Совенок. Вода и пламя. Шестая часть - Екатерина Александровна Боброва

— Тебе не кажется это странным?

Харт поморщился. В такие моменты он начинал жалеть о том, что сам, добровольно, занял это кресло. И теперь с самыми разными просьбами и проблемами родственники шли к нему, точно он последняя инстанция Асмаса.

— Она ведь использовала огонь в детстве. У нее явно склонность к этой стихии. Пусть ходили разговоры о том, что ассара обещала дочь воде, но знаешь, как это бывает у беременных…

Харт не знал.

— Страхи, тревожность, боязнь потерять ребенка… Мало ли, что там привиделось ассаре. Стихии не требуют в благодарность посвятить им ребенка. Чушь! Выбор не зависит от их желания, даже от желания самого ребенка. Это как хотеть сделать кожу черной вместо белой! Если у тебя родители огневики, выбора нет. Ты будешь владеть огнем.

Харт намекающе хмыкнул.

— Знаю я, что это правило не сработало, — раздраженно ответил Первый. — Мне вот непонятно, почему. Сколько не думаю ни одной здравой идеи.

— Уверен, не стоит сильно переживать. Дождемся пробуждения второго дара. Это точно будет огонь, — пожал плечами Третий, с сожалением откладывая любопытный, между прочим, доклад в сторону. Загадка племянницы мучила и его. Пусть они часто говорили о том, что в семье может родиться водница, но лично он не верил в это.

— Не все так просто, — вздохнул Лиестр, усаживаясь, наконец, на стул. Поерзал, пытаясь устроиться удобнее. Да, о стульях в кабинете Харта давно легенды ходили. Говорили, что он туда темных духов подселил, дабы они грызли посетителей именно за то место, на котором те сидели. — Я тут поспрашивал немного…

Харт удивленно вскинул брови. Поспрашивал? Брата обычно за пределами лаборатории не встретишь, а тут расследование затеял. Эк, его любопытство заело.

— Знаешь, где эта крошка частый гость?

Харт знал. Не одобрял, конечно, но не вмешивался. В конце концов кузен взрослый давно. Должен понимать, если что-то случится с девочкой, ассара ему голову открутит. И не посмотрит на заслуги и занимаемую должность.

Но он сделал заинтересованное лицо, не мешая брату высказаться. Третий всегда благосклонно относился к потоку красноречия подозреваемых. Бывает столько всего занятного выловить можно…

— Он ей красноглаза подарил! — обвиняюще бросил Лиестр. — Ты же понимаешь, что это значит?

— Девочкам нравятся эти звери, — осторожно не согласился Харт.

— Нравятся⁈ — Первого подбросило на стуле. Он заметался по кабинету. — А еще им нравится проводить вечера в академии Ментала, да? И вести долгие беседы с ректором? Очевидно — он ее учит! А ведь ей еще пятнадцати нет! — бросил он упрек.

Харт мог бы добавить странностей — в укромном месте лежал доклад от безмолвных, охранявших девчушку — но не стал. Брат и так не в себе, вон как нервничает, нечего подкидывать дров в костер.

— Мы с самого начала знали, двойняшки развиваются быстрее обычных детей, — напомнил Харт.

— Но не настолько! — простонал Первый. Растер ладонями лицо. Пожаловался: — Чем больше думаю, тем больше кажется — мы упускаем что-то из вида. Нечто важное. Я наблюдал за ней. Ни малейшей тревоги. Другой ребенок на ее месте… Не знаю… Пеплом покрылся бы от огорчения, что он не повторил путь родителей. А эта ведет себя так, словно стихия — ее осознанный выбор. Захотела вот эту игрушку. Получила. И плевать на то, что остальным ее игрушка не нравится.

Харт задумался, признавая, что в словах брата есть смысл. Его тоже посещали такие мысли, правда, он списывал поведение Оли на унаследованную самоуверенность ассары. Помнится, Юля тоже вела себя так, словно у нее за спиной постоянно горело, охраняя, пламя.

— Не понимаю, ты считаешь, огонь не проявится? — нахмурился Харт. Для себя он уже поставил точку в этом расследовании: будет вода и огонь, плюс менталистика. Возможно, племянница станет новой звездой, на радость Кайлесу. Необычно, конечно, но ничего плохого в талантах девочки нет. Его больше интересовал ее брат. Все же ему предстояло унаследовать Четвертый тэорат. А Оля… Выскочит замуж и станет заботой мужа. Это в лучшем случае. В худшем — он ее в свое ведомство пристроит.

— А что если это будет не только огонь? — спросил Лиестр, посмотрев на Харта больным взглядом. Третий похолодел… Вот только этого им не хватало…

— Больше двух стихий она не выдержит! Ее разорвет! — сорвался он на крик, с ужасом представляя состояние Фильярга и Юли от таких новостей. Потерять дочь, которая даже до совершеннолетия не дожила! Это не просто горе… Это перечеркнутая жизнь.

— Не уверен, — не согласился вдруг Лиестр. Потер переносицу. Во взгляде ярче разгорелось безумие. — Эта девчонка сводит меня с ума, — признался, — но ассара запретила исследовать дочь. Я пытался тайно…

— Так почему не поехал на свадьбу? — рявкнул, разозлясь, Харт. Кто у них ученый в семье? Кто должен решать подобные вопросы?

— А если мокрозадые заинтересуются? Им и намека хватит, чтобы развести огонь, — тоже повысил голос Лиестр.

Некоторое время они молчали, осознавая глубину проблемы.

— Двойняшек сам Девятиликий не поймет, — вздохнул Харт. Н-да… дети двух миров. И надо было им туда так часто мотаться… Еще и Серега, которого дети просто обожали. Парень, конечно, отличный. Со Вторым близко сошелся — у них теперь по коллекции баров. С Четвертым — на почве какой-то там борьбы. Даже отец его жалует. Помнится недавно в советники звал. В шутку, конечно, но все же…

Нет, было бы неплохо найти виновных в странностях племянницы, но Харт понимал тщетность поисков.

— В империи и без меня найдется кому за ней присмотреть… — скривил лицо Лиестр. — Аврий не упустит случая повосторгаться мудростью Девятиликого: водница в семье огневиков и предложит оставить Олю там на учебу. Я вот думаю, зря ты Второму намекнул, что его присутствие на свадьбе нежелательно, мол, напьется, наговорит лишнего, на дуэль нарвется… Он бы отвлек внимание от девочки.

— Не уверен в его полезности, —