Рубиновый маяк дракона - Дарья Урбанская

будто у себя дома находился. А затем и вовсе начал беззастенчиво выдвигать ящики его стола и шариться в них, словно воришка.

Я покосилась на выход в коридор. Все внутри меня так и кричало убираться прочь. Но вместо этого я тоже шагнула в кабинет.

– Что вы себе позволяете? Кто вы вообще такой? – Я уперла руку в бок, подражая своей матери. И откуда только смелость взялась, сама не поняла. Но так ведь нельзя! Неправильно.

– У меня свои дела, у тебя свои, – озвучил он и протянул мне один из листков.

Я неловко переступила с ноги на ногу, но подходить не стала.

– И что это?

– Бланк о переводе. Нужен?

А вот теперь мысли мои окончательно пришли в смятение. От мужчины будто веяло уже не колким морозом, а свежим бризом, таким, который хочется вдыхать полной грудью, ощущая свободу, победу… жизнь.

– Нужен!

«Шагнуть с моста в пропасть я всегда успею. Терять-то больше нечего».

Отдавая мне бланк, он усмехнулся, чуть качнул головой, откидывая с лица темные пряди, слегка посеребренные сединой. Хотя может это и не седина вовсе, а такой оттенок волос. На вид ему вообще-то было лет сорок, рановато для того, чтобы возраст начал отражаться на внешности. Впрочем, может и больше сорока – сложно сказать, когда лицо пересекает повязка. Я одернула себя, мысленно обругав за то, что так открыто его разглядываю, уткнулась в бумагу, пробежалась взглядом по строкам и разочарованно выдохнула:

– Так бланк пустой, тут печати нет.

– Пф-ф. – Мужчина выудил из ящика кругляш на длинной деревянной ручке, обмакнул в чернила и приложил к моему листку. Получилось немного косо и чуть смазано. – Теперь есть.

– И заполнить надо.

Я скосила глаза на писчее перо. А соучастник моего преступления как-то странно хмыкнул.

– Что ж… Куда изволите, любезнейшая…?

– Маира Фабиана Сотье. В эльфийский град Йолли, будьте столь добры. – Поддавшись какой-то абсурдной актерской игре, я чинно присела в реверансе. А выпрямившись, пробежалась глазами по написанному и ткнула пальцем в одну из строк. – И вот тут еще, пожалуйста, укажите, что по программе академического обмена от факультета артефакторики.

Губы незнакомца тронула улыбка, и он легким движением руки добавил нужные слова.

– Что-нибудь еще?

– Да. Приберите тут за собой, когда закончите… с обыском. Чтобы потом ни к вам, ни ко мне претензий не было, – отчеканила я.

– Логично.

– Рада, что мы друг друга поняли. Доброго дня, маир!

Я развернулась и, гордо расправив плечи, покинула кабинет. Маиры Лидель по-прежнему не было на месте. Да и под столом со свернутой шеей ее тоже не обнаружилось – я специально заглянула.

«Что ж, этот одноглазый пират по крайней мере не убийца, хоть и определенно вор. А еще, кажется, – дракон. Только у них такая мощная подавляющая аура».

Сил на спокойное неторопливое шествие мне хватило лишь до ближайшего поворота коридора. А потом я резко растеряла всю свою храбрость и невесть откуда взявшуюся наглость и стремглав бросилась в свою комнату.

«Хранители! Что это было?!»

Я откинула одеяло с кровати и нырнула под него, прячась с головой, как в детстве.

«Нет меня здесь. И у ректора не было!»

Сердце оглушительно стучало, щеки горели, а руки жгло украденным бланком. Моим разрешением на перевод.

«Надеюсь, в отделе отправлений будут смотреть только на печать, а не на почерк. В любом случае, с моста – всегда успею».

Я прикрыла глаза, представляя остроконечные белоснежные крыши эльфийского града, но их бессовестным образом потеснило другое воспоминание, отливающее сверкающей позолотой – обнаженный ректор Райдонс, входящий в оборот.

7. Сибель

Окрестности Рогранта. Владения магов

Я любовалась облаками. В последний раз. Пусть лучше они. Белые, воздушные, невесомые, гонимые ласковым ветром… Да, лучше они, чем холодный взгляд голубых глаз инквиза, что рублеными фразами зачитывал приговор. Сердце мое стучало ровно и медленно, страх уже ушел. Осталось лишь флегматичное принятие неизбежного… и облака.

«Кажется, вон то похоже на коня с крыльями. Повезло ему. Он свободен…»

Когда белоснежная крылатая лошадь наскочила на соседнее облако, монотонно-пафосная речь инквиза вдруг оборвалась на полуслове. Рядом что-то упало в лужу, обдав меня брызгами. Я непроизвольно поднесла руку к лицу и утерла жидкую грязь с кожи. Ладонь скользнула ниже и… ничего. Магические искры руку не ужалили.

«Странно».

Я медленно опустила взгляд с небес на бренную землю и с удивлением стала рассматривать, как голубой камзол лежащего в луже инквиза медленно пропитывается грязной жижей.

– Чего расселась? – Сильным рывком меня дернули вверх, ставя на ноги. – Валим, Вольдемар!

«Что это зна?..»

Но додумать мысль я не успела. Дроу подхватил под руку и потащил прочь. Шея горела, ноги казались слабыми, а мысли перекатывались в голове вяло и неторопливо, словно медовая патока. Дроу остановился и хорошенько меня встряхнул, так что я щелкнула зубами, прикусив язык. Привкус крови словно отрезвил. Я судорожно ощупала шею – нет, удавки действительно не было, да и голова оказалась на месте.

«Спасена?»

Я позволила вспыхнуть в душе робким лучам надежды, которые с каждым мгновением разгорались все сильнее. Обернулась через плечо – инквиз, и правда, остался позади, лежал на земле совершенно неподвижно.

«Жив? Мертв?»

Затем я недоверчиво покосилась на спутника, сопоставляя его нынешнего с тем, кто ворвался в аудиторию сегодня утром. Происходящее не складывалось в единую картину. Однако обдумать все можно и позже.

«Второго шанса я не упущу!»

– Туда, – выдохнула я и, осознав, как хрипло звучит голос, снова потянулась рукой к шее. – На тропинку за крайним домом.

Мой спаситель послушался и свернул с основного тракта. Я хоть и перебирала ногами, но все же почти висела на дроу, который для удобства обхватил меня за талию. Я отметила силу его рук, а ведь он и сам был не в лучшем виде. Ранен, весь в крови и грязи. Когда тропка разделилась и мы вновь свернули, я решилась задать наболевший вопрос:

– А ты вообще кто?

– Конь в пальто! – огрызнулся дроу.

Я искренне изумилась, даже с шага сбилась.

«Ну нет! Не могла я призвать душу коня! Дроу и его дева должны были поменяться местами. Он бы умер от проклятия в ее теле, а она… она, какого-то швахха, не переместилась, осталась собой, да еще и резко забеременела».

Теперь, когда самая страшная опасность – потерять голову – миновала, а точнее, осталась лежать в деревенской луже, все произошедшее обрушилось на меня водоворотом вопросов.

«Не понимаю, что пошло не так! Неужели я напутала в заклинании?