Восхождение - Дарья Владимировна Зубкова

нас, рукой убрав пряди волос со своего лица. — Оливия, вас я рад видеть даже в такой скверной компании.

— Люцифер, благодарю вас за эту встречу, — я слабо кивнула Люциферу, пытаясь взять накрывший меня страх. — Я тоже рада вас видеть.

— Могу я поинтересоваться, что привело вас в мою скромную обитель? — на лице Люцифера промелькнула лёгкая улыбка.

— Брось эти ненужные никому расспросы, — Локи демонстративно фыркнул. — Ты прекрасно знаешь, зачем мы здесь и что нам надо.

— Локи, ты приходишь ко мне домой, но не можешь проявить хоть доли уважения ко мне? Чего ты хочешь этим добиться?

— Люци, мы с тобой знакомы вот уже пять тысяч лет. Я знаю тебя как никто в этой Вселенной. Прекращай свои пафосные речи в стиле «Крестного отца» и будь самим собой.

— Самим собой? Я владыка Ада и Князь Тьмы. Я в любом случае достоин уважения даже со стороны божеств из Асгарда.

— Люцифер, я прошу прощения за поведение моего спутника, — я решила встрять в разговор Локи и Люцифера и не допустить ненужных мне споров между двумя божествами. — Локи за свои тысячелетия так и не смог овладеть минимальными нормами приличия и он даже отдалённо не представляет, что существует такое понятие, как этикет.

— В этом вы, как никогда, правы, Оливия, — Люцифер засмеялся звонким смехом, из-за чего у меня по телу прошлась очередная волна дрожи. — В его случае мудрость так и не пришла с годами.

— Заканчивайте это, — Локи громко рыкнул и закатил свои желтые глаза. — А тебе, Люцифер, стоило бы хоть иногда выбираться из своих мрачных владений. Поднялся бы на Землю и пожил некоторое время там. В этом случае твоя тёмная душа помолодела бы на несколько тысяч лет. Вот я молод душой и ощущаю себя на все пятьсот, а не на свои пять тысяч лет. Чего я и тебе желаю.

— Я не горю желанием жить среди этих примитивных смертных. Я имел неудачный опыт общения с ними, после чего я ещё долго отходил от этого общения.

— Ты сейчас говоришь о своей бывшей, которой ты подарил часть своей силы, или о Владе Дракуле, который красиво обошёл твои правила и обыграл тебя в твоей же игре? — Локи издевательски ухмыльнулся и стоял с самодовольной улыбкой на лице.

— Я не хочу говорить о Лилит и о Дракуле. Это все давно забытое мною прошлое, — голос Люцифера стал стальным и холодным. — Но давайте вернёмся к вам. Что вам надо от меня?

— Люцифер, Локи мне сказал, что душа моего отца после смерти попала сюда, в Ад. Я хочу увидеть его душу и помочь отцу справиться с его болью.

— Вот как? И вы, мисс Вильямс, пришли просить меня об встречи с одной из грешных душ? Это не в моих правилах пускать кого-то стороннего к душам грешников. Этим допуском обладают лишь мои демоны, которые следят, чтоб душа испытывала максимальную боль и муки в своём личном Аду.

— Люци, не будь таким правильным, — Локи подошел к Люциферу и протянул ему какой-то стеклянный сосуд. — И я не с пустыми руками к тебе пришел.

— Это то, о чем я думаю? — впервые за наш разговор голос Люцифера оживился, а глаза вспыхнули.

— Именно. Это лучшая медовуха из моих личных запасов. Последняя бутылка, которую я успел спасти из огня.

— И ты готов отдать ее мне? С чего это?

— С того, что ты мой близкий друг и я бы хотел распить ее вместе с тобой.

— Неожиданно, — Люцифер улыбнулся зловещей улыбкой. — В таком случае приглашаю вас присесть вместе со мной и распить этот дьявольский напиток.

Люцифер жестом указал нам на недалёко стоящую софу и мы с Локи заняли свои места. Люцифер сел напротив нас в большое кожаное кресло, после чего он сделал жест рукой, а его глаза загорелись ярко-красным огнём. Через минуту после этого в дверь постучали и в комнату вошёл красивый и видный парень. Его мускулистое тело было обтянуто чёрной рубашкой, а на бёдрах были чёрные обтягивающие брюки. Его чёрные волосы были коротко подстрижены, а лицо обрамляла густая борода.

— Владыка, ты вызывал? — в комнате раздался грубый мужской голос.

— Да, — Люцифер посмотрел на пришедшего парня и с лёгкой усмешкой произнес. — У меня сегодня гостит мой давний друг и его спутница, поэтому нам требуются подходящие для нашей встречи сосуды.

— Что-то особое? — парень осмотрел нас с Локи тяжёлым взглядом. — Как я мог заметить, ваши гости прибыли из далека.

— Тебя не должно волновать, откуда они прибыли, — стальной голос Люцифера звучал слишком угрожающе. — Без лишних вопросов организуй нам все необходимое для деловой встречи.

— Как прикажете, владыка. Я сейчас же исполню вашу волю.

Парень поклонился Люциферу и вышел из комнаты. Спустя некоторое время он вернулся с подносом в руках, на котором стояли три бокала. Они были невообразимой красоты, и было сложно понять, из какого материала они были сделаны. Парень, молча, расставил бокалы на столе и, поклонившись Люциферу, поспешил удалиться из комнаты. Я смотрела на эту картину напряжённым взглядом. Я понимала, что Люцифер был здесь главным и он внушал страх как в души людей, так и обитающим в Аду демонам. Как только мы вновь остались втроём, Люцифер повернулся к нам лицом и в своей обычной манере произнёс:

— Оливия, не стоит так бурно реагировать на все происходящее. Со своими подчинёнными я довольно жесток и строг. Но вы мои гости и равные мне сущности, поэтому вам нечего опасаться.

— Я не боюсь вас, но мне неловко наблюдать подобное отношение с вашей стороны. — я смутилась и отвела свой взгляд в сторону.

— Люцифер, давай к делу, — Локи подвинулся ближе к Люциферу и разлил напиток из стеклянного сосуда по бокалам. — Мне нужно, чтоб ты позволил Лив встретиться с душой отца и тем самым помог ей справиться с накрывшей ее депрессией.

— У мисс Вильямс депрессия? — Люцифер раскрыл глаза и стал смотреть на меня с нескрываемым интересом. — И с чем она связана?

— Я не успела спасти отца от смерти, — я шептала свои слова слишком тихо. — И теперь виню себя в его скоропостижном уходе и в его нахождении здесь. Он этого не заслужил и не должен испытывать все эти мучения.

— Я вам уже говорил. Не я определяю участь души после смерти. Душа сама себя отправляет в Ад. Раз ваш отец оказался здесь, то на это у него были объективные причины.

— Причина одна. По молодости отец оставил беременную от него девушку. Точнее говоря, отец настаивал на аборте, а