Неучтенный элемент. Том 6 - Александр Вайс

— Я не против, если Константин согласен помочь откинуть Орду. Но в ближайшую пару дней он нужен мне здесь. К тому же пусть освоится вблизи от способных затолкать чужую личность обратно в тёмный угол. Элиси вольна поступать как хочет. Разве что оставь нашему новому антимагу все инструкции.

Иномирная принцесса похоже уже не боялась «чудовища» запредельного уровня. Она решила прибыть с Константином, а пока требовалось помочь в развитии Наташе, которая уж точно не потянет темп «грандов» и «столпов». То есть восьмидесятых и сотых уровней.

Наконец зашёл вопрос о существе, появившимся из моего меча. Я ещё только собирался призвать Нихилим и будить Ифрита, как услышал голос в голове.

«Наконец-то решили свои мелкие проблемы. Совсем невозможно спать, когда на тебя направлено такое внимание».

Все вздрогнули, когда я комнате появился крепкий смуглый мужчина и не особо приветливо оскалился.

— Вот мы снова встретились, Ледяная Ведьма. Когда-нибудь я возьму реванш.

— Ты сейчас у меня реванш брать будешь, хочешь того или нет, — предупреждающе сказал я и бывший рогатый испуганно глянул в мою сторону.

— Как ты меня назвал? — тем же тоном переспросила Серебрякова. Бело-голубые волосы колыхались. — Алексей, ты рассказал ему о дурацком прозвище?

Начали мы явно не с того, зато быстро выяснили, что это Ифрит её так про себя прозвал. А ведь ледяная колдунья так и не смогла найти источник прозвища до Списка! Сам божок с важным видом пояснил, что сильного желания божественного создания достаточно, чтобы оставить что-то в информационном поле мира.

Как Ледяная Ведьма не лишила моего фамильяра третьего тела за время пребывания на Земле — загадка. Наверное, потому что её одёрнул Тищенко, положив руку на плечо.

— Итак… вы — бог? — спросил молчаливый полковник ФСБ.

— Глупый вопрос, смертный. Я владыка пламени, — гордо произнёс мой спутник, пристроившись на подлокотнике кресла. Выглядел так, как будто сел как минимум на трон из сотен мечей поверженных врагов, сплавленных в пламени дракона.

Пришлось вмешиваться.

— К тем, кто принёс нам магию и систему он отношения не имеет. Просто могучая сущность из магического мира. Если точнее — существо астрального плана. Хотя сейчас его состояние не определено.

— Это Прибалтийское Бедствие, — мрачно сказала Серебрякова. — Я видела, скольких оно сожгло.

Я предупреждающим взглядом посмотрел на Ифрита и всё свалил на Орду. Да, союзник у меня с очень спорным прошлым. Но решение уже взвешено. Кроме того, он действительно вынужден был подчиняться Орде.

Ифрит продолжал говорить свысока: иначе похоже просто не умел. Обещал жечь Орду. Какой уровень ответить не смог. Он не позволял системе подключиться к нему. И, по его словам, если бы и позволил, она бы не смогла оценить его уровень. Впрочем, дал «нерушимое слово» что сейчас оценивает свою силу на уровне Элиси. То есть восьмидесятый, что весьма скромно. Причиной тому изменение ядра и раны.

— Я желаю, чтобы весть о моём явлении разносили по миру. Пусть мир услышит о пришествии Ифрита и возносит мне молитвы!

— Маловероятно, едва ли такое возможно, — сухо ответил Алёхин. — Ваша верность… господин Ифрит, пока вызывает вопросы. Кроме того, в этом аспекте у нас и так всё сложно.

— Людей уже не так легко впечатлить, — остановил я возмущённого божка. — И уж тем более сначала разберись со своей эфирной природой. После нанесённого урона тебе сразу уж точно никто не поклонится. Полковник, а что происходит?

Слово взял Тищенко.

— Думаю, я лучше разбираюсь в этих вопросах. Если кратко, то религию сейчас… штормит. Даже не знаю, какое слово лучше опишет тот хаос. Одни говорят, что новые боги — ложные до такой степени, что зачастую это расценивается как ересь и порой приходится даже ударить человека. Другие пытаются натянуть сову и иначе трактовать существующие религии. Третьи начали поклоняться принёсшим нам магию. Проявляют активность разного рода фанатики. А тут появляется кто-то той же природы.

Ифрит был недоволен, но ситуацию раскачивать было опасно. А толпы паломников на пороге мне уж точно не нужны. Тогда действительно хоть на Урал переезжай. Не позволять же Ифриту играть в тирана?

Шок людей легко было понять. За один день у меня возникло три крайне необычных союзника. Элиси тоже вполне закономерно причислял к «новым»: ведь раньше она считалась обычным человеком.

Конечно же я проговорил вслух то, что всё должны скрывать. Китайцы не объявляли обо мне на весь мир. Константина видели поляки и это приемлемо. А вот про остальных лучше лишний раз не распространятся. В общем, все были согласны с моей позицией.

Наконец Серебрякова попросила отойти и поговорить наедине. Полина тоже пошла за мной и её прогонять не стали. Ифрит остался общаться с другими членами команды.

— Алексей, твои действия могу понять очень превратно. Гильдия Бездна в одночасье стала заметной и мощной. Четыре Стража, если считать Прибалтийское Бедствие. Причём об одном нельзя считать системную информацию и сохраняется версия, что ты четырёхсотый уровень. А трое других — не люди.

Я развёл руками. Со стороны моё сборище и правда выглядело максимально необычно. Но не из-за того, что я ставил целью собрать себе экзотическую команду по спасению мира из лучших профи.

— Так уж вышло. Что с того? Подозреваете меня в связи с Ордой? У меня сейчас была удобнейшая возможность поговорить с ними наедине… правда Юэ и Гюрен не должны были вернуться.

Полина замахала руками.

— Что ты такое говоришь? Просто… по отношению ко мне тоже были такие подозрения. Один слишком сильный человек может перейти черту. Я знаю, что многие думали, как бы накинуть на меня поводок. Да что уж там, половина моей команды по факту следит за мной и отчитывается за каждое слово. Это… обидно, наверное, но я их понимаю. А у тебя в прямом подчинении восьмой сотый уровень.

Мне если честно стало интересно, так что я даже ушёл от темы.

— Это учитывая меня? Кто ещё докачался?

— По нашим данным, Солнечный Охотник и Архимаг, — Полина назвала псевдонимы Хант и Мёбиуса. — В общем… тебя могут пожелать взять под более плотный контроль. Даже мои слова мало что будут значить. Чем ты ответишь?

Я хохотнул, представляя их методы.

— Решительно положу на них прибор, — произнёс я на французском, который тоже знал не идеально и выучил просто ради комплекта. — Простите за мой