позволила белизне занять все поле зрения.

«Столько дней лишь белизна вокруг», – жаловался Решайе.

Я заставила себя посмотреть в лицо всему, что его пугало.

Свист!

Лишь белизна и боль.

Я думала об Эсмарисе, о его холодной ненависти, о том, как его коварство подкосило меня. Я заполнила свои мысли мучительной болью.

«Решайе!»

…Хватит…

Его боль переплелась с моей собственной, но оставалась такой далекой, слабой.

Магия, живущая в моей крови, стала бесполезной; Решайе тоже был магической сущностью, но он черпал свои силы в более глубоких источниках.

И я ни за что не позволила бы – и не позволю – Азину Микову уничтожить меня или людей, которые мне дороги. У меня не осталось времени трепетать перед чудовищем, которое придется призвать для этого.

Свист!

По спине разливался жар.

…Хватит!..

«Если ты хочешь, чтобы это прекратилось, тебе придется что-то сделать».

Теперь тепло разлилось по моим венам.

Я почувствовала вкус бурлящей ярости Азина, она отдавала металлом и гнилью. Мои губы растянулись в безумной улыбке.

Свист!

Я почувствовала, как Решайе с ревом вырвался из паутины моих мыслей, подсветив нити моего разума силой, от которой из легких с шумом вырвался воздух.

Мир снова обрел четкость.

Вокруг Азина снова появилась его аура. В тот же миг я вцепилась в нее когтями.

Я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть его занесенную руку. Гнев, исказивший его лицо, сменился растерянностью, затем страхом.

В последний раз, когда я стояла здесь, в этой комнате, и держала в горсти жизнь человека, я испытывала ужас от того, что совершила.

Но не сейчас.

Ментальными пальцами я обхватила его разум и сжала. Он упал на колени.

Внутри меня поднялась волна силы. В ушах застучала кровь, когда я нагнулась и вцепилась пальцами в его лицо. Плоть иссыхала вокруг моей руки, по щекам расползалась паутина черной гнили.

Я наклонилась к нему так близко, что уловила запах вина в его дыхании, смешанный с вонью разложения.

– Эсмарису от меня привет, – прошептала я и сжала физические и ментальные пальцы.

Его разум и гниющая челюсть превратились в желе в моих руках.

Волна разбилась о скалы, и меня захлестнуло жутким, бессловесным воплем Решайе.

Глава 73

Макс

Удар о стену и грохот вернули меня в сознание.

Воспоминания возвращались обрывками: прием, Азин Миков, храксалис и, самое яркое, падение Тисааны на пол.

Я рывком приподнялся, попытался встать на ноги и пошатнулся, обнаружив, что руки связаны за спиной. Я находился в небольшой, богато обставленной комнате; возможно, она служила библиотекой или гостиной. Охраны видно не было.

– Приди в себя поскорее!

Спокойный низкий голос Нуры заставил меня взглянуть направо. Она стояла, привалившись к стене.

Мой взгляд упал на Саммерина, и сердце замерло в груди. Друг слабо улыбнулся мне, как будто ожидая моей реакции. Он тяжело опирался на стену, куртка пропиталась кровью.

Ариадна рядом с ним выглядела ненамного лучше. Она держала спину прямо, расправив плечи, что выдавало опытного солдата. Но при этом слегка касалась одной рукой стены, а другой – края журнального столика рядом, в чем сквозила явная неуверенность: ведь без магии сиризены слепли.

Вознесенные в небесах.