Дикая ведьма - Рейчел Гриффин

моим голосом и соединяясь в проклятье. Как только оно приобретает форму, я перевожу взгляд на травы в каменном круге. Чтобы не разрушить подобное заклинание, его нужно привязать к чему-нибудь мощному. Травы отлично подходят, но когда сожгу их, проклятье развеется по ветру, унося мои страхи.

Прекрасный ритуал, которому меня научила не менее прекрасная женщина.

Проклятье набирает силу, и когда плотная завеса магии начинает светиться передо мной, я понимаю, что оно готово. Вдыхаю, наполняя легкие волнениями, чувствами, болью и ощущением бессилия, и, выдыхаю, отпускаю всё с чарами.

Проклятье устремляется к травам, но не успевает соединиться с ними. Порыв ветра обдувает мне лицо, и я замечаю, как мимо проносится размытое коричневое пятно.

В ужасе смотрю, как северная сова пролетает у каменного круга, и проклятье ударяется ей в грудь. Птица издает громкий крик и взлетает на дерево. Она садится на ветку и смотрит на меня.

Я кидаюсь к полыни и сафлору, ища в них хотя бы частицу магии, частицу моего проклятья.

Но в травах ничего нет.

Медленно встаю и оглядываю деревья. Туман почти рассеялся, и я вижу сову в ветвях. Закрыв глаза, сосредотачиваюсь и нахожу связь с птицей. В ее груди тяжелым камнем лежит проклятье.

Нужно все исправить. Магия – живая дышащая сущность, и она останется с совой, пока та не умрет. Но потом проклятье вырвется и найдет Пайка Алдера.

Сердце бешено бьется, жуткий холодок бежит по спине, и меня прошибает пот.

Так, дыши ровно.

Мне лишь нужно добраться до совы и снять с нее проклятье. Затем привязать его к травам, сжечь вместе с ними, обращая в дым и развеивая по ветру.

Сова смотрит на меня, сидя на ветви старой ели. Неотрывно глядя на птицу, я медленно иду к ней.

Птица наклоняет голову и расправляет крылья.

«Пожалуйста, – умоляю я, – не улетай».

Сова взлетает.

Глава 5

Я ищу повсюду. Бегу к заповеднику, оглядываю старые деревья и дупла в огромных елях, которые могли бы понравиться сове, но нигде ее нет. Я подхожу к птичнику, надеясь, что, возможно, сова вернулась в клетку, из которой улетела две недели назад. Лесной хомяк, которого мы ей дали, так и лежит в пустой клетке.

Сова больше любит сидеть на деревьях или в дуплах, и я ее прекрасно понимаю. Несколько недель назад мы принесли ее в птичник, чтобы вылечить сломанное крыло, и лишь недавно она снова смогла взлететь. Хотя перелом все еще заживает, и сову пока рано выпускать в дикую природу.

Мама не очень беспокоится, что птица улетела, ведь она все еще на территории заповедника и вернется в птичник, когда будет готова. А если она все же улетит из заповедника? Нет, я не могу так рисковать.

После безуспешных поисков я бегу в сарай, где мы храним книги о магии. Толкаю дверь и вдыхаю терпкий запах, банки с сушеными травами звякают на старом деревянном столе.

В дальнем конце комнаты на полках стоят книги, покрытые толстым слоем пыли. Мы редко ими пользуемся – магия связана с тем, что уже присутствует в природе, она больше об интуиции и реакции. Мои заклинания взяты не из книг, а сплетены из чувств и инстинкта.

Я беру с полки фолиант в кожаном переплете, посвященный лунному колдовству. Пыль сыплется с книги. Сев на цементный пол, аккуратно открываю книгу. Страницы потертые и пожелтевшие. Я провожу пальцами по давно высохшим чернилам. Наши предки часто пользовались такими книгами, мы же редко их открываем, но читая, как раньше применяли магию, немного успокаиваюсь.

Я открываю раздел о хищных птицах, и на первой же странице нахожу информацию о северной пятнистой сове. Сердце начинает бешено колотиться. Ужасное предчувствие стягивает грудь, и мурашки бегут по телу. Пытаюсь дышать ровно, но ничего не получается.

В душе я уже знаю правду, но все же скольжу глазами по строчкам, надеясь, что предчувствие обманывает меня. Но нет, в глаза бросается единственное слово, яркое, как полная луна в чистом ночном небе.

«Усилитель».

Северная пятнистая сова священна для ведьм. Потому что может в разы усиливать магию.

Не верится, что я так долго складывала кусочки мозаики вместе, но наконец всё поняв, хочу скорее исправить случившееся. В памяти всплывает история, которую слышала в детстве, и к горлу подкатывает тошнота.

Помню, как мама спокойным голосом рассказывала историю о ведьме, жившей столетия назад. С помощью священной совы та ведьма наслала гибель на дом мужчины, убившего ее мужа. Но она не понимала, насколько могущественна птица, и проклятье уничтожило всю ее деревню и многие деревни в округе. Заклятие протянулось на многие километры и разрушило все на своем пути. Лишь спустя столетие жизнь вернулась на опустошенную землю.

Легенда гласит, что призрак совы привязан к некогда проклятой земле и до сих пор кружит высоко в небе над тем местом, где раньше стоял старый дом.

Я возвращаюсь к книге и, конечно, натыкаюсь на эту историю.

Прижавшись спиной к стене, опускаюсь на пол. Книга падает. Я пытаюсь унять панику, вспомнить дыхательные техники, но меня словно парализовало.

Если сова усиливает магию, проклятье коснется не только Пайка. Заклятие той ведьмы опустошило округу, а значит и мое проклятье может коснуться любого. Местные жители превратятся в магов? Перед глазами снова возникает образ горящего Алекса, и я будто чувствую тот ужасный смрад. Не знаю, как скажется мое проклятье на этих землях, но точно случится беда.

Страшная беда.

Слезы, обжигая глаза, льются по щекам, глотать больно, словно в горле застрял камень. У нас не хватит сил, чтобы защитить огромный район, охваченный мощным проклятьем. Таких трагедий не случалось уже много лет. Возможно, со времен того заклятия. Да и та ведьма прокляла дом и землю, а не людей.

В это превратится моя жизнь? В историю, которые матери будут рассказывать своим детям?

Прижав ладони к холодному полу, я пытаюсь успокоиться, выровнять дыхание и замедлить бешено колотящееся сердце.

Но одно утешение, я все же нахожу в книге – проклятье можно легко снять с совы. Нужен лишь некий «схожий сосуд».

Поднявшись, я аккуратно ставлю фолиант на полку и бегу к заповеднику. Оказавшись в старейшей части леса, замедляю шаг и прячусь за дерево, чтобы никто не заметил меня. Я столько раз видела сову, что могу представить как наяву: ее темные глаза, изогнутый клюв, белые перышки в форме полумесяца вокруг глаз. Коричневое оперение и белые пятна. Я не вижу ее, но