Стас Бородин - Волшебство, Магия и Колдовство

Пламя было не желтого оттенка как огонь мастер Кеандра, а голубого! Струя огня с шипением разрезала волну, которая накатила на нас, и меня тут же ошпарило паром. Чудовище только успело глянуть на нас огромными глазами и исчезло в чудовищном водовороте, сжигавшем плоть и испарявшем тонны воды.

Жуткий взрыв швырнул корабль вверх и на нас посыпались ошметки горящей и плавящейся плоти. Чудовище разнесло на куски, его холодная кровь закипела, разрывая его изнутри!

Капитан повернулся к нам, на его лице застыла страшная улыбка, словно на лице мстительного божества!

В следующую секунду мы вновь взлетели над черной бездной и вновь начали бесконечное скольжение в ужасные глубины.

Я посмотрел на друга и увидел, что он потерял сознание. Айс висел на своих веревках, а его голова моталась из стороны в сторону. Его лицо было красным, а губы покрыты чудовищными волдырями.

Небо высоко над головой вновь превратилось в крошечный лоскуток, а стены воды окружили нас со всех сторон. Корабль зацепил боком за обнажившуюся скалу. Затрещали и разлетелись доски фальшборта, моя голова откинулась назад и я, ударившись затылком, провалился в благодатное забытье.

Глава 8

Вновь и вновь я видел, как чудовищные щупальца смыкаются вокруг корабля и тащат его на дно. Я видел огромные, круглые, немигающие глаза, которые, казалось, заглядывают прямо в душу, наполняя все мое существо неконтролируемым первобытным ужасом.

Проснулся я от собственного крика. Бевид стоял надо мной, прижимая к моему лбу мокрую тряпку.

— Он очнулся, слава богам! — воскликнул он и крепко меня обнял. — Выпей это!

К моим губам приблизилась чашка, из которой доносились отвратительные запахи. Это была квинтэссенция смрада и горечи, однако я проглотил ее одним глотком.

— Скоро тебе станет легче, — пообещал помощник капитана.

Я приподнялся на локте и увидел, что Айс лежит рядом со мной на куске сухой парусины, а свернутый гамак подложен ему под голову.

— Как он? — выдохнул я. Горло першило, и звуки с большой неохотой вырывались из него наружу.

— Бредит, — ответил капитан, присаживаясь на корточки. С ужасом я увидел, что его смоляная борода стала белой как снег! — Мы молимся богам, чтобы они вернули его из мира сновидений, как вернули тебя.

С помощью моряков мне удалось сесть, голова все еще кружилась, однако слабость потихоньку покидала мои члены.

Почувствовав жжение на груди, я распахнул рубаху. Это был мой амулет. От него исходили успокаивающие горячие волны.

Я схватил его обеими руками и жадно стал впитывать идущую от него силу. Через несколько минут я смог подняться на ноги, почувствовав себя словно заново рожденным.

Моряки с недоверием следили за моим воскрешением. Под их пытливыми взглядами я надел амулет на шею другу и взял его за руки.

Ладони Айса были холодны как лед. Его обожженное лицо время от времени искажалось от мучительной боли, однако в сознание он не приходил.

Вскоре его руки потеплели, я чувствовал, как сквозь него проходят живительные токи испускаемые Слезой Сердца! Прямо на наших глазах ожоги на его лице заживали, обожженная кожа отваливалась, обнажая здоровую розовую плоть.

Дыхание Айса выровнялось и веки затрепетали. Через несколько минут он открыл глаза и улыбнулся мне.

— Давно я так славно не спал! — сказал он.

Без посторонней помощи он вскочил на ноги и осмотрелся по сторонам.

— Что тут произошло? — спросил он. — Я что, проспал все самое интересное?

Я тоже встал, силы переполняли меня как вино амфору, только что не выплескивались через край. Рана в боку совсем не ощущалась, даже затылок, которым я так треснулся накануне, совсем не болел.

— Ты что, совсем ничего не помнишь? — спросил я, осматриваясь по сторонам.

— Ну, как тебе сказать… — Айс нахмурился.

Со всех сторон к нам подходили матросы и тянули к нам руки пытаясь прикоснуться.

— Руки прочь! — приказал Бевид. — Нашим волшебникам троекратное ура!

— Ура! — закричали моряки расступаясь. — Ура нашим спасителям!

Картина, представшая перед нами, была ужасна! Вся палуба была завалена обломками фальшборта, из настила выдраны целые доски, такелаж разодран в клочья. Разбитые рундуки, треснувшая мачта, повсюду следы огня и рыжие пятна в местах, где страшные щупальца коснулись палубы.

Груды влажных водорослей высились повсюду, мертвая рыба и раздавленные крабы хрустели под ногами.

На носу моряки складывали погибших товарищей. Их было человек двадцать — тридцать.

— Этим, — кивнул капитан. — Досталась легкая смерть. Это гребцы каторжники, они захлебнулись в трюме, на нижней палубе. Еще пять наших лучших матросов стали жертвой чудовища…

Борода у капитана была теперь белее снега, а вот волосы на голове оставались черными. Можно было только представить, какой ужас он пережил, когда на его глазах, страшная тварь, пожирала матросов.

— Ура Убийце Чудовищ! — закричали моряки.

Айс все вспомнил, как только снял с шеи Слезу Сердца. Его лицо побледнело, но он тут же справился с собой, и принялся пожимать руки матросам.

— Вот это была тварь! — кричал один из его новых товарищей. — Больше нашего корабля в десять раз!

— А какие страшные щупальца! — вторил другой.

— А вы помните его глаза? — кричал третий. — Через них можно было заглянуть прямиком в аннувир!

Айс быстро подключился к всеобщему торжеству. Его грудь выпятилась, и голову даю на отсечение, из ушей заструились струйки дыма!

Я подошел к мертвецам, которых уже принялись зашивать в парусину. Их лица были синими и распухшими, когда их шевелили, казалось, что внутри их тел булькает вода.

Внезапно я замер. Лицо одного из покойников показалось мне знакомым. Я отодвинул в сторону моряка, который неловкими стежками шил ему саван, и присел на корточки. Ошибки быть не могло!

Это был студент Аспени, который совсем недавно давал против нас показания в суде! Какая страшная участь! Я даже вздрогнул от неожиданности, и вдруг мою спину пронзила страшная боль.

Вскрикнув, я упал лицом вниз на грудь мертвого студента, от толчка его рот раскрылся и их него хлынул фонтан черной жижи.

Матросы закричали, у меня над головой началась какая-то свалка, но встать я не мог. Мои руки и ноги потеряли всякую чувствительность, оставалась только слепящая боль в спине, от которой перехватывало дыхание и из глаз текли слезы.

— Он воткнул ему иглу прямо в позвоночник! — закричал какой-то матрос. — Бейте гада!

Драка вновь возобновилась. Мне были слышны звуки ударов и сдавленные крики, словно кому-то зажимали рот.