RANDOM: В начале конца - Роман Драксодий

— Получен гаечный ключ. Получена вода. Получен скелет праса. Получен спичечный коробок. Получен инертный газ. Получен подшипник. Получен ракх. Получен билет. Получен гвоздь.

Замерев на секунду, я с ненавистью посмотрел на два последних кубика и сделал то, чего не позволял себе даже во времена игрозависимости:

— Ну давай, выдай разок! — я погладил гладкую поверхность артефакта и сразу почувствовал себя одним из тех окончательно поехавших, которые разговаривали с игровыми автоматами и едва ли не целовали их в случае выигрыша. Нож аккуратно расколол полупрозрачную сердцевину.

— Получен хрен.

— Очень смешно… — я поднял каркас и оглядел лежащее там растение — хрен как хрен. Расковыряв каркас и срезав листья, я положил корешок на пол багажника и взял следующую подачку, даже не взглянув на последний целый кубик.

Ракх. Повертев и так, и эдак я швырнул полую полусферу через плечо в траву и взял каркас с ключом. Гаечный ключ «10х8» не был какой-то редкостью, но это был знакомый и полезный инструмент — вынул и положил рядом с корнем хрена.

Последний куб из запасов сервисменов я расколол без особых надежд и эмоций:

— Получен вечный огонь.

Подпрыгнув от неожиданности и стараясь унять бешеное сердцебиение, я наблюдал как внутри каркаса разгорается жёлтое пламя на какой-то металлической вате, заполняющей половину объёма. Мозг уже радостно представлял беспроблемное путешествие паромобиля на любое расстояние без привязки к топливу, но помещённая над огнём ладонь разбила мечту вдребезги — грел он еле-еле и по мощности напоминал самую маленькую конфорку на газовой плите.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, я почти без труда задул это недоразумение и повнимательнее присмотрелся к маленькому комку спутанных волокон. На нём проскакивали крохотные искорки и через несколько мгновений оно вновь разгорелось.

— Видимо названия всякой херни тоже случайно придумываются? — спросил я у пламени и снова его задул. — Это какая-то каталитическая хрень, а не вечный огонь…

Задув пламя и быстро запихнув кубическую клетку в плотный пластиковый пакет, я отсосал воздух и моя догадка подтвердилась — ни через минуты, ни через две, эта штука не давала пламени. Но расстраиваться я не стал — вещь, всё же, полезная и может пригодиться.

Скользнув взглядом по зарослям вокруг машины, я выкинул из багажника каркасы с хламом и пошёл к ручью, чтобы набрать хоть какой-то воды в две грязные, пластиковые пятилитровки.

Во время помывки я продавил тут неплохое углубление и теперь оно прекрасно подходило для погружения тары. Я присел на корточки и притопил первую бутылку в заводи, скользя взглядом по дну ручья, по привычке выискивая наживку для рыбалки, ведь на своих, местных насекомых, рыба идёт охотнее.

Внезапно, я обратил внимание на неровность слишком правильной формы у кромки воды, в паре шагов от себя и сердце пропустило удар, а кровь наполнилась адреналином. Так уж устроена человеческая природа — мы стремимся связать не связанные между собой события и я моментально провёл параллель между случайно обнаруженным кубом в гараже, подарившем мне интересную способность, и этой новой находкой.

Я бросил полупустую бутылку на траву подскочил к месту, спешно смахнув грязный холмик рукой. В свете половинки розового солнца сверкнул угол куба, но вывернуть его из земли не получалось, даже задержав дыхание и пришлось обкапывать руками. Через десять минут мне это надоело и я закурил.

Определить размер на глаз было невозможно, поскольку узор больших артефактов не отличался от мелких ни рисунком, ни шириной этих самых узоров. Копание в мокрой грязи слегка охладило мой пыл и пришло простое решение — ломать как есть и слушать гудение, которые я про себя уже прозвал голосом кубов и почему-то ассоциировал его с Якубовичем из передачи «Поле Чудес».

Наставил нож между переплетений линий и завитушек торчащего угла, стукнул и прислушался — ничего! Ударил сильнее и опять ничего… Пришлось задерживать дыхание, надеясь, что это не что-то сверхбольшое и супербесполезное.

Удар, ещё удар! Нет эффекта… Но я продолжал душить мозг и увеличивать силу. Удар! кончик ножа обломился, а запястье подвывернулось, причиняя неприятную боль, но гудения так и не последовало.

— Что ж тебе надо, собака? — я возмущенно отдышался и пошёл в машину за более подходящим инструментом, чтобы таки расколоть эту треклятую штуку.

По пути к машине меня посетила интересная идея, что нужно бы сделать специальный раскалыватель и обвешать его разными талисманами для повышения удачи. Я даже прыснул со смеху, вспоминая ритуалы и суеверия игроков, когда залипал в старую корейскую гриндилку — ходили поверья, что шмотки нужно точить исключительно после рестарта сервера или после победы в дуэли, но никогда не делать этого на площади Гирана. Всё это, разумеется, великий корейский рандом игнорировал, но было забавно.

Выудив из отсека с инструментом увесистый молоток и керн, я вернулся на берег и могучим ударом довершил начатое. Стеклянная масса быстро съёжилась под аккомпанемент гудения и звука воды, заполняющей свободное пространство:

— Получен деформатор.

Я закурил и просто стоял, смотрел на торчащий из земли уголок:

— Копать иль не копать? Вот в чём вопрос!

А вопрос, действительно был очень серьёзный! С одной стороны — мне не хотелось убить целую прорву времени ради непонятной ерунды, а с другой — это могло быть вообще всё, что угодно — от фантастического оружия, до обычного молотка.

— Ох, ё… Я так понимаю, сам ты не вылезешь, да? — каркас куба мне не ответил и я побрёл за лопатой.

Шанцевый инструмент у меня был хороший — титановый! Но, как я понял спустя полчаса раскопок, штыковая лопата не особо подходила для ковыряния в жидкой грязи. Результат работ вышел плачевный — земля смешалась с водой и, скорее всего, конкретно заилила содержимое каркаса. Но это было ещё полбеды!

Сама беда заключалась в том, что я так и не добрался до краёв неудачно расположенного куба и пилить металлические кружева предстояло в холодной воде, а потом ещё и нырять за непонятным деформатором.

Солнце хоть и светило, но грело не особо и пришлось сложить большой костёр, периодически стоя возле него и отогреваясь. В ботинках мерзко хлюпало, а мокрые толстые перчатки причиняли неудобство, но без них металл каркаса мог с лёгкостью оставить меня без пальцев.

Спустя три часа и шесть загубленных полотен для лобзика первая победа осталась за мной и невесомая пирамидка, криво спиленной вершины куба, полетела в сторону. Нырять в треугольный лаз с бритвенно острыми краями я не рискнул и сперва потыкал длинной жердиной в грязную воду.

— Да ты прикалываешь! — обалдел я, когда