Дэвид Эддингс - Вор и Книга Демона

Они подошли к столу.

— Эй, Гасти! — громко сказал татуированный человек, чтобы привлечь внимание толстяка. — Это Альтал. Пусть он расскажет тебе историю про то, как он обзавелся этим плащом с волчьими ушами.

— Хорошо, — прогремел в ответ Гасти, отпивая мед из пиршественного рога. Он, прищурившись, посмотрел на Альтала своими маленькими свинячьими глазками. — Ничего если я продолжу есть, пока ты будешь рассказывать свою историю?

— Ничего, Гасти, — сказал Альтал. — Похоже, ты собрался немного поклевать зернышек, и я, конечно же, не хочу, чтобы ты прямо на моих глазах умер от голода.

Гасти поморгал глазами, а затем разразился громким хохотом, разбрызгивая свиной жир по всему столу. Гальбак же только немного осклабился.

Историю о том, как он играл в кости с волком, Альтал растянул до масштабов эпоса, и к наступлению темноты он уже сидел, удобно устроившись в кресле рядом с огромным толстяком-хозяином. Несколько раз пересказав свой анекдот в различных вариантах на потеху всех пришедших в замок людей, одетых в шкуры, он стал придумывать и другие истории, от которых дом Гасти Большое Брюхо то и дело наполнялся веселым хохотом. Однако, сколько бы Альтал ни старался, он не смог выжать из великана Гальбака даже улыбки.

Альтал остался в замке на зиму, и, покуда он мог придумывать новые истории и шутки, от которых живот Гасти всегда сотрясался от смеха, он сидел с ним за одним столом, ел его пищу и пил его мед. А когда порой Гасти пытался сам вмешиваться в разговор, эти речи явно казались его соплеменникам скучными, поскольку ограничивались исключительно похвальбами о том, сколько золота хранится у него в закромах. Похоже, соплеменники слышали эти рассказы достаточно часто, чтобы знать их все наизусть. Но Альтал находил в них для себя некоторую привлекательность.

Зима тянулась, казалось, нескончаемо, пока наконец не наступила весна, и к этому моменту Альтал уже знал каждый уголок дома Гасти, как свои пять пальцев.

Обнаружить сокровищницу не составляло особого труда, поскольку обычно она охранялась. Она располагалась в дальнем конце коридора, куда выходили двери обеденного зала, три ступени вели к тяжелой двери. Массивный бронзовый замок красноречиво говорил о том, что сокровища хранятся именно за этой дверью.

Альтал заметил, что ночная охрана не слишком серьезно относится к своим обязанностям, и около полуночи стражники обычно засыпают — что довольно естественно для людей, которые берут с собой на службу большие кувшины крепкого меда.

Оставалось только дождаться, когда растает снег, и за это время не поссориться с Гасти и его мрачнолицым кузеном-великаном. Если все получится удачно, Альталу придется поторопиться с отъездом. У Гальбака очень длинные ноги, и Альталу не хотелось, чтобы из-за лежащего на дорогах снега Гальбак мог настигнуть его.

Он начал частенько выходить во двор, наблюдая за весенним таянием, и когда с ближайшей дороги исчез последний сугроб, он решил, что пора уходить.

Как оказалось, сокровищница Гасти Большое Брюхо была не так неприступна, как считал сам Гасти, и однажды ночью, когда костер в центре зала догорел и остались лишь тлеющие угли, а Гасти и его соплеменники спали по углам, наполняя комнату пьяным храпом, Альтал подошел к хранилищу, перешагнул через спящих стражников, открыл нехитрый замок и проскользнул внутрь. В центре комнаты располагались грубо отесанный стол и массивная скамья, а в углу — груда тяжелых на вид кожаных мешков. Альтал поднял один из них, поставил его на стол и сел подсчитывать свои новые богатства.

Мешок был величиной примерно с человеческую голову и неплотно завязан. Альтал в нетерпении открыл его, запустил руку внутрь и вынул горсть монет.

Он смотрел на монеты и чувствовал, как его настроение падает. Все они были медные. Он зачерпнул еще пригоршню. На сей раз попалось несколько желтых монеток, но латунных, а не золотых. Тогда он высыпал все содержимое мешка на стол.

Золота не было.

Альтал поднял принесенный с собой факел и оглядел комнату: быть может, Гасти хранил золото в другой куче? Однако в комнате была только одна-единственная груда мешков. Альтал подобрал еще два мешка и высыпал их содержимое на стол. Теперь стол был доверху завален медными монетами, среди которых кое-где поблескивала латунь.

Он быстро опустошил все мешки, и ни в одном не оказалось ни единой золотой монетки. Гасти его одурачил так же, как, очевидно, и всех остальных в Аруме.

Альтал выругался. А он-то потратил целую зиму, глядя, как ест этот обжора. Хуже того, он поверил во все байки, которые рассказывал ему этот слюнявый толстяк. Он едва поборол в себе соблазн вернуться в зал, взять кинжал и выпустить Гасти кишки. Вместо этого он сел и выбрал из кучи медяков латунные монеты. Он знал, что этого не хватит даже, чтобы оплатить потерянное время, и все-таки это было лучше, чем ничего.

Выудив все латунные монеты из груды меди, он встал и с презрением опрокинул стол, просыпав на пол все эти ничего не стоящие железки, и в отвращении вышел.

Он покинул замок, перешел через слякотный двор и зашагал прочь через обветшалую деревню, проклиная собственную легковерность и мрачно размышляя о том, что не догадался заглянуть заранее в кладовую, чтобы проверить, чем похваляется этот толстяк.

Фортуна — эта самая ветреная из богинь — снова провела его. В конце концов удача так и не вернулась к нему.

Несмотря на горькое разочарование, он упорно продолжал идти вперед. Кладовая Гасти была оставлена в довольно неприбранном виде, и толстяк очень скоро сообразит, что его обокрали. Украдено было немного, но все равно мысль о том, чтобы ради простой безопасности перейти через несколько границ между территориями кланов, казалась ему по-прежнему разумной. Похоже, Гальбак был не из тех, кто оставит это просто так, и Альтал твердо решил оторваться от преследования каменнолицего кузена Гасти.

Через несколько дней трудного пути Альтал почувствовал себя достаточно безопасно, чтобы зайти в таверну и поесть как следует. Как делали почти все жители границы, Альтал носил при себе рогатку и владел ею достаточно искусно. Он мог бы обходиться случайно попадавшимися ему зайцами или белками, но уже весьма соскучился по нормальной еде.

Он подошел к убогой деревенской таверне, но остановился на пороге, услышав, как кто-то говорит: «…в плаще с волчьими ушами на капюшоне». Он отпрянул от двери и притаился рядом, чтобы подслушать.

— Гасти Большое Брюхо просто рвет и мечет, — продолжал человек, который только что упоминал о плаще. — Похоже, этот парень по имени Альтал целую зиму ел и пил за счет Гасти, а потом в благодарность пробрался в его кладовую и украл два полных мешка золотых монет.