Андрей Стерхов - Тень кондотьера

– Можно, – согласился с ним Архипыч, но тут же внёс поправку: – До тех пор, пока не попадёшься. А вы, господин капитан, попались. Влипли вы, господин капитан. И спрос будет конкретный.

– Ничего вы не докажите! – сорвавшись с надменно-поучающего тона, истерично завизжал Воскобойников. – Ничего!

– А мы ничего никому доказывать и не собираемся, – спокойно заметил Архипыч. – Нам вполне достаточно факта вашего здесь появления.

Воскобойников на секунду опешил, а потом хихикнул нервно:

– Вам может и достаточно, а вот Двум Из Трёх – навряд ли. Думаете, хоть одна пара сложится? Вы так думаете? Возможно, Созидатель и признает мою вину, но Разрушитель и Охранитель – никогда. Им ваши догадки голословные – тьфу и растереть.

– А мы и не собираемся высокий суд беспокоить, – заверил его Архипыч. – Ни к чему это.

– Что, просто так убьёте? – не поверил Воскобойников. – Без суда и следствия? Ой, полковник, не врите. Вас тут целая толпа, а толпа есть толпа: кто-нибудь когда-нибудь да сболтнёт. Тогда всем не поздоровится. За убийство по головке не погладят.

– Ишь ты как заговорил, – хмыкнул удивлённо Архипыч. – Не переживайте, господин капитан, мы не собираемся ничего ни от кого скрывать. Слышали о Пятой оговорке Марга Ута? Как видите, нас тут шестеро. Два Тёмных, два Светлых и два нагона. Всё, как полагается.

– Ещё веление судьбы должно быть, – от безысходности попытался Воскобойников зацепиться если не за букву, то хотя бы за дух закона.

– Имеется веление судьбы, – успокоил его Архипыч. – Имеется. – Посмотрел на часы, кивнул сам себе и приступил к процедуре: – Господа Тёмные, есть у кого-нибудь слово в защиту этого человека?

Ирма и Нырок промолчали.

Тогда Архипыч обратился к своему заместителю:

– Господин подполковник, желаете что-нибудь добавить к обвинению?

– И этого достаточно, – коротко ответил Улома.

– Согласен, – сказал Архипыч за себя и обратился к нам с Вуангом: – Господа нагоны, свидетельствуете?

– Свидетельствую, – ответил я.

А воин просто кивнул.

– Тогда всё, – объявил Архипыч. – Приступайте, господа.

Не знаю, когда они успели договориться, но именно Вуангу подал Улома вытащенный из сумки ятаган. Точно такой же со словами "На, паразит, держи, драка будет честной" сунул он и потерявшему всякую надежду и клянущему нас на четырёх европейских языках Воскобойникову. О какой такой честности Улома говорил, я, честно говоря, не очень понимал. Сколько мог продержаться в честном бою доходяга-интриган против нагона-воина? Да нисколько. Вуанг не из тех, кто любит рисоваться. Смотреть на бойню мне жуть как не хотелось, поэтому, никому ничего не говоря, отошёл я в сторону и направился к каменной гряде. Оттуда, с края плато открывался вид на живописную бухту, что двумя скалистыми мысами. Напротив бухты торчал из волн камень птичьего острова, и от него уходила в глубь залива лунная дорожка. Как ни странно, но луна не была единственным источником света в этих глухим местах: на противоположном берегу ползла вверх по распадку змейка желтоватых фонарных огней.

– Там турбаза, – пояснил подошедший Архипыч. – Здорово, да?

– Здорово, – согласился я. – Места дивные, а мы тут со своими чугунными тазиками. Жаль. Что там? Уже закончили?

– Практически, да. Прибраться осталось. Но ты ведь понимаешь, что ещё не всё?

– Не дурак.

Мы помолчали.

– Решил, уже кому жезл отдать? – прерывая паузу, спросил наконец Архипыч.

– Считаешь, мне решать? – уточнил я.

– Твой крест, ты и неси.

– Ну, спасибо, – прижал я руку к груди.

Хоть и иронизировал, но в душе понимал, что не отвертеться, поэтому, подумав недолго, решил:

– Раз такое дело, давай всё решим здесь и сейчас. Согласен?

– Давай, – согласился Архипыч.

И мы вместе направились к высохшему озеру, где нас уже ждали.

– Дамы и господа, браться и сёстры, – распаковывая жезл Ваала, начал я, – есть мнение, что ваш покорный слуга должен решить, кому быть следующим Претёмным. Спорить не буду. Спорить глупо. Чем в конце концов я хуже неких неведомых нам адептов, делегированными некими неведомыми нам могущественными силами. Да ничем. – Я выдержал небольшую паузу и, перебив волнение вздохом, продолжил: – Короче, так. Искренне считаю, что любой их двух присутствующих здесь Тёмных достоин занять высокий пост в не меньшей степени, чем какой либо иной Тёмный на этом свете. Однако сделать выбор между почитаемой мной Ирмой Ахатовой и уважаемым Владимиром Щегловым мне, поверьте, не по силам. Пусть за меня это сделает судьба.

С этими пафосными, однако произнесёнными отнюдь не пафосным тоном словами я вытащил из кармана монету, но, прежде чем продолжить, посмотрел сначала на Ирму, а потом на Нырка. Ведьма закрыла от волнения глаза и сжала кулаки, а молотобоец смотрел на меня, не отрывая взгляда. Момент был нервным, напряжённым, надо было как можно скорее его проскочить, и я поторопился провозгласить:

– Если выпадет орёл, жезл Ваала в присутствии свидетелей будет передан тебе, Владимир. Если, решка, тогда тебе, Ирма. Думаю, вы понимаете, что в этом месте, всё обойдётся без колдовских подстав. Возражений нет?

– Нет, – чётко сказал Нырок.

– У меня тоже нет возражений, – тихо вторила ему Ирма.

– Тогда без обид. – Выдержав паузу, чтобы хоть как-то обозначить торжественность момента, я скомандовал Уломе: – Подсвети, братишка.

После чего подкинул и поймал монету.

Между прочим, ту самую пятирублевая монету, что ненароком испортил мне высший маг Рудик Подсказчик. Других монет у меня с собою не было. А мне и не нужно было других.

Эпилог

Хотя Ирма и прислала мне официальное приглашение, на инаугурацию, что состоялась в начале июля в Альмадене, я не поехал. Ну что бы я там делал, скажите на милость, среди сотен незнакомых мне высокопоставленных и просто могущественных Тёмных? Тихо напивался, заглушая голос совести? Увольте. Да и обязанность по охране Вещи Без Названия не позволяет мне уезжать так далёко от Города. И это уже не просто подходящий или тем более надуманный повод, это действительно веская причина. В итоге ограничился короткой поздравительной телеграммой. Без пожеланий. Все свои пожелания от чистого сердца я нынешней Претёмной ещё в прошлом году высказал, в день нашего якобы случайного, а на самом деле вовсе неслучайного знакомства. Надеюсь, она их помнит. Очень я на это надеюсь. И первые её шаги в качестве правительницы Великого круга пятиконечного трона эту надежду мою, кстати сказать, укрепляют. Может это и явилось с её стороны некоторым превышением служебного положения, но продавила Ирма властью, великим случаем ей данной (на самом деле, конечно же, – сочувствующим её беде нагоном), назначение на должность руководителя местного Поста человека из Города. Точно знаю, что она лично Архипычу звонила, уговаривала. Тот, ссылаясь на старость и усталость, от лестного предложения вежливо, но категорически отказался, и тогда – что, как я считаю, в высшей степени справедливо – кондотьером стал Володя "Нырок" Щеглов. Такие вот дела.