Hel Lumi - Кровавое наследие

-Отлично. - Веллинг немного оживился. - Мог бы ты дойти до улицы Джексон и встретиться там со мной? У меня к тебе есть пара вопросов.

-Спрашиваешь как следователь? - поинтересовался я, пытаясь улыбнуться. Получилось натянуто, так что лучше бы не старался.

-Сам всё увидишь и поймешь, - уклонился от прямого ответа Дирк.

Я ломал голову над загадочными словами Веллинга, пока пересекал площадь. К счастью, интрига вскоре раскроется, поскольку дорога до улицы Джексон занимает пару-тройку минут. А я всё шел и думал. Что еще могло приключиться? Нечто серьезное, а иначе Веллинг не звонил бы мне и не говорил в официально-строгом тоне. А произойти могло, конечно, всё что угодно. Мне оставалось лишь рассчитывать, что беседа с представителем закона и порядка не затянется слишком уж надолго, и я выкрою время на поиски пропавшего Вервольфа. Впрочем, вряд ли Дирк задержит меня до ночи, а ведь только тогда я намеревался начать, кажется, в сотый раз, прочесывать город.

На пересечении улиц Дирборн и Джексон меня встретила сестра Веллинга, а не сам Дирк, как я ожидал. Она смотрела на меня, и в ее глазах, вопреки обыкновению, не было беззаботности и веселости. Девушка не была прежней, и этот удивительный факт напряг не меньше - если не больше - чем тон следователя. Она молчала, пока я не очутился достаточно близко. Теперь нас не могли услыхать посторонние уши.

-Добрый день, Эл, - чересчур сухим, по крайней мере, для нее, голосом проговорила девушка. - Брат ждет. Ему необходимо кое-что показать и расспросить тебя.

Я пожал плечами и молча последовал за Дезире. Она повела меня за угол близ расположенного дома - многоэтажного старинного здания. Я даже предположить не мог, что там увижу. Наверное, просто боялся строить догадки. Похоже, судьба никогда не устанет преподносить сюрприз за сюрпризом. Я мысленно отметил, что эта незыблемая традиция возникла в тот период, едва я превратился в ликана. Раньше-то жизнь была спокойной.

Пройдя несколько шагов, я сквозь прожженный металлический привкус ощутил запах человеческого мяса и крови. Всё-таки хищник всегда остается хищником! Моего слабого обоняния еще хватало на то, чтобы учуять добычу. Но добыча уже была мертва, посему не пробуждала голода. Я приостановился и вдохнул побольше воздуха в легкие, поскольку трупный смрад не вызывал ничего кроме отвращения. А едва увидал человека, то и вовсе остолбенел.

В полумраке, скрываясь от солнечных лучей по большей части в тени дома, полусидел пожилой мужчина. Он будто бы спал, прислонившись спиной к каменной стене и вытянув ноги. И хотя на коже не проявились трупные пятна, губы его уже посинели, что я без труда рассмотрел на достаточном расстоянии благодаря хорошему волчьему зрению. Его белая рубашка была разорвана так, словно человека нещадно терзал дикий зверь - пума или огромный волк. Его раны, представлявшие собой глубокие рваные борозды, точь-в-точь напоминали следы, оставленные убийцей на тех мужчинах, которых нашли прошлой зимой. Его седые волосы были взъерошены, а серые глаза, после смерти ставшие черными, были приоткрыты. Я подумал бы, что его сморил глубокий сон, если бы не был абсолютно уверен в том, что старик мертв.

Дирк, оперевшись о стену, всматривался в труп, а, услышав наши с Дезире шаги, обернулся. Взгляд, которым он меня окинул, был на удивление суров, а голос, которым он заговорил, оказался еще более жестким.

-Отчего твоя Саманта так взбеленилась? - Его угрюмый взор сверлил меня из-под сдвинутых бровей, а я не сразу понял смысл его обвинений.

-Саманта? - переспросил я.

Веллинг отошел на шаг от трупа, предоставляя мне возможность разглядеть покойного в деталях. Он знал, что я прежде видел этого старика. Дирк был прав как никогда. Я встречал его не далее, чем сегодня. И всё же, чтобы стереть остатки сомнений, я приблизился еще немного. Сделал несколько шагов вперед и замер, как вкопанный. Я видел, но не верил своим глазам. Представшая передо мной картина не вписывалась в реальность.

-Когда он умер? - осведомился я.

-Пару часов назад, - холодно ответил Веллинг. - Догадываешься, вследствие чего наступила смерть? Для определения причин вовсе не нужно быть криминалистом. - Следователь указал на жуткие раны на груди старика.

-Это не Сэм. - Я уверенно качнул головой. Я знал, что она не способна на зверское убийство. У нее даже мотива не было. Почему Дирк так уверен в ее виновности?

Веллинг вновь откинулся к стене, скрестил руки на груди и, смерив меня подозрительным взглядом, заговорил:

-Профессор Юрген Шварц несколько лет трудился в исследовательской лаборатории вместе с Самантой Дойл. Он, правда, не имел конфликтов ни с кем из сотрудников клиники, но, насколько мне известно, оба они работали над экспериментами с вампиризмом и ликантропией. У них могли возникнуть разногласия, а Лютичам присуща вспыльчивость...

-Не смей порочить Саманту! - в гневе перебил я друга. Дирк недоуменно уставился на меня, но его удивление быстро сменилось пониманием. Он обвинял в преступлении мою любимую девушку! Разве я мог невозмутимо выслушивать его слова? - Она уважала доктора и доверяла ему.

-Что не помешало ей совершить убийство, - тихим голосом завершил мысль Веллинг. - Неужели в их взаимоотношениях всё было так безоблачно? - Его тон стал вкрадчивым. - В лаборатории завелась "крыса", и под подозрение, кажется, попадали все без исключения. Что если профессор Шварц был лазутчиком Беллы, а Саманта каким-то образом разузнала об этом?

Я невольно отвел взгляд. Тяжело и шумно вздохнул, потирая виски так, будто внезапно разболелась голова. Как я мог забыть, что когда Дирк берется за дело, от него не укроется ни единая мелочь. Я и раньше подмечал, что он знает буквально всё обо всём. Подчас меня жутко раздражала уникальная особенность Веллинга - его невероятная прозорливость.

Я сам навел Саманту на мысль о том, что доктор предатель. Так что же теперь, я виноват в гибели Шварца? Неужели Сэм вправду убийца? Нет! Я решительно отмел эту нелепую мысль.

-Она не виновна! - Я продолжал упрямо мотать головой.

Тут на арену действий вступила Дезире. Я услышал, как девушка робко шагнула к нам, ближе к трупу, запах которого, похоже, ей также был чрезвычайно неприятен. В силу профессии, лишь Дирк оставался равнодушен к мертвецам.

-Если не она, то кто? - неожиданно резко заявила Дезире.

Слова девушки полоснули острым ножом по сердцу. Кто еще, если не она?! Это было жестоко и несправедливо. Ошибочно. Опрометчиво.

Я развернулся, становясь полубоком, так, чтобы в поле зрения находились оба Веллинга одновременно. Дезире нимало не смутилась своих слов, считая их истиной. Она слегка нахмурилась и ждала, что же я предприму. Веллинги, пусть не открыто, обвиняли меня в смерти человека. Я и не думал оправдываться, но, как всегда прежде, намеревался отстаивать невиновность Лютича.