Malice Crash - Мэлис Крэш, только один шанс

Я вспомнила Алекса и Нейрию – ребята сначала похитили меня, попытались заставить вернуть первых, а потом... Эх, ну почему с Эмэлинн я не смогла поступить так же? Комбинация из дезинформации, грамотного психологического давления... Я же могла пообещать ей то, что ее непременно заинтересовало бы! И Контер с ней, что она – моя старая врагиня, что фанатично предана первым... Излечимо. Изменимо... Было. Эх, узнай я чуть раньше о планах Миры, и все обошлось бы...

Сколько можно заниматься автомазохизмом? При желании, кажется, бесконечно. Потому что вид пустого стула рядом причиняет боль. А думать больше не о чем...

–Мэлис, свободно? – к больному месту притронулась Дагма. – Кстати, с прошедшим... Как отметила?

–Ужасно, – впрочем, на моем лице было написано то же самое. – Сволочи у меня все-таки родители – чего стоило родить меня днем раньше?

–Ничего, теперь у тебя есть большая куча единомышленников, – те, кто вчера родился, надо полагать... Я подняла голову с книги. – Ты не представляешь даже, какие вчера демоны обзавелись наследниками!

–И какие? – мрачно осведомилась я. Что не Вечная, так точно...

–Дестра, например, – вот блин, и это уже общеизвестно! Надо же... Хотя не думаю, что народ скрывал. Наоборот – все успевшие гордятся... Дестра, значит, тоже участвовала в этом бешенстве верующих секондалисток...

–Ничего себе! – из вежливости восхитилась я осведомленностью Дагмы. – Вот же повезло ребенку...

В класс вползло еще некоторое количество усталого после вчерашнего народа. Я не удержалась и вместе со всеми, кто мог поднимать мыслительные органы с парт, посмотрела на входящих. Мелькнувшая в куче народа черно-белая прическа оказалась обычным миражом. Составным...

Преподши на горизонте пока что не наблюдалось, так что мы вернулись к разговору. Вернее, первой вернулась Дагма:

–Может, и повезло, – высказала она свое соображение. – Не люблю я Дестру...

–Да уж, – я отлично знала, что Дестру любить особо не за что. Восхищаться есть чем, это правда, а вот любить... Я вспомнила, что Дестра лично избавилась от всех, кто знал ее в детстве – путем запугиваний, подстав и банальной силы исключив их из активной части Департамента – только для того, чтобы сохранить свою тайну. Что установила себе подтвержденный тринадцатый уровень, имея «неподтвержденный» восемнадцатый[ 64 ]... (А уровнем выше ее стоит, к слову говоря, только ее папочка, великий Лайтин!) Что бессменно занимает первое место в рейтинге ужасов Департамента и активно работает на свою репутацию, из-за чего не смогла даже нормально создать семью. Пришлось запускать в народ дезу о том, что (на самом деле любящий ее без памяти) муж согласился перейти в это качество под некоей страшной угрозой. Хм... муж ее за что-то любит. Значит, можно и кошмары любить... с другой стороны, у нашего препода по кошмарам от кого-то дочка есть, хоть степени тут и плохо сопоставимы. Ладно, хватит на эту тему думать, а то я дойду до идеи сопоставить себя с Дестрой... Которая, в смысле идея, уже приходила в голову не одному демону. Полосатая прическа ли роль играет, характер ли... Не знаю. Но факт остается фактом.

–Ничего себе, – присвистнули сзади, и я снова повернулась к дверям. Ну, преподша пришла... Только почему-то в невероятно расстроенных чувствах. Что такого успело случиться еще и с ней? Без ясновидения не поймешь... но камни я звать не буду, лучше просто подожду. А то получу выговор от клипсов... Чего мне сто лет не надо. Вот когда соревнования начнутся, тогда без вопросов придется пожертвовать самолюбием.

Алия, неловко ступая, добралась до учительского стола и тяжело упала на стул, мимоходом хлопнув по часам. Народ притих – в пацанском секторе начались волнения на тему: как бы конкретно поддержать преподшу и что вообще с ней стряслось. А то ведь лица нет совсем...

Поскольку от леди Алии объяснений не поступало, инициативность парней таки дошла до метки «действие». Сериами встал с места и, вежливо кашлянув, спросил:

–Простите... Что-то случилось? – он сделал полшага вперед и чуть наклонился, опершись на парту золотистой рукой, чтобы оказаться ближе к преподше.

–Ребята, – Алия подняла голову. Две пары пронзительно-синих глаз встретились. Затем зареванная пара обвела взглядом класс. – Вы мне можете ответить на личный вопрос?

–Конечно, – поспешно ответил Сериами и незаметно от преподавателя скорчил многозначительную рожу народу. Народ расшифровал значения и закивал, подтверждая его слова.

–Что я делаю не так? Мой сын меня ненавидит и говорит, что я в этом виновата, – да уж, неприятные для любого родителя, кроме хейтеров, слова. Здесь мало кто из нас может объяснить популярно, в чем проблема – за отсутствием собственно родителей в повседневной жизни. Хотя мы можем рассказать, за что ненавидим своих.

Народ, кстати говоря, с этой темой не лез. Наоборот – все стали на сторону Алии и принялись рассказывать ей, какая она хорошая и как ей не повезло с сыном... Да, и этих курсовых представителей ее дитятко удалось зацепить... Впрочем, Люк в качестве отрицательного символа уже Ника переплюнул, да и до Контера недолго осталось. Есть в связи с чем пособолезновать несчастной матери. В порядке заглаживания вины (на что угодно можно спорить: народ не раз ее поминал в абстрактно-ругательном контексте)...

Короче, занятие превратилось в бесполезный (по причине отсутствия главной проблемы) психотерапевтический групповой сеанс. На коем я была исключительно зрителем...

В сон меня, конечно, уже не тянуло. Зато тянуло на разные мысли. Естественно, я тщательно прополола вылезшие темы, и в результате обнаружила непонятным образом родившуюся, но в целом логичную мыслю. О том, что сволочь Мира, когда планировала подменить меня, подобрала неплохую программу действий по совмещению моей активной жизни со своей личной. И вообще, все вокруг активно устраивают свои собственные... Взять ту же Ангмарскую. Или ту же Рейзо... Если не противно трогать синее копченое ментальское... не важно. Скрывает – значит, что-то у нее есть! У всех кто-нибудь есть или будет... Берут пример с более старшего поколения. Так что Мира по-своему была права – парней мало, сейчас расхватают – потом отбивать придется... Вывод: а не попробовать ли мне под конец года завести какую-нибудь личную жизнь, раз теоретически это реально?

Ничто из происходящего вокруг не требовало моего внимания, так что мысль принялась ветвиться и развиваться. Первым цветочком вылез неоспоримый плюс – от грустных размышлений на тему неисправимых ошибок это меня точно должно отвлечь. Конечно, возможно, личная жизнь потребует отказа от миротворчества... Но я и так не смогу некоторое время спокойно этим заниматься, не вспоминая с печалью и завистью творения Эмэлинн.